Он сказал: «Я вижу темноту»,
И поверил в сотнях смыслах слова,
Жизнь свою осеннему листу
Уподобил, опадая снова.

Он лежит, и мир его широк,
В нём покой сплетается с ненастьем,
И бежит извилистый поток
Яркой мысли по границе счастья.

Выпад слов на истомлённый ум,
Взгляд поверх и сквозь прозрачность нашу,
Ледником заброшенный валун,
Одинок, но путь ему не страшен.

В полумгле на ярость суете
В пустоте воздушное виденье,
Быть нигде, и всё же быть везде,
Тишину избрав себе в спасенье.

Тёплый сон, уныние долой,
Не за тем приходит томный вечер,
Коридор, как кротко, Боже мой,
И горят в глазах у встречных свечи.

Не меняя мимики лица,
Устранив тревоги и сомненья,
Он укроет хрупкие сердца
Под покров немого отчужденья.

Лучше всех защита будет та,
О которой не подозреваем,
И святой является мечта
Только о недостижимом рае,

Потому так плавен каждый взмах,
За которым следуют манжеты:
Он увидел темноту сквозь страх –
Взор такой доступен лишь поэтам.