
Воскресный день.
Осень.
Промелькнули за окном будничные дни недели, как неумытые, холодные остановки на уносящейся назад дороге.
Выходные.
Выходишь из мчащейся жизни в состояние невесомости, ограниченное домашним миром. Потом снова встаем на рельсы и вперед, до следующей остановки выходных.
Кажется, так было и будет всегда. Все идет по известному, понятному пути. Это дает ощущение предсказуемости и неизменности в настоящем и будущем. Будни, выходные, дом, работа, дела. И думаешь о том что нужно сделать, чтобы метражные столбики исправно мелькали мимо и оставались позади остановки, отмечающие пройденный путь.
Но сегодня особенный день. Это прозрачный, летящий день золотой осени.
Осень – особое время. Весь год ты живешь, наращивая скорость приходящих событий, и проносишься сквозь их череду, насыщая прошлое воспоминаниями и впечатлениями. И только осенью замечаешь, что проходящее течение времени не только приносит события, но и уносит, оставляет позади что-то очень важное, будто часть тебя растворяя в прошлом.
В это время нельзя увидеть - на это есть весна и лето. Это время ощущений, когда нужно почувствовать, чтобы понять .
Яркий свет в прозрачном небе - как воспоминание, светлое и прекрасное об обжигающем летнем солнце, вливающем силы в землю. Золотые листья берез, косо струятся на ветру. Свет наполняет их шелестящим золотом, а высокое, светлое небо делается платиновым.
Здесь царствует прозрачный, свободный ветер. Сейчас он отпущен на свободу, нет синевы неба, нет гнетущей жаркой силы солнца, нет границ. Он кружит и струится, ласкает, поднимает, закручивает и роняет.
Осень- стихия ветра, стихия души. И эта маленькая птаха бьется где-то глубоко в груди и ищет хоть маленькую лазейку чтобы лететь с ним.
Когда-нибудь, я хочу стать ветром. Хочу пронестись и пригладить пушистые верхушки трав и раздуть густую, зеленую гриву леса. Он, как большой косматый зверь, лежащий на земле.
Люблю дубы, гордо стоящие на краю опушки. В окружающем их хрустальном воздухе, в терпком запахе, чувствуется энергия прожитой жизни и грусть уходящего. Резные листья противятся легкомысленности ветра.
Пропитанные жизненной силой прошедшего лета они сопротивляются переменам.
Зачем эта музыка? Она выпускает на волю то, что я пытаюсь удержать. Нельзя, нельзя выпускать эту птичку, это неправильно.. ломается то, что построено годами, и это больно, больно и одновременно чудесно и так легко…
И летит, летит душа - маленькая серенькая пичужка. Вот знакомая дорога, справа и слева мелькают зеленые, шумящие на ветру деревья, а между ними мелькает и вспыхивает солнце.
Да, я это помню так хорошо, что снова чувствую, как мчит меня по этой дороге машина. Сейчас я ведущий, и я решаю свою судьбу на этой дороге. Сила отталкивает назад всю ту жизнь, где остались надо и нельзя. Я приближаю место, где я разрешаю себе быть собой. Тогда возвращается ощущение той жизни, когда у меня было только имя, но не было отчества и фамилии. Только я, моя жизнь и открытый мир. Это потом появляются, нарастают на человеке бронирующие слои, ограждающие его от других и от самого себя.
Я не могу забыть время этого освобождения и возвращения к себе. Я обрела давно потерянное и очень важное, жизненно необходимое.
Спасибо осени за это напоминание. Я вдыхаю твой прозрачный холодный ветер и вижу мчащуюся дорогу; смотрю на шелестящие березы и вспоминаю золотое пшеничное поле, ворошимое ветром; чувствую твое далекое тепло и вижу серые глаза с солнечно-рыжими искорками смеха и с зелеными искорками грусти.
И я знаю, что еще вернусь туда; я просто не могу не вернуться. Моя пичужка осталась там, вместе с солнечным ветром. Она сидит на пушистой, кланяющейся травинке и ветер ерошит ее маленькие перышки. Здесь ей не выжить, но там она свободна.
Теперь я знаю, что такое осенний холод. Мне холодно не от ветра, мне холодно изнутри.
От того, что моя маленькая птичка, которая всегда трепыхалась и согревала, улетела от меня вместе с этой музыкой и ветром.