[480x640]
Христоф Шнайдер

Имя собственное ему не нравится еще со школьных времен и лучше называть его по фамилии, так как при упоминании имени он начинает громко сопеть и коситься недобрым взглядом. Он же "Doom" - с немецкого "Идиот". Не эстетично, но по слухам иногда подходит. Родился 11 мая 1966. Как и Флаке, он истинный уроженец Берлина, в котором и родился.
Рос ударник в большой семье, что существенно отличает его от остальных членов группы. К тому же, отца вообще не видел. В семействе насчитывался еще старший брат и пять младших сестер. Очевидно, именно в силу этого засилья женского пола в семье, Шнайдер занимается моделированием собственной одежды, но только этим. Тяжкая доля портного ложится на плечи сестры Констанц, хотя фамилия-то одна и та же (прим. Schneider - "портной"). Так же можно предположить, что сестры настолько достали братика, что тот ушел служить в армию, что тоже уникальный и неповторимый случай среди всех остальных участников группы. Тем не менее, суровые армейские будни не излечили его от панического ужаса перед высотой. Не помогла этому и женитьба, от которой остались: развод и отсутствие детей (а вот это уже странно). Повторяя путь рабочих пролетариев, Шнайдер посвятил свою гражданскую деятельность работе в телефонной компании в качестве установщика собственно телефонных линий. До этого, он таскал всякое оборудование геологам, все их приборы, расставлял, подсоединял, а по завершению работы, тащил обратно. Культурная жизнь протекала в "Die Firma", а потом присоединилась к культурной жизни Пауля и Флаке. Несмотря на некоторое начальное неприятие Пауля, позднее Шнайдер стал его закадычным (в прямом смысле) другом. Будучи человеком решительным и целеустремленным, Шнайдер ухитрился играть с Рихардом, Олли и Тиллем в Берлине. Потом он подумывал о совместном проекте с одним только Тиллем, но большинство намекнуло, что жадничать нехорошо. Под пагубным влиянием большинства Шнайдер начал курить, однако потом бросил, наверное, как раз в силу своей уникальности и оригинальности, которую старается проявлять во всем. В том числе, и в искусстве игры на ударных. Это настоящий человек-метроном, который ни разу (в отличие от, допустим, гитаристов) не сбился с ритма. Короче говоря, ударные - это его страсть. Но истинный ариец не останавливается на одном великолепном результате, поэтому Шнайдер взял штурмом английский язык и таки выучил его практически в совершенстве, используя в качестве обучающих материалов только масс-медиа. И, разумеется, просто невозможно, чтобы Шнайдер не претендовал на третью (и последнюю) долю в создании названия Rammstein. Вредное влияние Пауля, не иначе. Именно эта троица грудью стояла за то, чтобы Rammstein был таким, каким мы знаем его сейчас - провоцирующим и нарушающим заведенный порядок жизни.