А по небу плывут паруса,
Только их не заметят глаза:
Паруса наполняются ветром,
А глаза подчиняются свету,
Не найти оттого им друг друга.
Разве только на дальнем Плутоне,
Где ни света, ни ветра, ни звука
Вечный космос вовек не проронит,
Паруса и глаза станут ближе,
Только пользы я в этом не вижу.

А ещё есть река и есть уши,
Есть строка и незрелые груши –
Много братьев, навек разделённых
Тьмой эпох и догматами веры
Через смысл наших фраз потаённый,
Через все недомерки и меры,
От рожденья Вселенной до мига,
Где наш мир как открытая книга
Яркой буквой сияет и плачет
Оттого, что не важно, иначе
Или так повернётся реальность –
Отражение нас повторяет,
Но не ведомо, где зазеркальность,
А где сами мы. Видимо, краем,
За которым понятно всё это,
Не является разум поэта.

Разум ест что попало,
И конец от начала
Отличить невозможно.
Я дышу осторожно,
Ведь по небу плывут паруса,
И дыханье сбивает их с курса.
Кирпичом начертил. Полоса,
А за нею какая-то муза
Мимолётная и на сегодня,
Лишь мгновенье она не обуза
И хотя бы на что-то пригодна
Или истинна.