Я часто задумываюсь о встречах со своим прошлым. То есть с самим собой, каким я был раньше.
И иногда мне кажется, что я бы собой гордился и очень бы хотел поскорее вырасти и стать таким вот - таким талантливым, умным, бла, бла, бла. И мне было бы чуть-чуть неудобно за то, что половина того, что меня-что-младше восхищает - это отходы эстетического голода, творческой мастурбации и информационного мозгоебства. Но я бы улыбнулся себе-что-младше в ответ на его сияющие глаза и постарался бы выглядеть действительно прекрасным и надежным, могущественным и наполненным некоей высшей идеей. Только чтобы я-что-младше меня и себя любил, и чтобы он был счастлив, и чтобы я был счастлив, и чтобы были счастливы те мы-которые-еще-старше-нас.

А иногда мне кажется, что я-что-младше скривился бы и подумал, что я-что-старше - какой-то мерзкий, никчемный выпендрежный моральный урод. Я-что-младше не посмел бы сказать себе-что-старше такое в лицо, не только из малодушия или страха, но и просто из любви к себе-любому. Но разочарование бы сквозило. Как, ты еще ничего великого не сделал, не написал книгу, не переплыл океан, не захватил мир, не соблазнил всех девушек планеты, не узнал, что такое синдром Кандинского-Клерамбо, да и вообще, что ты за ничтожество?!

*пожимает плечами* и то и другое правда.

За исключением того, что я все-таки представляю, что такое синдром Кандинского-Клерамбо впрочем, это не делает меня менее бесполезным