Замерзшие на промозглом январском ветру две подружки тихо поднимались по ступенькам крутой лестницы. Лицо и руки приятно ощущали тепло. Сквозь розоватые стекла окон даже холодное зимнее солнце припекало почти по-весеннему. А спустя несколько мгновений девушки и вовсе попали в весну. Яркий солнечный свет купал в своих лучах невероятно прекрасный букет сирени, а солнечные зайчики прыгали по столу. Подружки остановились, пытаясь понять, что это: окно в таинственный сад или зеркальное отражение? Или и всего лишь слишком богатое девичье воображение?.. Казалось, что можно было разглядеть каждый крохотный цветочек этого букета, чей запах постепенно заполнял все пространство, и даже попытаться найти бутончики с пятью лепестками. Откуда-то доносилось пчелиное жужжание и стрекотание кузнечиков, а покрасневшие на морозе девичьи руки и щечки ощущали дуновение ветерка. И девушки шли все ближе и ближе навстречу волшебному миру… Но чем ближе они подходили, тем все больше этот мир терял свою реальность и осязаемость… и постепенно становились видны крупные уверенные мазки и ощущаться холст под ними. Подружки очнулись от прекрасного сна. «В.С. Сорокин. «Сирень» 1968г. Холст. Масло» - прочли они маленькую табличку. Увы, весенний денек был только картиной, а солнечное тепло и свет – всего лишь иллюзией… Но стоили сделать несколько шагов назад, и весна снова была здесь и сейчас, и пускай  по календарю до нее еще целый месяц.

Я со Стасей еще долго бродила по светлому залу Центра изобразительных искусств, где экспонировалась выставка Виктора Семеновича Сорокина. Перед нами представали зимние пейзажи, цеха заводов, ранняя осень и сам белобородый властелин красок и холста. Мы ходили от полотна к полотну, а сами нет-нет да и оглядывались на удивительный букет сирени. И вслух тихо загадали, что в мае обязательно выберемся как-нибудь с этюдниками, чтобы тоже сохранить такой волшебный образ сирени.