У нас их так называют, женщин, которые ни разу не выходили замуж. В начале войны им было по тринадцать-восемнадцать лет, к концу войны они подросли, были невестами в самом соку, но женихов вернулось с фронта мало (из трехсот уходивших в моем ауле, вернулось сорок), вернувшихся поджидал молодняк семнадцати-восемнадцати лет, а эти, выглядившие из-за адской работы в тылу сорокалетними, за малым исключением остались вне зоны их внимания. Они так и прожили свой век, не познав ни радости материнства, ни даже радости любви. Одна из моих тетушек дождалась своего счастья лишь в пятидесятилетнем возрасте, выйдя замуж (точнее, подобрав) мужика-калеку, оставшегося вдовцом.
Еще одна деталь - потенциальных женихов, вернувшихся с фронта, активно перехватывали у девушек молодые вдовы. Брали за счет сексуального опыта, за счет отчаянного напора (они яснее осозновали, что жизнь летит под откос и нужно за нее бороться). Сплошь и рядом были такие случаи - вдовы оставляли детей у своих матерей и уезжали с молодыми мужьями из аула. У бабушек, в детдомах воспитывались тысячи сирот при живых матерях, нашедших где-то счастье.
Не скрою, при всей суровости закона были и случаи скрытого многоженства. Некоторые мужики содержали по две семьи, часто многодетные, и никто в ауле не посмел их укорить или сдать властям. Были и семьи, где на одного мужика приходилось до трех жен и двадцати детей. Официально - одна жена, плюс одна, две жены, вдовы его братьев, не вернувшихся с фронта и которых брат не посмел оставить в беде. Эта традиционный обычай башкир, когда вдова старшего брата автоматически становилась женой брата младшего.
Такие вот последствия войны, о которых редко пишут.
http://florid-buljakov.livejournal.com/180506.html