Именно это лето было границей между детством и ранней юностью. Последнее лето на даче в Быково. В то лето с нами жила моя подружка О.З., и такое близкое общение привело, увы, к нашему расхождению. Для дружбы теперь было не достаточно слов «давай дружить». Хотя мы вместе ходили на пруд, в летний кинотеатр в сосновой роще и в зимний, что у каменных домов.. Два раза посмотрели «Звуки музыки» и три раза  ( я потом ещё и четвертый раз посмотрела)  японского мультипликационного «Кота в сапогах» ( а художником в этом фильме был Миядзяки!). Но мы изменились. То ли потому, что она была на год моложе (пошла в школу с шести лет), то ли у нас появились разные интересы. В солдатики играть уже было неинтересно…И хотя мы не ссорились, но  после этого лета общаться стали все реже и реже…

А потом мы с мамой поехали на море. Это была первая моя осознанная поездка на море.

 Хотя в три года и в пять лет меня возили в Одессу, но я была слишком мала. Больше всего мне из ранних воспоминаний запомнились живые куры, виноград, растущий вокруг террасы и жареные бычки. Моя героическая мама вставала в пять утра, чтобы никого не разбудить вылезала в окно и шла на рынок за бычками утреннего улова к завтраку. Как это было вкусно!. 

А в двенадцать лет, вооруженная массой литературного и художественного материала о море, я уже воспринимала его как объект искусства, любуясь и восхищаясь. Жили мы в доме отдыха в Агудзере, под Сухуми, в месте, засаженном эвкалиптами, специально вывезенными ещё до революции из Австралии для осушения климата. Ездили на дивное озеро Рица. Удивлялись коровам и мохнатым свиньям, бродившим свободно по территории дома отдыха. Я чувствовала себя совсем взрослой, впервые читала фантастику, но всё-таки собирала в коробочку из-под монпансье красивые камушки и стеклышки, отшлифованные морем.