Двор

Вечером мой двор угрюмо глух,
Смех и гомон здесь довольно редки, –
Тайное правительство старух
Заседает в сумрачной беседке.

Он запуган, этот бедный двор,
Щелк замка – и тот, как щелк затвора.
Кто знавал старушечий террор,
Согласится, – нет страшней террора.

Пропади ты, чертова дыра,
Царство кляуз, плесени и дуста!..
Но и в мрачной пропасти двора
Вспыхивают искры вольнодумства.

Якобинским флагом поутру
Возле той же старенькой беседки
Рвутся из прищепок на ветру
Трусики молоденькой соседки!..





Откровение

Мир, кажется, зачитан и залистан –
А все же молод, молод всё равно.
Ещё не раз любой из древних истин
В грядущем стать открытьем суждено.

И смотришь с удивленьем кроманьонца,
И видишь, пораженный новизной,
Какое-то совсем иное солнце,
Иное небо, шар земной…

О, радость первозданных откровений!
О, сложность настоящей простоты!
Мы топим их в пучине чьих-то мнений,
Сомнений и житейской суеты.

Они даются горько и непросто,
Который век завидовать веля
Безвестному Колумбову матросу,
что первым хрипло выкрикнул: «Земля»




**************************************************************************


Если ты мне враг –
Кто тогда мне друг?
Вертится Земля,
Как гончарный круг.

Мучась и бесясь,
Составляет Бог
Карточный пасьянс
Из людских дорог.

Перепутал год,
Перепутал век,-
И тебе не тот
Выпал человек!...

Я не виноват.
Он не виноват.
И на всех троих-
Узенький Арбат.


Удача

День закончен – и кисть до утра
Остывает светло и натружено…
Головешкой ночного костра
В темноте догорает натурщица…

Я гляжу на законченный труд
И, как это случается издавна,
Понимаю, что новый этюд –
Это, в общем, не новая истина.

Но я счастлив, как юный жених,
И танцуется мне и хохочется:
Я сегодня остался в живых
На войне, именуемой творчество!...

Уцелевший, стою у холста,
Полный счастья, испуга, смятения…

…Уважайте удачу, когда
Неудача была бы смертельна!...