Ночью я проснулась как от удара - мне приснился тот черно-бело-рыжий пес из моего детства. Я лежала в темноте и припоминала, как же его звали... Мы дружили с ним, вернее, это я с ним дружила, а он позволял следовать за собою, гладить себя. Я в свои 5 лет была очень горда этой дружбой. Мне так нравилось, когда он отзывался на свою кличку и бежал ко мне. А жил тот бобик в конуре у конторы строительного управления, которая располагаласб у нас во дворе за калиткой небольшого заборчика. Почти все время пес дремал там в будке, но иногда его выпускали погулять, и вот тогда-то и случалась наша с ним "дружба".

И вот однажды он не вышел, но мне так хотелось его погладить! Я заглянула в калитку - взрослых не было видно, и я робко сделала первый шаг. (Бабушка мне на стройку ходить запрещала). Я звала пса по имени и медленно шла в его сторону, и вдруг... он зарычал, загавкал, резко бросился в мою сторону и жамкнул мою руку, протянутую, чтобы его погладить. Это было больно и ужасно обидно. Пожалуй, обидно больше, чем больно. "Как он мог?! Мы же друзья!"

Бабушка быстро замазала следы клыков йодом и повлекла меня в поликлинику "Делать 40 уколов в живот и жаловаться, чтобы собаку усыпили". Я плакала. Мне не было страшно уколов. Я не хотела, чтобы усыпляли моего друга. Мысленно я его уже оправдывала, хоть рука и болела изрядно.

Повезло - уколы делать не стали, да и собаку не тронули, но с поводка спускать перестали, и несколько дней подряд я укоризненно смотрела ей в глаза издали сквозь щелку в калитке, мне казалось, она извиняется одними глазами. А через несколько дней пес пропал. Исчез, никто не знает, куда. Говорили, что убежал. Но я все же боялась, что его-таки усыпили, и самое печальное, что из-за меня. Я была сама виновата - зашла на охраняемую им территорию. Ощущение вины и непоправимой утраты тогда впервые меня посетило. Но как же звали того пса?

А наутро после всех этих воспоминаний, идя из церкви, я увидела огромную псину из нашего двора, несущуюся мне навстречу с ревом, а за ней скакал чей-то пес-бандит в ошейнике и подначивал гиганта. Парочка пробежала мимо и скрылась за поворотом улицы. Тут надо сделать отступление и пояснить, о какой псине речь.

В Тбилиси огромное количество бездомных собак. Больших, просто огромных, зачастую породистых. Говорят, что они остались без хозяев после ковида, их отловили, кастрировали, вакцинировали, пометили и вернули в то же место, откуда взяли. Сделали из этого огромный хайп. Убить - не убили, но интерес к жизни отняли. Весь день животные лежат, безучастные к окружающему. Зато ночью они выходят на защиту своей территории. Со своего второго этажа я слышу, как они ходят, шаркают, дышат и облаивают все, что движется.

Псина, которая живет у нас во дворе безо всякой привязи, ростом с хорошего теленка - настоящая собака Баскервиллей. В ней есть кровь ретривера, тем страннее выглядит ее периодически агрессивное поведение. Каждый день я вижу с балкона, как она нападает на одиноких пешеходов, преимущественно на женщин. Псина хватает их с диким ревом, они отбиваются, кричат. И всегда рядом есть какой-либо мужчина, к которому эта собака потом подбегает, а он обращается к ней с добродушной речью.
Люди эти каждый раз разные, но все они - жители соседнего подъезда, около которого и валяется обычно эта собака. Вероятно, именно они ее и подкармливают, и именно поэтому она перед ними выслуживается.

И вот иду я, уже подхожу к своему подъезду, как вдруг эти два пса вылетают из-за угла за моей спиной. В стороне около машины стоит дядька, к которому сперва и подбегает, виляя хвостом, наша Баскервилина, и он что-то ей говорит. Я уже у подъезда, спиной к ней, и вдруг чувствую, как кто-то хватает меня пребольно за локоть, слышу у своего уха ее глухое рычание. Я разворачиваюсь и кричу на нее, а она в ответ дико брешет, рычит и скалится и уже хватает меня за бедро, но промахивается, потому что получает по морде от меня сумочкой. Сзади ее подначивает соседская шавка. Мужик кричит из-за машины: "Не маши сумкой-то." Я ему: " Как, не маши? Чтоб она меня кусала?" , роняю телефон, отмахиваюсь сумкой, как могу. Пёс бросается вновь и вновь. Страшно очень - вижу, что собака метится в горло. Но я уже на своей территории - на крыльце. Скрываюсь в подъезде и спешу дезинфицировать ранения.

На другой день снимаю с балкона нападение пса на парня, идущего по улице. И снова рядом мужик, к которому животное подходит после нападения. И да простят меня собачники, но я считаю, что если вы берете на себя заботу о бездомной собаке, то просто обязаны позаботиться о безопасности людей. Конура? Прекрасно! Но такая собака должна быть на цепи. Это зверь, и им движут стайный инстинкт, голод и выучка на охрану хозяина. Хорошо, что он не порвал, закончилось только здоровым синяком и ссадинами. Но локоть болит уже целую неделю.

Зато теперь я знаю - Артур! Пса из детства звали Артур, и недаром я о нем вспоминала.