Это цитата сообщения
_ОСОКА_ Оригинальное сообщениеЗАНОЗА 34. АЛЕКСАНДР БАШИРОВ.
[267x400]Сегодня посетила свою маникюршу...
(Кстати, о маникюрше: классная девчонка, красивая - волосы огненно-рыжие, глаза карие, огромные.)
Но, собственно, я не об этом...
Пока сушила лак на ногтях листала журнальчики...
Среди кучи всяких "Караванов" и "Элль" наткнулась на "Roling Stones" за август этого года. А там статья про Александра Баширова. Так она меня порадовала, что решила я ее найти и предоставить всеобщему вниманию.
Для тех, кто не помнит или не знает, кто это такой, объясняю и напоминаю: Александр Баширов - актер, снимался в таких фильмах, как "Асса" (офицер-летчик), "Черная роза - эмблема печали, красная роза - эмблема любви..." (Толик), "Дом под звездным небом" (Компостеров) и т.д.
Итак, сама статья (особо ударные места я не удержалась, выделила жирным шрифтом):
СЛЮННАЯ СОНАТА
Проведя пьяный вечер в компании двух журналисток, актёр и режиссёр Александр Баширов рассказал русскому RS об обывательской жажде жлобства и своей непростой работе в трэш-комедии "Антидурь", выходящей в прокат в начале сентября.
Текст: Светлана Репина, Мария Белят
"Машка, Светка, а вы умеете слюни вот так пускать? – интересуется у нас актёр Александр Баширов и резко выпускает слюну из кончика рта. – Да вы всё неправильно делаете, нужно быстро! Чтобы она как змеиный язык изо рта вылезала и так же обратно втягивалась". Мы сидим друг напротив друга, от души хохочем и пускаем слюни в течение минут пяти – так начиналось интервью с одним из главных питерских актёров-эксцентриков, в итоге затянувшееся далеко за полночь.
Александр Баширов позирует перед входом в московское "Маки-кафе" – излюбленное место встречи геев на Тверской улице. Рядом с нами к стене пристроились два здоровенных парня с низкими лбами – оба мрачновато наблюдают за фотографом, вертящимся вокруг Баширова. Пока актёр переводит дух, мы тыкаем пальцами в гопников и интересуемся, части ли наш сегодняшний собутыльник сталкивался со шпаной. "А может, я и сам был гопником, – тут же реагирует Баширов. – Ха-ха-ха! Откуда вам знать? На самом деле я не хотел бы говорить на темы, о которых потом можно будет в мемуарах написать. Хотелось бы сохранить весь этот бульон горячим и готовым к употреблению". Мы входим в кафе, где Баширов немедленно начинает орать на весь зал, требуя "коньячка" для себя и "девушкам шампанское за их счёт". Мы усаживаемся за столик и заводим разговор о том, кто, когда и при каких обстоятельствах переворачивал столы в ресторанах. "Я делал это не единожды, – заявляет актёр. – Обстоятельства были самые разные. Как правило, это делается в пьяном угаре. Не дают разгуляться, поэтому и переворачиваю. Мне нужно сжечь все города, женщин взять в наложницы, мужчин продать в рабство – везде, от Тихого океана до Адриатического моря, включая, может быть, северные губернии России. Всё сжечь! Всё предать огню! Мне кажется, вам обеим нужен коньяк!" Подошедший официант подмигивает нам, в то время как Баширов рассуждает о том, что нужно брать "самый дешёвый напиток", потому что "в нём градус один и тот же". "Дайте сюда три рюмки, – бросает актёр. – И шесть лимонов дайте, будем руки протирать". Пока мы соображаем на троих, возникает идея перейти к поводу нашей сегодняшней встречи – сентябрьскому релизу трэш-комедии "Антидурь". "Когда я снимался в этом фильме, то чисто меркантильными интересами руководствовался, – говорит Баширов. – Честное слово! Я с удовольствием что-нибудь выбил бы на скрижалях, и вы бы засунули их в анналы истории, но во мне всё уже перезагрузилось два раза, и с тех пор я нахватал много вирусов". В фильме "Антидурь" Баширов играет некоего эксперта-криминалиста Ракова, который обладает идеальным нюхом, благодаря чему сделал успешную карьеру в Госнаркоконтроле. Самому Александру Николаевичу запах марихуаны не по душе, ему больше нравится аромат селёдки. "Я люблю запах страсти! – орёт Баширов. – Я даже готов нюхать какой-нибудь морской бриз. Моя нюхательная толерантность распространяется на всё! Иногда я получаю удовольствие от запаха сухого киселя". Баширов резко сгибается на стуле и начинает скрипуче смеяться.
Александр Баширов – пожалуй, один из самых ярких артистов второго плана русского кино, причём его яркая фриковатая внешность позволяет ему играть эксцентричных и часто маниакальных персонажей. "Как режиссёр я скажу, что актёр Баширов очень сексапилен и мне интересно всё, что связано с его телом, – сообщает Баширов, размахивая зажжённой сигаретой. – Ещё мне как режиссёру интересен интеллект этого актёра, он прямо светится в его глазах. Баширов упакован в тончайшую самоиронию и великолепное чувство юмора, причём оно достаточно абсурдно. Но вообще я не актёр, у меня нет ролей – сплошь какие-то этюды и научные исследования возможностей человека". Официант приносит нам очередную порцию коньяка и просит у Баширова автограф, на что тот презрительно предлагает украсить протянутую бумажку изображением сердечка. Мы молча выпиваем, после чего актёр интересуется, не лесбиянки ли мы. "Очень надеюсь на это, – сообщает актёр. – Хотелось бы очень на это посмотреть. Зачем вы меня в заведение для геев затащили? Я же натурал!"
Александр Николаевич Баширов родился в 1955 году в деревне Согом Тюменской области, а двадцать лет спустя перебрался в Ленинград. Поработав на цементном заводе и отслужив в армии, будущий актёр попал на режиссёрский факультет ВГИКа – сначала к Игорю Таланкину, ну а затем к Анатолию Васильеву. В полупустом "Макикафе" назойливо трезвонит телефон Баширова – на завтра у актёра запланированы какие-то съёмки в Дубне, а сегодня он должен встретиться со своим другом Тамашем Тотом в Доме кино. Туда мы и отправляемся, попутно застряв в пробке.
"Нет, так жить нельзя, – констатирует Баширов. – От Питера до Москвы ближе, чем от Пушкинской до Маяковской. В Москве население в жиже гламура барахтается, элегантные позы принимает. Что? Как я отношусь к тому, что клан Михалковых всем в кино заправляет? Ой, какие свежие новости! Мне вообще не нравится, что кто-то чем-то заправляет, но кто-то же должен заправлять! И тем, кто узурпирует права на финансовый источник, должно быть стыдно! О, а давайте я Мише Ефремову позвоню". Пока актёр копается в меню телефона, разыскивая номер своего коллеги, мы замечаем, что Ефремов является таким же олицетворением пьяного московского дебоша, как Баширов – питерского. "Правда, что ли? – кокетливо тянет Александр. – А мне казалось, что Миша – приличный человек, что он такой яркий представитель московской интеллигенции. Утончённый интеллектуал, горящий театральный деятель".
ВГИК Баширов так и не окончил, хотя актёрская карьера его едва ли от этого пострадала: в 1986 году он дебютировал у Сергея Соловьёва в драме "Чужая белая и рябой", а год спустя сыграл в его же "Ассе". При упоминании имени Соловьёва Баширов поджимает губы и выдерживает перед следующей репликой длиннющую паузу.
"Кое-что меня в нём раздражает, – выдавливает актёр. – То, например, что мы разные. Хе-хе-хе. Вы меня тоже, кстати, обе раздражаете. Красота меня раздражает, уродство раздражает, меня раздражает всё, потому что глагол "раздражать" говорит о том, что я неравнодушен, понимаете? Я чувствителен, сентиментален, меня раздражает любой человек, который выглядит не так, как я!" В конце 80-х Баширов женился на американке и отправился в Штаты учиться актёрскому мастерству, время от времени возвращаясь на родину для участия в очередных съёмках. От того американского вояжа у актёра остались сертификат нью-йоркской "Бергхоф-студии" и сын по имени Кристофер. Сейчас Баширов женат на солистке "Колибри" Инне Волковой, от которой у него тоже есть ребёнок – дочь Александра-Мария. "Я к группе "Колибри" и ко всему этому никакого отношения не имею! Лучше не соваться туда, где больше одной женщины! Женщина сама по себе является социальным животным и своё возбуждение от искусства она имитирует! Для меня женщина никаким творцом не является, я работаю с женщинами как режиссёр, как антрополог: иногда лёгкой кисточкой, иногда лопатой пытаюсь выкопать из неё что-то существенное и сострадающее. Вот так!"
Наш автомобиль притормаживает у Дома кино, и только тут выясняется, что Ефремов не приедет – у актёра "особые семейные обстоятельства", и он находится под домашним арестом. Расстроенный Баширов оборачивается к нам с переднего сиденья и неожиданно заявляет:
"Две натуральные блондинки, ага! Давайте на вашу камеру что-нибудь жёсткое снимем? Например, порно! Был бы я нормальным человеком, я бы не удержался. Но старость, старость, здоровье не купишь. И не продашь. Я про психическое. Ха-ха-ха. Дело в том, что я глуховат, плохо вижу и туго соображаю". Вместо Тамаша Тота в буфете Дома кино мы обнаруживаем двух кокетливых женщин бальзаковского возраста, которые сообщают нам, что венгр уже ушёл. Баширов командует нам подниматься в ресторан: там отмечают премьеру фильма Александра Миндадзе "Отрыв". Мы присаживаемся за соседний от киногруппы стол. Заказываем солянку, селёдку и водку. Писатель Дмитрий Быков неразборчиво произносит очередной тост, и несмотря на то, что нам почти ничего не слышно, Баширов начинает вопить: "Как элегантно сказано! Давали бы ещё денег на кино!"
После нескольких молча опрокинутых рюмок Баширов начинает вспоминать режиссёрский факультет ВГИКа, на который он поступал четыре раза.
"Лёжа на кроватях, мы кидались в выключатели бутылками, – сообщает артист. – Всё это делалось, чтобы включить свет и его выключить. Помню, не попали, осерчали и выбросили в окно шкаф. Нет, это не было мелкое хулиганство! Это было психозом конкретики, жаждой реконструкции! Это была маленькая диссидентская атака на выключатель – так мы проявляли свободу своей личности, потому что свобода слова нам уже тогда претила!" Колоритная официантка в чепце приносит нам ещё селёдки и водки, и разговор перетекает в душеспасительное русло.
"Православие заключается в том, что ты рождён для страдания, – бойко вещает Баширов. – Как только ты признаешь это, девочка, то станешь свободной и начнёшь наслаждаться. Это единственный выход в том напряжении, в котором ты живёшь. Как-то Федя Бондарчук сказал, что никогда не снимет в своём кино гранёный стакан. Я говорю: "Федя, он создан Мухиной, это великолепное произведение искусства, после нас останешься не ты со своими клипами, а гранёный стакан как символ гармонии красоты". Баширов внезапно вскакивает со стула и начинает активно жестикулировать, сверля нас глазами. "Вы должны прийти к главному – к запаху! Понюхайте людей, все они воняют говном! Все воняют! Вам нужно срочно пригнуться к земле, как Илья Муромец. Вы благодарить меня потом будете, ноги будете целовать!"
Мы выходим из Дома кино и решаем отправиться в гости к нашему приятелю, владеющему частной галереей на Ордынке. По дороге берём пару бутылок шампанского. "Чтоб вам всем пусто было, – недовольно комментирует покупку актёр. – В этом, что ли, счастье? Счастье внутри тебя, а сам ты можешь при этом колоться, нюхать, курить, блядь. Где эта галерея? Достали с дурацкими вопросами".
Баширов в первую очередь считает себя режиссёром, а не актёром, хотя на его счету всего лишь один художественный фильм ("Железная пята олигархии"), две несохранившиеся короткометражки ("Аутсайдер" и "Ода к радости"), а также документальная лента "Белград, Белград!", рассказывающая о югославской деятельности агрессоров из НАТО. В качестве актёра Баширов уже мелькнул в этом году на площадке "Груза 200" Алексея Балабанова и вернулся к своему старому патрону Сергею Соловьёву, сыграв в засекреченной пока картине "2-Асса-2, или Вторая смерть Анны Карениной". Придя в галерею, мы с Башировым расслабляемся в кожаных креслах, пьём шампанское, слушаем какой-то этнический джаз и курим. Баширов ведёт себя крайне агрессивно, а также много и довольно злобно матерится. "Ну вот ты, например, приходишь в магазин, а эта сука с охранником кокетничает, – жалуется актёр на питерский сервис. – Я говорю: "Сигареты не продадите мне?" А она: "Мужчина! Не видите, что я занята!" И я начинаю тут же на неё орать: " Пожалуйста, я сейчас унижусь, дайте мне сигареты, сука, педерасты, в пизду!"
Александр Николаевич срывается на визг и начинает со всей силы лупить по подлокотнику своего кресла: "Ты со своим охранником заебала меня! Продай мне сигареты за мои деньги!" И она тут же: "Слушайте, вы неадекватно себя ведёте! Администрация!" А потом в ментовке ещё за это в рыло получаешь! Вот это неадекватное поведение: ты пришёл за сигаретами, а там такие скоты. Адекватность – это обывательская жажда жлобства и сокрытие этого жлобства! Адекватность – это абсолютный праздник власти и гадости! Жлобство, пошлость и гадость – это вообще западная проблема. Потому что именно индивидуализм, присущий всему Западу, атакует эту чужую свободу. Любой человек, который инфицирован западной цивилизацией, ненавидит Россию, потому что он в России видит отсутствие свободы для себя!"
Судя по всему, Баширов завёлся окончательно, его реплики становятся всё более абсурдными. Баширов неожиданно вскакивает с дивана и хватает табурет:
"Самое маленькое животное на Земле – это вирус. Какое самое большое, Свет, как думаешь? Нет, это не Лев Николаевич Толстой. Это слон! И вот как ты думаешь, если представить, что вселенная похожа на человеческий мозг, где твоё место в этом мире? Вирус и слон, представь, да? В этом говне безумия!" В это время раздаётся звонок в дверь, и в галерее возникают две вполне себе взрослые подруги хозяина – барышни из высшего общества, интересующиеся искусством. Баширов тут же целует их обеих в щёки и громко орёт: "Вот тут девушка Света решила потрахаться со свиньями в пику Льву Николаевичу Толстому. Надо же! Да он как только узнает, в гробу перевернётся!"
Rolling Stone, август 2007