Почему же в последнее время
Меня вдохновляет обувь?
Наверное, потому что просто
Часто смотрю я, где мне
Встать, наплевав на собственность роста,
Хоть мог бы писать, и вполне обоснованно,
Про макушки голов,
Про прямые носы или про параллель проводов,
Только взгляд, голубым избалованный,
Льнёт, как червь, к самым низким и грязным мотивам,
Потому и пишу про шнурки
Или форму носка на скине молчаливом,
И считаю в вагоне пеньки
Вместо елей.

Тихий мрамор ложится на тихую стену,
Пыль веков покрывает сапог как систему,
А вокруг словно клубни народ:
Кто зевает, кто пьёт, кто живёт постепенно,
Даже те есть, кто наоборот.
И у всех почему-то на обуви грязь,
Словно каждый из них как в изгнании князь
Без слуги для поддержки парада.
Я средь них император,
И не брит, и не мыт,
Историческим потом покрыт,
Серой массой из общего ряда.
Мир тосклив и ущербен на вид –
Значит, всё в нём идёт так, как надо.