Зима в Нанленде выдалась просто чудесной! Ни привычных для местного климата промозглых дождей ни слякоти, ни мокрого, тающего снега. На деревьях уже появились первые почки, с осени, не уставая радовать взгляд, зеленела трава, и даже столбик термометра, хвалясь своей «потенцией», тянулся к отметке в 19 градусов Цельсия.
Самайа ехала в переполненной людьми маршрутке, ехала по делам. Солнце с веселым любопытством заглядывало в окна домов и автомобилей, заставляя Самайю ласково по-кошачьи щуриться.
Над Русой рекой невдалеке от моста серебряными нитями тянулась высоковольтная линия. Рядом, чуть повыше, скучившись внушительным роем, летали речные чайки. По-видимому, место было «рыбное»… Время от времени какая-нибудь из чаек стремглав бросалась вниз, умело проскальзывала между воздушными кабелями, а чуть позже появлялась поодаль, довольная с блестящей рыбиной в клюве.
Одна из птиц отделилась от стаи и летала над набережным проспектом, выписывая восьмерки вокруг проводов. Все ближе и ближе к блестящим нитям проныривала она сквозь зазоры между провисшими высоковольтными «канатами». Ей было легко и приятно, она наслаждалась своим полетом, своей силой и мастерством.

Зачем ловить рыбу, когда можно так веселиться?

Самайя открыла окно, высунулась по плечи и обернулась, провожая чайку восторженным взглядом.
Ветер движения развевал ее мягкие послушные волосы, и они весело искрились на солнце золотыми прядями.
Дорога, послушная реке, свернула, и птица исчезла из вида.
Девушка откинулась на спинку кресла и прикрыла окно. Потом огляделась, все еще весело улыбаясь. Почти все пассажиры сидящие напротив глядели на нее. Едва заметный румянец заиграл на лице девушки…
Улыбка Самайи оказалась очень заразительной. Все попутчики, ловя ее веселый взгляд, тоже расплывались в улыбке. Кто-то при этом тут же смущенно отворачивался, некоторые же (особенно молодые парни), глядя ей в глаза, улыбались нарочито как бы в ответ (наверно думая, что таким образом они флиртуют…)
Еще в течение некоторого времени пассажиры смотрели, не видя в окна, погруженные наверно в приятные воспоминания. Улыбки так и затаились у многих в уголках губ.
Самайа уже забыла о птице, она весело разглядывала кипящий жизнью город.

Кругом, в городах и лесах Нанленда блестящей весенней паутиной тянулись, сплетались линии электропередач – тысячи проводов. И птицы научились новым трюкам…