если ты хочешь, чтобы я сражался на твой стороне -
вставай под мои знамена.

*я вышивал их сам*

господи, могу ли я быть еще более
<...>
чем ныне?

хорошо, я буду

(+)
я одержим чертями, мое хихиканье - смех беса, я черный - у меня края слегка подгорели.

я просто не знаю, как еще проораться, я хватаю сам себя за лацканы, встряхиваю: мол, ты чего вообще, с ума сошел? - но на лице расплывается то самое кавайное выражение, которое означает: ну посмотри в мои глаза, разве мне можно что-нибудь не простить? - да мне можно простить буквально всё, я слишком замечательный, чтобы хоть кто-нибудь остался равнодушным перед моим обаянием, если только я его проявляю.

мои руки могут быть чертовски теплыми, если мне захочется, а тьма в моей душе слишком привлекательна, чтобы кто-то читал мне проповеди; к тому же грех - это соль ощущений, разве можно не соблазниться; разве можно не соблазниться, если тебе предлагают полет, если тебе предлагают холодное, прекрасное вдохновение, что-то высшей пробы, чище, выше, ярче, сильнее; как смех божий, как смех дьявола, да неважно, чей, я же говорил, цвет моих знамен - это вопрос интереса.

игра будет интересной, рукоплещите, civiles.

Furiosus furore solo punitur.