1. Вчера вечером в квартире вырубился свет. Не скажу, что это меня очень огорчило: вместо того, чтобы проснуться рано утром и позвонить электрикам, я проспала с 22-00 до 11-00, после чего еще полчаса валялась в кровати и размышляла о двух вещах: а) придется ли мне сегодня ложиться в 17 и вставать в 4 утра с курицами и петухами; б) кто же решит проблему со светом за меня. К счастью, нашлись добрые люди)) Той ночью - от отчаяния? - мне снился концерт. Концерт ДП, от которого едва не пришлось бы отказаться, сломайся бы распределительный щиток. На этот раз убогий актовый зал сменила убогая тесная площадь, на которой, среди жиденьких деревьев и старых отсыревших домов, расположились тонны звуковой аппаратуры. Оставив Гиллана на деревянной сцене, Лорд уселся на постамент, напоминавший закрытый досками фонтан, и начал переругиваться с Пауэллом (не призраком), который мастерил ударную установку.

2. Хм... и почему мне постоянно хочется в сотый раз прощать людям наплевательское ко мне отношение только ради того, чтобы иметь при себе интересного собеседника? Это ужасно, но это факт. Ради дозы общения я готова на многое, что другим людям просто не прощаю. Впрочем, я знаю, как с собой бороться, и успешно борюсь, но скукота все равно остается))

3. Пора бы моему чудо-блогу менять имидж. Честное слово, когда читаешь во френдленте высококультурные посты, насыщенные цитатами, глубинами мыслей и остротой анализа, поневоле понимаешь, что парадигма Уотерс-Жирмор никоим образом не поднимет рейтинг моего дневника в высококультурных кругах. От /совершенно/ нечего делать, а также оттого, что давненько ни Родж, ни Дейв не радовали нас новыми сплетнями, запишу сюда цитату из биографии одного давнего композитора. Когда я размышляю о съемках ролевушки, поломанной камере, отсутствующем реквизите и закончившемся проездном на троллейбус, то вижу в этом некие сходные черты:

"Творческий процесс протекал у Вольфа сложно, напряженно - он долго обдумывал новое произведение, которое потом заносилось на бумагу в готовом виде. Подобно Ф. Шуберту или М. Мусоргскому, Вольф не мог "раздваиваться" между творчеством и служебными обязанностями. Непритязательный в отношении материальных условий существования композитор жил на случайные доходы от концертов и издания своих произведений. У него не было постоянного угла и даже инструмента (играть на рояле он ходил к друзьям), и только к концу жизни ему удалось снять комнату с роялем."