Настроение сейчас - задумчивое... непонятное.
КОЛЫБЕЛЬНАЯ
Стерх тянет вечер. Укрою тебя крылом,
Выстригу сумерки алым узором жил.
Ты уж поверь склоненной к тебе челом:
То, что приснилось, назавтра и будет жизнь.
Бьются цикады о серый покров дождя.
Выслушай, выстони горе, глаза закрой.
Пусть избирают совы себе вождя,
Ты все равно не знаешь, кто там за мной.
Льет по ладоням тяжесть трех сотен лет,
Звездным декоктом выпей ее до дна.
Спи, засыпай. А, впрочем, тебе совет:
Спрячь-ка от взглядов тени - следит луна.
Вычеркни ярость, рядом оставив ложь,
Холод и, может, разве что чуть любви.
Нам на сегодня хватит, а там найдешь
Радость на новый день у ночных сивилл.
Пусть подытожат, выкрикнут ложь окрест.
Если поверить, будет и ложь чиста.
Хочешь, вернусь одной из твоих невест?
Если сойдешь с прожженного мной холста…
ЛУННОЕ
Странник споткнулся, некуда больше бежать.
На перекрестке звезд распустился вереск,
И кони стреножены.
Памяти слов, истрепанных по падежам,
Хватит на годы безверья.
Отброшены ножны:
В чахлой траве затаился кровавый зверь.
Жди, он приходит ночью всегда в тумане
И делит судьбы.
Каждый свое получит, ты мне поверь,
Призрак не пожалеет и не обманет,
Он скалит зубы:
Чу, замолчи, замри! Не тебе черед.
Вереск покорно принял в свой теплый саван
Больную душу.
Чувствуешь теплый ветер? Она поет,
Тень неземного права,
А ты послушай.
Пусть Алконост не Сирин, а просто синь,
Зверь присмирел в тумане на вересковье,
И плачет леший.
Здесь отцвела когда-то трава-полынь,
Вереск же ал от крови
И, может, грешен.
Нет, не беги, постой, расседлай коня.
Видишь, как сердце лунное
Часто бьется?
Звезд перекресток сгинет в душе огня,
День перепишет руны
Под очи солнца.
СИНЯЯ ПТИЦА
Кто сказал, что ворон – черная птица?
Она синяя, ультрамариново-синяя.
Кто сказал, что можно не заблудиться?
Это очень просто – было б три линии.
***
Кто сказал: не стреляй по душам, промажешь?
Я такой же снайпер, как все в округе.
Кто сказал, что в сердце не пишут сажей?
Я до черных шрамов изрезал руки.
Ты учил меня: не нужно быть первым,
А глаза кольнуло той птичьей грустью:
За удачей долго ты мчал по нервам,
Но реальность к мифу тебя не пустит.
Ты смирился, что же. И пусть напрасно,
Все равно ныряю я в тот же омут.
И пускай наивен, а ты – бесстрастен,
Я найду себя. Ты дождешься дома?
Я вернусь. Ты встретишь меня улыбкой
И вздохнешь привычно, чуть-чуть устало:
«Непутевый, глупый…» Твоей ошибкой
Все равно, поверь, никогда не стану.
Слишком многим в жизни тебе обязан,
Да и ты мне должен, хоть смотришь волком.
Я одною цепью с тобою связан,
За одною птицей мы шли так долго.
За далекой, призрачной, черно-синей,
Или бело-черной – вдали от света,
Все равно одной. Пусть холодный иней
Растопив лучами, наступит лето
У тебя в душе. Я с тобою рядом,
Улыбнись – вернусь. Я ведь просто верю.
Ты – мечта с чужим васильковым взглядом,
Ну а я найду нам обоим перья.
ТВОЯ
Пальцы в чернилах давно расцарапаны перьями,
Что тебе снилось, мой ангел не сыгранной пьесы?
Чью эпитафию ты разукрасил поверьями,
Будто для счастья довольно жить жизнь поэтессы?..
Сменим наряд – крылья новые цвета индиго.
Грустный паяц рассмешил молодую принцессу.
Милый мой ангел, я вся для тебя, словно книга,
Только не смей никогда ты жалеть поэтессу.
Черный костюм – ты всегда вызывающе скромен.
Крест не из золота, что же, сгодится для мессы.
Я промолчу, но ведь знаю, что кто-то есть кроме
Глупой, капризной, бессмысленно-злой поэтессы.
Пух тополиный рассыплется памятью лета,
Ангел печали, трагично-серьезный повеса…
Нет, не любовь… Но сапфировым светом согрета
Спит под крылом непутево-твоя поэтесса.
ОНА
Она носит очки и не бегает за трамваем.
Она прячет слезу под челкой и бредит далеким Раем.
Она ходит в черном костюме с яркой пометкой "рада"
Поверх расстегнутой блузки. Она всегда рядом.
…примерная девочка…
Она не пьет и не колется, она знает тысячу мелочей.
Она вам расскажет сказку о томных бликах свечей.
Она приходит с работы в восемь, она не ложится спать.
Она еще долго смотрит в окно, ей хочется танцевать.
…примерная девочка…
Она улыбается часто, но чаще грустит ни о чем.
Она никому не расскажет о том, что мир ее обречен.
Она не кромсает вены, она не пьет валидол.
Она выбирает дорогу назад, пока никто не пришел.
…примерная девочка…
Она не пишет стихи, в ее голове нет рифм.
Она читает Гюго и ловит полузабытый ритм.
Она приносит домой цветы от малознакомых друзей.
Она улыбнется, и в мире грез ей станет чуть-чуть теплей.
…примерная девочка…
Она полагает себя бедой, она убегает вдаль.
Она забивает книгами шрамы и холит свою печаль.
Она умирает три раза в день, она задает вопрос.
Она провожает глазами жизнь и слушает стук колес.
…примерная девочка…
(как однако точно...)
СКИТАЛЬЦЫ
В небе холод – как туман звезд.
Крылья сложены, лететь лень.
Кто-то скажет: «За тебя тост».
Я отвечу: «Тост не пьет тень».
Кто-то вскрикнет: «Как же так, друг?
Мы ж с тобою, да за всех!.. Мрак.»
Я же птицей все ищу юг,
И не знаю, кто мне здесь враг.
Там, на юге, знать, цветет лён,
А не лен, так вереск иль дрок.
Там, конечно, не пошлют вон,
А пошлют – на все нам дан срок.
Может быть, и мы найдем дом,
Где-нибудь среди чужих троп.
Память прошлого сдадим в лом,
И умоем родником лоб.
Может, примут, а скорей – нет.
Для скитальца каждый день – век.
Нами прожито пятьсот лет,
А виски посеребрил снег.
Было трудно, да какой прок?
В сердце жалость извели в прах.
Нас вперед зовет слепой Рок.
Только дом нет-нет мелькнет в снах.
ПЕСЕНКА ОДИНОКОГО ЭЛЬФА
Ты случилась завтра,
Он случился после.
Ты не дождалась его
И ушла за дверь.
Видно, разминулись…
Как-то не серьезно
Вечером шепталось:
«Никому не верь».
Зубы скалят морды,
Страхи близко-близко.
Не бояться странно
Сказочных зверей.
Зазвучат аккорды
Песенки эльфийской,
И в хмельном тумане
Станет веселей.
Как ни догадаться:
Ты не одинока.
Он тебя согреет,
Хоть и не поймет.
Не даешь подсказку:
Видимо, жестока.
Думаешь, не любит?
Нет, наоборот…
В сердце золотистом
Не осталось места:
Где любовь мерцала,
Там живут мечты.
Песню вспоминала
Эльфом-пианистом,
Но на каждой ноте
Жили он и ты…
ЕДИНОРОГ
Гордой походкой идет, исчезая в дали, 
[316x332]
Будто плывут по лазурной воде корабли.
В серебряной гриве алмазы, как капли воды.
Свободно идет он, минуя людские сады.
Мерцающий луч ясноокой царицы – луны,
Он гость из далекой и чуждой волшебной страны.
Сама чистота восседает верхом на коне.
Но, может быть, все это только пригрезилось мне?
ВАЛЬС
Теплой кошкой к ногам
Опустился желтеющий лист.
На колени упала,
Как в платье укутавшись шторой.
Не поверив богам,
Я танцую с судьбою на бис.
В царстве вечного бала,
Изранена скорости шпорой.
Закружил карнавал,
Унося за собою мой смех.
Я улыбки дарила
И слезы, все будто случайно.
Театральный провал –
Словно эхо невинных утех,
Ты ведь помнишь, так было,
Мы в спешке забыли про тайну…
Не знакомство – любовь.
Ну а впрочем, ведь все не всерьез.
Вальс затянет, как омут,
Не видно, кто сгинул под маской.
Свою роль приготовь,
Ты ведь должен задать мне вопрос.
Я отвечу другому,
Но рядом с тобой стану лаской…
СПИ, МОЯ ДЕВОЧКА
Милая девочка,
Спи, неразумная.
Мир успокоится.
Глазки – как звездочки;
Волосы – локоны
Я распущу тебе,
Зубьями – гребнями
Косы распутаю.
Алые губки
Водою холодною
Я напою твои –
Станешь как солнышко!
Спи, моя девочка,
Спи, моя звездочка;
Скоро узнаешь ты
Мира жестокого
Черные хитрости,
Тайны секретные,
Что погубить тебя
Могут без жалости.
Люди коварные
Будут играючи
Жизнь твою рушить
Тяжелым сомнением.
Спи, моя девочка,
Спи, ангелочек мой;
Всю чистоту твою,
Все твои крылия
Будут изломаны,
К зЕмле придавлены.
Жизнь – не сокровище,
Кара тяжелая.
Спи, моя девочка,
Солнышко новое.
стихи взяты отсюда: http://dgetnefer.narod.ru/stihi/stihi.html