365 дней…
Ну да, где-то именно столько одним мамонтом на земле больше. Ну, ничего. 365 дней или просто один год. И что там будет в Москве? Вряд ли с кем-то что-то, вообще, светит, вряд ли. Мне с моим отношением вообще, кажется, уже жить не светит.
Странно. И всё у меня хорошо, но чем я крепче становлюсь на ноги, разбираюсь в том, что происходит, тем глубже я опускаюсь, быстрее лечу в какую-то пропасть. Всё дальше и дальше люди. То ли это очередная фантазия, то ли тенденция – воздвигать стены между теми, кого мы начинаем понимать, кто в чём-то нам начинает завидовать, да и уступать.
К чему говорить старые, но многим незнакомые истины, то ли непрочувствованные до конца, то ли просто незамеченные в водовороте дней? Всё крутится, мысли то тут, то там проламывают череп, и это больно. Это мешает по ночам спать. Кажется, что-то надо писать. Не думаешь, в голове не рождаются образы, но говоришь с самим собой, диктуешь невидимому секретарю. Не то, что сходишь с ума, но…
Но 7 дней тишины – это непонятное. Непонятно приятное ощущение, когда глубоко погружаешься в себя, мысли, они отравляют, закупоривают дверь (или окно?), связывающее с окружающим миром. Будто обрастаешь коркой, за которую никого не пускаешь, ни слова, ни мысли. Становится со временем трудно выходить, говорить, отвечать. Ещё, тем более, постараться стать с кем-то близким.
От чего я больше не цепляюсь за жизнь? От чего я «не хочу»? От чего я со всем, будто, распрощался. Я будто завис где-то в воздухе, я живу не в Риге, и не в Москве, не в Межциемсе и не в Плевках, где-то посередине. Где-то совсем далеко. От чего я чувствую себя хорошо, когда вокруг меня никого? И сожалею об упущенных возможностях, но всё больше и больше их упускаю, сам, намеренно. Будто мне тут уже нечем жить. В 20 лет… Нечем жить в 20 лет? Будто всё куда-то уйдёт. От чего это … уныние?
Если так, то оно въелось глубоко под кожу, стало совершенно своим, совершенно нормальным. Совершенно тем, чего не ощущаешь в повседневности, но оно навязчиво диктует тебе как поступать. Это какое-то ощущение старости. Я будто стар. Если раньше люди становились стары к 30, то сейчас уже в 20? Чушь.
А помнишь, как мы с тобой встречались по утрам? Мы вырывали минуты, секунды у этой жизни для себя. Они были только нашими с тобой. Помнишь, как мы не задавались глупыми вопросами, а просто спешили друг другу на встречу? Я с тех пор перестал верить, от чего-то, что такое может быть, что можно вот также спешить, бояться опоздать, находить время и не спрашивать себя постоянно, не заставляю ли я тебя скучать. Почему я перестал верить в искренность твоих глаз?
Вскрикнуть! Только что? Просто? Но так, чтобы рядом не было никого.
[700x560]