Это цитата сообщения bjernhona Оригинальное сообщение

Галадриэль эпохи Триполья

В музее "Древности Подолья" в Каменце-Подольском наткнулась на интереснейшую историческую подробность. Меня давно интересовало Триполье, и тут выяснилось, что в их культурной традиции существовали чары (большие глубокие миски) с ритуальными росписями, предназначенные для волхвования и заклинания воды... Вот так вот, милые мои ПЧ...
[показать]

В связи с тpипольской пластикой мы pазбеpем лишь идею магического воздействия на небесные силы с помощью земной воды. Известен с pанних стадий тpипольской кyльтypы pяд скyльптypных композиций, изобpажающих женщин, вздымающих к небy сосyд для воды.

Наряду с возношением большого сосуда существовала и иная форма заклинания воды или гадания по воде. Ключом к ее расшифровке является поздненеолитическая фигурка из Борджоша (близ Бечея на Тиссе). На невысокой скамейке, украшенной архаичным ромбо-ковровым узором, сидит обнаженная женщина и придерживает руками стоящую у нее на коленях большую мису или чару. Женщина сидит, напряженно выпрямившись и слегка откинувшись от сосуда назад; тем самым вся ее чара открыта и ничем не загорожена сверху. Я останавливаюсь на этих деталях потому, что этнографические записи очень часто говорят о гаданиях с водой, которая перед обрядом непременно должна постоять под открытым небом, под звездами. Таков, например, русский новогодний подблюдный обряд гадания и заклинания будущего урожая ("слава хлебу"). Вода берется из 12 колодцев и в широком сосуде до обряда выносится из дома под звезды.

В русском средневековом языке большие широкие сосуды, служившие для заклинательных целей ("на здоровье"), именовались "чарами", а волхвы и колдуны, оперировавшие со священной водой, назывались "чародеями" или "чародейками".
Борджошская статуэтка является первым изображением древней "чародейки", бережно держащей на коленях чару с водой. Орнаментация ее седалища не оставляет сомнений в магическом характере действий колдуньи-чародейки.
В трипольской культуре есть интересная аналогия борджошской чародейке, в свою очередь являющаяся ключом к раскрытию смысла большого ряда красочных изображений на самих колдовских чарах. На поселении Незвиско Е. К. Черныш обнаружила сидящую женскую фигурку, отдельно вылепленные стульца и изготовленные в том же масштабе миниатюрные орнаментированные чары, а к ним -- черпачок с птичьей (?) головой, тоже расписной. Думаю, что все эти тщательно сделанные и тонко раскрашенные вещицы естественно складываются в комплекс, изображающий обряд "волхвования водою": женщина, сидящая на стуле, чара и черпало. Черпак дает дополнительную деталь: очевидно, ритуальную воду разливали по частям, как раздавали по частям ритуальный "богач". Исключительный интерес представляет роспись миниатюрной модели чары, воспроизводящая один из сюжетов росписи на настоящих чарах, широко представленных в керамике триполья. Усеченно-конические мисы-чары являются устойчивой формой расписной посуды. По своей функции они связаны с обрядами молений о воде, а по сюжетам росписи неожиданно оказываются иногда связанными с загадочными биноклевидными сосудами. Поэтому их следует рассматривать совместно, хотя здесь мы уже переходим из области пластики в область росписи.

На среднем и позднем этапах триполья сложная роспись чар для живой воды делится на несколько разных типов, имеющих хронологические и географические разграничения. Особый интерес представляют конические миски, распространенные в восточной части области трипольских племен (Средний Буг). Роспись размещена на дне мис и представляет собой две очень сильно стилизованные фигуры рогатых животных, как бы несущихся в вихревом круговом полете. Вокруг них по краю мисы обычно располагается поясок черных полукругов. Туловища фантастических зверей иногда бывают оформлены точно так же, как и искривленные дождевые полосы, с которыми мы встретимся при анализе росписи вообще: жирная линия внешнего контура и тонкие продольные линии в заполнении. Предельная стилизация рисунка зверей ведет к тому, что от них иной раз ничего и не остается, кроме двух дождевых полос, изогнутых в круговом движении по сферической поверхности миски. Там, где передача формы зверей наиболее полная, мы можем разглядеть передние ноги, изображенные cлитно, и ветвистые оленьи или лосиные рога. Вся же задняя половина туловища расширена, как хвост кометы, и распластана по краю мисы в своем стремительном полете.
Учитывая назначение конических мис как сосудов для "волхвования водою", т. е. для обращения к небу, естественнее всего предположить, что роспись может отражать представление о небе, к которому обращались владелицы этих мис.

Источник: http://www.rustrana.ru/kultura/knigi/ribakov/yaz/part_01_04.htm