Они заходили ко мне на приём и видели потолок в ржавчине со вспухшей извёсткой и потёками по стене. Их глаза как магнитом неумолимо манил к себе этот постыдный артефакт. Я мог заливаться соловьём, читать мини лекции об истоках и последствиях болезни, рекомендовать эликсир вечной молодости или, с таким же успехом плясать вприсядку, жонглируя бабалайкой - всё впустую. Они составили мнение, чем-то похожее на гранитную глыбу и составили его сразу же, войдя в кабинет. А теперь с тоской в глазах и односложными ответами пытались отбиться от моих назойливых попыток завоевать доверие, каждый раз сверяя свои ощущения с потолочным пятном, а мои глаза с собственным ощущением, что их бессовестно дурят.
И правильнее всего было бы так и делать, а не играть роль учёной обезьянки, предсказывающей будущее посреди пыльной и грязной рыночной площади. За пятачок, за грошик, за полушку.