http://www.youtube.com/watch?v=Zl1TTUbSvQk

Начинаю рисовать :)

4. Встреча.

Лениво сползая с крыши,
Ночь уходила в рассвет.
Дрозды-то кричат как, слышишь?
Нет!

Ирина встала, как всегда, рано. Проводила детей в школу, прибралась, кое-что приготовила на обед и стала перебирать свои записи. Телефоны, телефоны, телефоны, сколько было пустых звонков, и встреч. Вспомнила Виталия, неужели он забыл о её просьбе?! Нет, не может быть. И, словно, в подтверждение этого, зазвонил телефон. Судорожно схватив трубку, закрыла глаза. Она любила по телефону разговаривать с закрытыми глазами. Так легче было представить собеседника. Да, это был он. Конечно же, Виталий не забыл об их разговоре. Да и как он мог забыть, она не выходила у него из головы.
- Надо же было такому случиться, бедная Ирочка, - думал Виталий все эти дни.
- Алло, привет, - он старался скрыть своё волнение, - как ты?
- Вот, позвонил, теперь лучше, - ответила Ирина его же любимой фразой.
- А-а, помнишь?! Ну, так слушай, переговорил насчёт тебя. Всё о*кей. Давай вечером ко мне. Передам тебе все документы, заполнишь, и ты на работе. Мы снова вместе. Он вздохнул. А она даже не обратила на это внимания, столько произошло за этот год. Радость была только одна, у неё скоро будет работа. В этом она теперь нисколько не сомневалась.
- Хорошо, в восемь вечера я буду у тебя.
- Адрес записывай. Живу я низко, второй этаж, яблоко можно добросить.
Виталий продиктовал адрес.
- Ну, всё поняла? Повтори.
- Второй подъезд, второй этаж…
- Найдёшь? Если заплутаешь, кричи громче, я услышу тебя.
- Как был шутником, так и остался, подумала Ирина и ответила:
- Да, выйду из метро, куплю кило яблок и буду швырять по окнам второго этажа. Где выйдешь, там ты и живёшь.
- Ну, договорились, до вечера, - хохотнул Виталий и повесил трубку.
В восемь вечера она стояла у метро под огромным фонарём, разливающим вокруг мягкий цвета яичного желтка свет, и смотрела на окна его дома. Виталий несколько лет назад купил себе квартиру, оставив прежнюю жене и ребёнку.
Ирина быстро нашла его окна, потому, что он стоял на балконе, но её он не видел.
- Совсем не изменился, - подумала Ирина, такой же статный и красивый. Вот потому ему и не везёт. Портит красивых мужчин красота. Вернее не красота, а излишнее женское внимание к ней. Она направилась к подъезду. Позвонила в домофон и вдруг дверь сама открылась. На пороге стоял Виталий.
- Нет, подумала Ирина, - постарел, волосы не такие, как раньше, вьющиеся, глаза поблекли.
- Ну, привет, сестрёнка. Виталий обнял её, поцеловал в висок, - пойдём. Здесь мы с тобой чай ещё не пили…

4.

Ирина очень любила своего мужа. С ним было легко и весело. Он никогда ни в чём ей не отказывал, и у детей было счастливое, безоблачное детство.
Вспомнила, как счастлив был муж, когда у них родилась тройня. День и ночь он простаивал под окнами роддома. Каждый день таскал авоськами шоколадные конфеты и фрукты. Даже нянечки его полюбили. Развозил врачей после смены по домам и возвращался на свой пост. А когда её выписала, весь роддом утопал в цветах.
У них родились девочка и двое мальчиков. Девочку назвали сладким именем Алёнка, а мальчиков одним именем на двоих - Егоркой. Папа купил огромную коляску для тройни и началась совсем другая жизнь.
Когда Ирина слишком сильно уставала, муж собирал в охапку всю малышню, как говорили соседи, сажал в машину и со словами: Маме надо отдохнуть, увозил их на целый день. Либо в Парк Горького, либо к кому-нибудь в гости. А то и просто в лес на шашлыки или на речку купаться.
Перед свадьбой Димка так и сказал: Ты у меня работать не будешь. Если захочешь, конечно, дома сидеть. Она захотела. И до сих пор ни разу не пожалела об этом. Ирина жила радостью детей. Вместе играли, вместе убирались, вместе готовили. А вечером встречали папу. Ужинали и всей семьёй смотрели телек. Большим праздником в семье была Папина зарплата. Он накупал много сладостей в этот день и некоторую сумму менял на мелкие бумажные купюры. У них была игра. Дочка садилась на свою любимую красную лошадку, а мальчишки прямо на пол по-турецки. Ирина с мужем вставали друг напротив друга и под счастливый визг и детский хохот начинали осыпать детей деньгами. Кто сколько поймает. Не было никогда ни зависти, ни драк. Это была просто игра в богатство, как говорили они. Потом все пойманные бумажки складывались в аккуратные стопочки и пересчитались. Пока они были совсем маленькие, считали по нескольку раз до пяти, и так было забавно смотреть на них в эти минуты…
Но однажды в день получки папа не пришёл. Ирина с детьми прождали его до часу ночи, не зная, что думать. С трудом уложив детей спать, она позвонила его другу с работы. Тот сказал, что Димка уехал вовремя, даже подбросил его до метро. И тогда она стала обзванивать больницы. Нигде ничего вразумительного ей не ответили. Решила оставить поиски до утра. Но ни через день, ни через два поиски ничего не дали. Вскоре подключилась и милиция. Где только не искали. Муж пропал. Прошло три месяца, надежда не таяла. Но не нашли даже и машины, его бронированного Лексуса, цвета вАГоньего кВыла, как говорил Егорка. Ирина начала искать работу. Продала по-дешёвке кому-то домашний кинотеатр и несколько любимых заграничных нарядов. В доме стало тихо и невесело.
Алёнка теперь засыпала только с папиной фотографией, а мальчики с машинками, которые подарил папа…
В этих грустных воспоминаниях Ирина и уснула. Проснулась оттого, что все кости ломило. Голова была чугунная. Слёз давно уже не было. Была какая-то странная тупая боль. Боль и страх за завтрашний день, за детей…

Странная записка


В почти пустом кафе звучал Бетховен –
шумел напротив аэровокзал.
И в этот зимний вечер он был болен
и рад тому, что из Москвы сбежал.

Он этой ночью улетал куда-то,
быть может, в Питер или на Восток –
и здесь, в кафе, под «лунную сонату»
черкнул записку ровно в двадцать строк.

«Сегодня пусть Вам сердце для начала
заполнит небо музыкой своей,
а вот потом хочу, чтоб зазвучала
моей души печальная свирель…

Вся жизнь моя – ошибка на ошибке,
и только рядом с Вами всякий раз
наивными от счастья пели скрипки
моих распутных и холодных глаз…

Пока Вы были близко, так тревожа
весь мир вокруг, что трудно объяснить,
судьбу мою простую, как рогожа,
прошила звёзд серебряная нить…

Сегодня ночь впервые будет снежной
и грешной, оглушая и слепя,
но, улетая не от Вас, конечно,
я сам крест-накрест зачеркну себя…

А дальше проживём без происшествий,
разменивая свой короткий век.
И подпись: Ваш когда-то сумасшедший
и, может быть, любимый человек…»

Ну, вот и всё. Словесному рисунку
заполнить нужно лишь один пробел -
он, лихо на плечо забросив сумку,
поднялся в самолет и улетел.

И лишь в пустом кафе, где золотисто
бросали свет фонарики во тьму,
осталась эта странная записка,
не нужная, наверно, никому..
ЛеоСи

Спасибо, мой Лео,
За память, что радость несла!
Я вправду нелепа,
Как маленький дом из песка…

Спасибо за холод
Твоих удивительных глаз,
Ты больше не молод,
Как будто сгорел и погас…

Спасибо за ворот,
Разорванный в нашей судьбе.
Спасибо за голод,
Который имела к тебе…



Да, после этой притчи лишь сгореть
Мне остается, Лео…Это значит,
Что Аби – та другая Аби - плачет
И от печали хочет умереть…

Я в рифму больше не могу, боюсь,
что все напрасно… Я уже устала.
Судьба, быть может, подлая достала…
Я умираю? Да! Но не сдаюсь!
Аби

маленькая пьеса....
Аби – диалог со мной….

Аби, Аби, в сердце юных
замыслов твоих
Грусть погонит напрямую,
Как хмельной ямщик.

Аби, Аби, ты устала -
Время января….
Всё, что будет – не подарок,
Мягко говоря…

Аби, Аби, мы любили!
Вроде бы родство…
Потерялись, позабылись –
Больше не свело…

Аби, Аби, будут звёзды.
Будет тишина.
Оторваться тоже поздно
Будет от вина…

Аби, Аби, ты нелепа -
Алкоголь в крови?
Здесь на форуме поэтов
Мало, как любви…
ЛеоСи

..

На военном злом аэродроме
он курил небрежно сигарету.
В жизни было всё отлично, кроме
личной жизни, скажем по секрету…

Докурив, он усмехнулся тонко –
и окурок символом экстрима
весело разбился о бетонку
на осколки пламени и дыма.

Королём дурацких репортажей,
открывая двери криком: «Пресса!»,
он мотался по стране и даже
с женщинами спал без интереса.

Но сегодня, к чёрту – извините! –
всех послал и рвался не по льготам
с Финского залива через Питер
на Москву влюблённым идиотом…

В первый раз в душе его пропела,
обожгла – как спирт хлебнуть из фляжки! -
юная возлюбленная в белой
и смешной, как мир, ночной рубашке.

Журналисту в сорок лет не нужно
толковать о смысле жизни тленной -
в сердце всё трагично, а снаружи
всё прилично, скажем откровенно…

Как мальчишка дерзкий – это важно! –
он мечтал, конечно, ради шутки
на глазах у изумлённых граждан
расстегнуть ей молнию на юбке…

А потом шататься целый вечер
с нею там, где фонари потухли,
и под вальс ночного Москворечья
целоваться у себя на кухне…

Расстегнуть бюстгальтер - если можно! -
обнажив ей грудь, как в мелодраме,
и соски, набухшие тревожно,
облегчить дрожащими губами...

Он мечтал ей розы «Кама-Сутра»
- восемь белых и тринадцать красных -
бросить на колени рано утром,
ибо утром все слова напрасны…

Время лечит, а судьба хохочет -
и мечтать о будущем нелепо!
Вот рукой махнул знакомый лётчик
и позвал в безоблачное небо.

Запахи бензина и дюраля
пропитали воздух повсеместно.
Ту-16 шёл на взлёт, играя
в дурака с удачей, скажем честно…

Триста метров «старый ворон» звонко
пролетел и вдруг неотвратимо
рухнул вниз, разбившись о бетонку
на осколки пламени и дыма.
ЛеоСИ

Лёнь, ты обманываешь самого себя! ...От себя, как известно не убежишь! Чтобы исчезнуть из инета, надо не только выбросить комп, надо чем-то сразу заполнить образовавшуюся пустоту. А виртуальная пустота - ТОСКА - ничем не заменима. Никакими реалиями! А если и заменима, то НЕ-НА-ДОЛ-ГО))))

01:29 ну и последнее... Добавить запись в цитатник
на этой нераскрытой тайне я, пожалуй, и закончу дневник...
но, конечно же, мои друзья через личку узнают эту тайну
в свое время... ) не все, понятно, но те, кто должен это узнать...
icon_razz.gif

скоро этот дневник опустеет, я уберу всё...
как только из этого дневника исчезнет всё - и стихи - это
будет означать, что я вернулся в свой прежний мир - реальный
и ждущий меня...

осталось всего несколько дней...
пусть дневник еще побудет таким, какой он сейчас...
и еще с одного сайта исчезнут мои стихи тоже...
с остальных стихи и нечто своё я уже убрал
то есть исчезнет всё или почти всё, напоминающее обо мне
в интернете... )
icon_razz.gif

это мой выбор...

3.

Утро было тихим и солнечным. Но ночью шёл мокрый снег, и теперь было очень скользко. Виталий не спеша вышел из подъезда. Придерживая металлическую дверь, огляделся. У киоска было человек пять. Быстро купил газету и спустился в метро. Долгая дорога на работу утомляла и он уже подумывал о пенсии. И только одиночество по вечерам не давало ему решиться на этот шаг. На работе день пробегал незаметнее, хоть и хлопотно. Он уже давно научился сбрасывать с себя лишнюю работу и лишний раз любил вслух вспомнить, что каждый документ должен вылежаться, дождаться своего часа.
Был и неприятный момент в его трудовых буднях, но об этом он никому не говорил. Начальницей отдела, в котором он работал, была женщина. Красивая, высокая, ровесница Виталия. Ему до сих пор было непонятно, почему именно её назначили на эту должность. Мужское самолюбие или обида не позволяли ему, что называется, по первому зову бросаться в бой.
Газета прочитывалась от корки до корки с утра, и только после этого он подходил к кульману. Почти все уже пересели на компьютеры. Виталий принципиально оттягивал этот момент, ссылаясь со смехом, что не вся калька-Д ещё кончилась.
Раздался звонок. Это позвонила его старая знакомая. Ирина. Когда-то она работала под его началом и они очень сдружились. Принципиальна и безотказна в работе. Потом дети, пелёнки, распашонки и они растерялись в этом огромном, суматошном мире. Изредка поздравляли друг друга с праздником, но потом и эти звонки прекратились.
- Как ты, Вит?
- А что мне будет? Вот подумываю о пенсии…
Слово за слово и Виталий понял, что Ирине надо помочь с работой.
- Ладно, переговорю здесь, перезвоню. Тебя здесь помнят, скорее всего что-нибудь получится. Всё, целую, до встречи.
Виталий углубился в воспоминания. Прошло всего десять лет с последней их встречи, а сколько воды утекло. И он успел развестись, и она успела замуж выйти. Усмехнулся, вспомнив, как на прощание она сказала ему:
- Холодный ты, Виталька. Пошла я замуж. И пропала на долгие десять лет.
Сегодня он вспоминал её с каким-то труднообъяснимым теплом. За четыре года работы она стала ему очень родным человеком. Эх, кабы я смог её полюбить тогда, может, всё бы сложилось иначе. Теперь у неё трое хорошеньких ребятишек, любящий муж, а я каждый день возвращаюсь в молчаливый пустой дом.
А Ирина, положив трубку, сидела в ступоре. Щёки её горели. Ей когда-то очень нравился Виталий. Но у них ничего не получилось. Он так и звал её сестрёнкой. Всё осталось на уровне дружбы. Но одно свидание всё-таки было. Оно было таким неудачным, что Ирина не любила о нём вспоминать. Она тогда сама напросилась к Виталию в гости, не выдержав. Сидели, пили чай, а разговора не клеилось. Он всё время от неё убегал на кухню. На работе были и общие темы, и общие интересы, а, оставшись одни, каждый про себя понял, что они чужие друг другу. Провожая её, Виталий небрежно наклонился, холодно её чмокнул и пошёл, не оборачиваясь занимать очередь за пивом. Ирина стояла, смотрела ему вслед осознавая, что это всё. В этот день она и встретила своего Димастого. Так звала она до сих пор своего мужа…

2. Ирина около года уже не могла найти работу. Каждый день вставала чуть свет и отправлялась на бесконечные собеседования и встречи. Но всюду, мило с ней поговорив, робко намекали на возраст. Предлагая оставить портфолио и резюме, торопливо прощались.
Уходя из очередного офиса, Ирина отмечала, что все они сейчас, как на одно лицо.
…Сидят чуть ли не на головах друг у друга, а апломба, будто за пазухой у Господа Бога обитают. Обидно! Всем когда-то исполняетсяээ за сорок.
Вот и сегодня, пробираясь, как по узкому переулку сквозь громадьё кресел и тел, обратила внимание, что все моложе тридцати или чуть старше. И, конечно, машинально пробежалась взглядом по компьютерам. Кто в новостях сидел, кто в аське.
- Работнички, - подумала Ирина.
На глазах навернулись слёзы. Завтра-послезавтра мне уже не на что будет ездить на эти пустые собеседования, а никому и дела до этого нет.
На улице было морозно. Кончался январь. У светофора Ирина огляделась. Странно, но захотелось мороженого.
Водитель остановившегося перед ней авто дружелюбно жестами предлагал перейти дорогу. Грустно глянув в его веселые сытые глаза и зачем-то ему кивнув, она ступила на полосатую зебру дороги.
- На сегодня хватит. Всё, домой!
В метро было душно и суетливо. В вагоне на стеклах были расклеены рекламные листовочки. Все, как одна, оптимистично зазывали только к себе, обещая заоблачные зарплаты. На те, где стояло больше двух нулей возле сказочной змейки, Ирина даже не обращала внимания.
- Садитесь, девушка, - услышала она и усмехнулась.
- Чему вы улыбнулись? – мужчина был явно озадачен.
- Извините, просто я устала….
Дома её ждали четыре пары любимых глаз – дети и большой рыжий кот. Мальчишки, чмокнув маму, тут же убежали. А дочка помогла раздеться, но вопросов не задавала. Вытащив из сумки недорогие сладости, протянула дочке, мотнув головой. Та всё поняла.
- Ну, и ладно, ну, и пусть, - пробормотала дочурка, - всё равно у тебя скоро будет интересная работа, я знаю.
Потрепав Алёнку по волосам, Ирина направилась на кухню. Дочка убежала делиться с братишками. Квартира сразу ожила.
- Вышел месяц из тумана, вынул ножик из кармана, - это младший Егорка делил конфеты.
А голодный кот тёрся у её ног.
- Бедняга, совсем забыл, что такое Вискас, - Ирина взяла кота на руки. Он тут же громко и благодарно заурчал.
- Ну, пойдём в холодильник, найдём что-нибудь.
Ирине есть не хотелось. Хотелось только спать, чтобы побыстрее стереть из памяти все дневные приключения.
Накормив детей и кота, прилегла с книгой. Сейчас на каждом углу торговали книгами. Ирина могла себе позволить лишь дешёвые романчики. Десять рублей и на пару дней можно окунуться совсем в другую жизнь, где всё легко, красиво и хорошо кончается. Каждый человек нуждается хоть в небольшой порции счастья и радости…

[500x515]
Вместе с питерскими волками
по дороге в щемящую нежность,
где-то просто, кидаясь полками,
вновь воюю за чью-то безбрежность…
Удивляюсь, порой непонятно;
как так вышло, - клыками по горлу…
А на деле, вообще-то приятно;
только знать бы опять свою норму…

И увидев запрет на свиданье,
к моей милой спешу возвратиться;
А она, распаляя сознанье,
обнажённой мне больше не снится…
Разодетая в белые перья;
может ангел, да только не Божий…
Вот, всю ночь изучая поверья,
чую ужас звериный под кожей…

Чую, лето давно на асфальте
отпечатком неопытной тени,
свои песни играя на альте,
попрошайкой протёрло колени…
Медяком поиграли ладони,
не успев до конца насладиться;
понесли оголтелые кони
прям туда, где возможно напиться…

Молока из наполненной миски,
закусив понемногу краями;
сладкий запах дешёвой ириски
вновь упрятан за старыми пнями…
Те деревья давно уж срубили,
и лишь сок очумелой надежды
мы с тобой, как всегда, пригубили,
побросав без стесненья одежды…

На пороге и вместе с волками
по дороге в щемящую нежность;
где порою, бросаясь полками,
забываем про нашу безбрежность…
Удивляясь, глядим на анфасы;
хотя в профиль, пожалуй, что проще…
Говорим беспардонные фразы,
размножаясь в берёзовой роще……
romantic31

[600x495]
Уведи меня
в сладкую сказку,
Укради
у тоски, пустоты!
Я хочу всё сейчас
и сразу,
Ну, когда же
приедешь ты?))

Любовью с нежностью окружая,
Чтоб тоску ты свою забывая,
Отогрелась и нежно так расцвела,
Ущла бы боль и пропала тоска,
И в сказку любовь увела,
И зачахнув, ушла пустота.
vit44
[300x241]

[699x466]
Но вот
нагрянули
морозы.
Дыханье
стынет
на лету.
Январь,
не март,
а я с мимозой
С тобой гуляю
по мосту.............

Зима! Наш олигарх, жируя,
На джипе обновляет путь...
Триста лошадок, грязь почуя,
Ревут, да так, что просто жуть!

:-)

P.S. Люба, поздровляю со всеми прошедшими :-)!
У нас зима таки вступила в свои права, даже Волга замёрзла)))...

Дмитрий Рябухин 2007/02/05 23:47 •



Однажды утром

Алекс был удачливым по жизни архитектором. Щёлкал свои зеркальные многоэтажки, как семечки. Так бы и дослужился, незаметно состарившись, до мягкого кресла и высокого чина, если бы не ОНА. Елена Юрьевна ворвалась в его жизнь неожиданно красиво, в тот момент, когда он почти смирился со своим привычным одиночеством. Голос, её необыкновенный голос… Вот, что перевернуло теперь всю его жизнь. Он не напоминал звук колокольчика или шёпот морской волны, но, когда говорила ОНА, умолкали даже мысли. Хотелось просто слушать и наслаждаться этими чудесными звуками…
Алекс, как всегда, придя на работу, поставил чайник и пошёл курить. Его день с этого начинался. За каких-то десять минут он успевал обдумать и распланировать свой предстоящий рабочий день. Но сегодня его одиночество было особенно невыносимым. С раннего утра Алекса преследовало необъяснимое чувство тревоги…
По дороге в курилку решил заглянуть к другу. Того неожиданно отправили в отпуск после длительной командировки. Может, он вернулся, - подумал Алекс, вспомнив, что дверь в кабинет друга была с утра слегка приоткрыта, что совсем не было характерно. Эта дверь была всегда гостеприимно распахнута и в кабинете всегда слышались чьи-то голоса. А сегодня она была чуть приоткрыта, и за ней было непривычно тихо.
- Ну, наконец-то, - только и успел произнести Алекс, открывая дверь. А дальше мысли его спутались, как случайно упавший клубок. В метре от себя он увидел огромные серые глаза.
- Вы ко мне? Но ещё рано, ещё нет 9-ти…может попозже… - она тоже не договорила. Между ними явно проскочило что-то необъяснимое.
- Да, да, конечно, - пробормотал Алекс и вдруг неожиданно понял, что его тревожило всё утро. Вот теперь, вот сейчас, на душе стало необыкновенно легко и приятно…Он, улыбнувшись скорее всего самому себе, направился в курилку. В ней было тихо и свежо. В столь ранний час здесь собирались лишь заядлые курильщики. Алекс, присев на модный цвета беж диванчик с вычурными ножками, закурил. На стенах были огромные зеркала, из которых на него смотрели знакомые глаза. Алекс подмигнул самому себе: А что, она очень даже ничего. Только я так и не понял, сколько ей лет. Одета, как девочка, но такая серьёзная…Да и на такую должность молоденькую не назначили бы. А где же Серёга, неужели уволили, вот так за пару дней?! Ну, и дела?! Надо будет ему позвонить.
На мыслях о работе трудновато было сосредоточиться, отвлекал образ новой знакомой.
Напротив, у стены стояли две оригинальные вазы в хайтековском стиле. Из них торчали какие-то искусственно закрученные сухие ветки. Красиво! Только женщина-дизайнер могла так продумать всё, до мелочей. Затушив окурок в красивой на длинной никелированной ножке напольной пепельнице, Алекс направился в свой кабинет.
Перебирая деловые бумаги и чертежи, он всё время думал о ней. Каким чудесным голосом наградил Бог эту женщину. А в коридоре было непривычно тихо. Все кабинеты были вроде также нараспашку, кроме одного, кабинета нового начальника.
Вдруг тишину разорвал телефонный звонок. Утром он всегда пугал Алекса.
- Да, слушаю, - автоматически произнёс Алекс, раздумывая, кто бы мог это быть.
- Лёха, привет, как тебе она?
- Серёга, ты? Не понял, кто она?!
- Короче, меня перевели, с повышением, понимаешь? Я здесь, не далеко, пообедаем как–нибудь.
Алекс положил трубку и только теперь понял, что остался без друга...

Любовь Ос. Январь, 2007.
[500x234]