Третий Принц, бывший Наследником.

Он был среди тех, кто просиживал штаны в местах с воздухом затхлым от задержавшихся там лет и десятилетий, вдыхавшими его с благоговением юности.

Он был среди тех, кто одеваясь в одежды одного покроя, был послушен и не старался придумать новых правил взамен старых.

Он был среди тех, кто готовился стать, кто думал то ли это место где можно стать и каждый приходил в это место, чтобы стать.

Он был среди тех, кто лечился от одиночества вином или ночью с такой же как он юной шлюхой, позже становившейся его женой, после вспоминая о своей юности, проведенной в местах мудрости.

Его ровесники завидовали ему, сыну отца, чьи силы были больше влияния их отцов, мудрецов, сановников, воинов степей юга боялись эти дети, прячась за высокими стенами, где он прятался тоже, поочередно оборачиваясь то на север, то на юг, записывая старательно все, что было написано уже давно бывшее неверным выдавалось за целое, было частью видимого, но что можно было видеть из окна замка, в который он попал из места мудрости, куда отправил его отец был воином, знавший меч и стило одинаково хорошо, но выбравшим меч приходилось оставлять дом ему позволялось в любое время, но Наследник был среди списков древности, лечась от одиночества тем, чем пренебрегали его ровесники, безалаберностью считая дни, проведенные в местах мудрости, однако выходя оттуда, они говорили о ведших их по пути со знанием дела, как выдавать желаемое за действительное их учили их отцы, и так до того, кто первый придумал начертить знак на его перстне означал его очередь в занятии престола он был первым среди тех кто были сыновьями его отца, но хотел быть он первым на дороге, что тянула его к себе, пугая и он писал об этом по ночам слова, которые все принимали за пережитое на настоящей дороге.

Его ровесники завидовали ему, а еще раньше завидовали игравшие с младенцем, тыча в него пальцами и улыбаясь, хотя с удовольствием потыкали бы в него ножом был его знак на перстне и означало его это Наследником на престоле царства бывшего не большим и не малым, но сильным настолько, чтобы не поднимать головы кверху дабы узреть великолепие иных стран привлекало его отца сокровищами его были не только золото и резной камень, но и мудрость, собиравшуюся им в чертогах сухих и просторных, коих было не счесть в его дворце, построенным по его замыслу, по его памяти, несшей в себе дворцы и судьбы сыну он желал такой же, но была кровь его сына горяча от других костров, тех, что зажигают путники у межевых камней, перекрестков, могил безымянных и просто посередине пути, если ночь угрожала им шепотом были его слова в начале, но стали громче они и многие услышали его песни и пели их в дороге, считая сложенными их великим певцом, ходящим туда и обратно, посчитавшего своим отцом безумцем, но отдавшего свой перстень с ножом на перстень с числом три, что отодвинуло его в очереди на престол, а также глубже туда, откуда доносились песни, никогда не видевшего дороги знали многие, видели его единицы, на высокой башне высокого замка, вдали от большой дороги лежало это место, великолепием повергая в прах постройки бедняков и постоялые дворы, которых он никогда не видел, не ступал за ворота ни разу с того дня, как привезли его из места мудрости, чтобы привести невесту, которую он ни разу до этого не видел.

Однажды когда он коротал вечер на высокой башне замка, сидя на высокой башне, врата замка отворились, впуская человека, бывшего властелином, но ходившим пешком из-за причуд, коих, однако было меньше чем достоинств его было больше, как говорили даже чем у отца Третьего Принца не тронул этот приезд, ибо от печали он вылечился, женившись и деля ночи между любовью и тем, чего он никогда не видел и не знал, боясь страхом незнающего, боящегося страхом не пережитого, а будущего, которое, однако может и не случится, если знать какой дорогой идти знал властитель, пришедший пешком увидел жену Третьего Принца и любовь ее, ранее отдававшейся по велению, пришла обратно, ставшей ее и отдавшей тому кто пришел от больших дорог и собирался вернуться обратно, на пути больших перемен, войн и власти над дорогами его было достаточно, чтобы вести за собой тысячи, поэтому пришедший пешком не колеблясь взял ее с собой, зная, что приведет ее в место где должно будет отдаться должное.

С тех пор Третий Принц коротает вечера и ночи на высокой башне, присовокупив к воспеваниям дороги песни проклятья его слабы, ибо доносятся из-за высокого забора и стен его места, полного как мудрости чужих испытаний ему не понять, ибо он боится дороги уже не страхом неведующего, а страхом того, что видит пришедшем со стороны большого пути вора, крадущего самое дорогое, что есть у него его память, о том, что была любовь, и знание о том, что дорога отобрала ее и мысль о том, что дорога это река, сносящая все и поэтому лучше сидеть на холодном остром камне в страхе оглядываясь на шумящие вокруг волны, боясь, что дорога отнимет тепло, память о том, что была любовь и знание о том, что дорога Читать далее...

Блогосфера "бурно развивается". Эфир забит болтовней, медиа, матом, подкастами, анекдотами и спамом. Судя по статистике первичное насыщение сетевого потребителя новым сервисом еще не произошло, е-маркетологи пока еще чешут репы над тем, что делать со всем этой аудторией и худо-бедно прогрессируют в этом, гуру интернетовских проектов снимают сливки там где это возможно. Короче, народ сходит с ума, развлекаясь с новой игрушкой. Что дальше?

Если я не ошибаюсь, то история FM-диапазона тоже начиналась с любителей, которые на своих передатчиках выходили в эфир и транслировали музыку по заказу вперемежку с болтовней об жизни. В конце 60-х фанаты альтернативного рока оккупировали диапазон, транслируя любимую музыку, которую нельзя было словить на других волнах. Сколько из было тогда и сколько осталось на плаву?

Мне кажется, что блогосферу ждет такое же будущее. Волна сойдет. Народ, поразвлекавшись писанием постов и разглядыванием чужой жизни, схлынет. Или станет "слушателем" этого эфира, в котором останутся самые талантливые, упрямые и сильные. Со своими блогами, превратившимися в "FM-станции", транслирующие передачи на свою аудиторию. Преценденты этого уже есть.

А пока мы живем в хаосе из нескольких миллионов голосов, лишенном нормальной навигации (кроме цифирек Яндекс-блога). Судя по всему никто особо из админов блогосферы особо не заинтересован в таком сервисе и каждый из нас крутит ручку поиска волны так как умеет.

Подпиратель Идола, бывший Столпом Истины.

Он был среди тех, кто не вспоминал о юности ночей, помутненных безумством любви, а то что юность была путем в конце которого сияло здание, основанное на здравом рассудке.

Он был среди тех, кого считали отцами те, кого они не зачинали и эти толпы, иногда прибредавшие к его месту, часто приводили его в трепет.

Он был среди тех, кто учил тому, что постиг сам и не лгал, ибо не в его правилах было лгать себе, а то, что он говорил, шло из его памяти.

Его соратники были ходившие путями давно пройденными отцами, но это было нужно им для того, чтобы пойти дальше как говорил он ходил прямыми дорогами, никогда не прерывавшимися перекрестками противоречий не было в его учении, широком, как он сам, за что и имел второе имя, с противниками он расправлялся также, как расправлялся когда-то с соперниками по борьбе отдавал он все силы, более чем всему остальному, как говорили злые языки всеохватный крушит туда и обратно проходил он в размышлениях своих по дорогам предков, зная все дела сотверенные ими и определив дорогу свою создал учение охватившее все и, как говорили даже смех нашел место в этом храме, но никто не видел эту книгу, ибо как говорили один старый слепой безумец спалил ее с местом где она хранилась от глаз невежды окружали его толпами, смотря в глаза создателю сумм, складывающих в себе мир четырех сторон слабых не было в его здании, в котором он жил, как говорили в желтой шапке, покрывавшей лысую голову, волосы которой, как говорили кривые языки, все переползли на подборобок, удлиняя лицо до земли, когда он сидел, поджав ноги под себя вобрал он мир, не желая вставать со своего места, чтобы обойти его.

Его соратники знали, что он ушел из дому еще не войдя в возраст принятия в иерархию ступеней лестницы, насчитывавшей сто поколений, прошедших по ее ступеням к власти не были устремлены его помыслы, а к поискам ответов на вопросы, которые не могли разгадать сто поколений оставшихся невеждами в знании о выбранном пути он нежалел, хотя многого пришлось лишится ему, так как не было у него пути назад, у него, оставившего свой дом никем неведомый, он следовал, опираясь на свой посох, пока не встретился ему такой же идущий, имевший не только посох, но и толстую книгу в мешке из грубой материи, хранившей слова слышанные, виденные и придуманные им самим не было известно чего больше так как мудрец не открывал книгу ни разу, а ученик не осмеливался воровать мысли, веря во слова, сказанные на дороге, во дворце, в харчевне, одной из тех, что сосут из дорог деньги бродяг, шагающих туда-сюда, они налакались красного вина, тяжелящего голову и опоражнивающего желудок и, как говорили злые языки, нашедшие в придорожной канаве обоих, мудрец захлебнулся собственными словами, когда пытался говорить во сне, который так и остался никому неизвестным был тогда ставший после Столпом Истины распотрошив котомку попутчика он нашел книгу, в которой были одни чистые листы, прокляв тогда небо не ответило ему и он решил написать знаки сам, уйдя в дорогу прямую, пересекаемую перекрестками противоречий избегал он, пользуясь умом недюжынным вскоре стал он известен как Столп, на который могли опираться многие, не знавшие пристанища.

Однажды, двигаясь на север, где как говорили, находится сосуд истины, дорогу ему застлал туман и мудрец повернул на запад, оставив перекресток позади и еще два миновав, пока туман продолжал смешивать пути, шедшие на север обратил он взор свой, когда туман ушел, но солнце садилось перед его глазами, ослепленными светом, бывший жестоким к остальным Столп был жесток к себе и заставили себя вернуться на место откуда ошибся он, хотя путь был пройден не малый и видел он камень, дорога от которого лежала в сторону севера шел он, теперь не зная в какой из четырех сторон оказался, но никто не знал этого ибо он ушел скрывать глаза свои за лицом, не знавшим жалости к беспорядку мира он относился как строитель к скале, разрушая ее и созидая свое провел он всю жизнь и осталось не много, но потерял он молот идорогу свою, по которой шел, по которой шли многие за ним, если не ногами так в помыслах , следя за его путем и что заставило его остановиться страх перед кривой дорогой или страх перед крмвыми языками, кричащими в спину слова или памятью, за которой исчезло воспоминание о перекрестке, где он потерял дорогу никто не знал.

Стех пор он сидит один, переборов страх перед солнцем всходящим на востоке находится его жилище старое как двадцать поколений строило его и достроило и он , как строивший сам, поселился здесь, показывая тем самым всякому, что дом завершен и гости могут посетить его дабы восхититься его совершенством, строители могут разглядеть добротность сделанного дела, путники могут найти покой и отдохнуть, чтобы пуститься в путь, чтобы остаться никто не делает этого, чем удивляет Подпирающего Идола, словно бы никто не видит, хотя сидит он на самом видном месте когда караван проходит через это место вырубленное в скале место его широко и глас его громко Читать далее...

Качнул рейтинг из Яндекса, первая сотня лиру. Ухожу в рейд по топовым дневникам. Результаты после Нового года.

"Поколение Х" считают манифестом "потерянного поколения" 90-х (каждое поколение в своем составе имеет некую часть, считающую себя потерянной). "Рабы Майкрософта" были немного мягче и по сути оптимистичнее. Они показывали некий путь для тех из "потерянного поколения", кто с одной стороны не хотел пахать на корпорации типа мелгомягкой, с другой - имели достаточно ягод в ягодицах, чтобы начать с нуля и выйти на орбиту, где вращаются мультимиллионеры, сделавшие состояния на новых рынках современных технологий. Многочисленные компании Силиконовой долины, где вчерашние "рабы" создавали себе то, чего они не могли иметь, будучи заключенными в кубиках из гипсокартонных перегородок больших офисов, скорее всего исповедывали эту философию.

"Жизнь после Бога" - книга без сюжета. Грустный путеводитель по прошлому представителя среднего класса, у которого есть еще желание покопаться в себе и оценить свое прожитое и пережитое. Набор из отрывков воспоминаний, печальных и в принципе бесполезных, потому как они не добавляют ничего к тому, чтобы создать более-менее четкую мотивацию на завтрашний день. Читается легко, цитировать книгу можно бесконечно, сказать, что автор сказал что-то новое - вряд ли. Каждое Потерянное Поколение говорит об одном и том же - о том, что было потеряно и о том, что все-таки хочется что-то найти.

Для тех, кто любит Коупленда - рекомендуется в обязательном порядке. Для тех кто пребывает в поиске себя - тоже неплохо, чтобы понять, что те грабли, на которые наступает каждый вступающий в реальную жизнь в принципе не представляют ничего нового. Для любителей хорошей литературы - читайте, книга просто очень хорошо написана.

Пересмешник, гонимый отовсюду, бывший Бесстрашным.

Он был среди тех, кто в бою был острием меча, делящего жизнь врага на прошлое которое было и будущее, которого не будет.

Он был среди тех, кто имел язык столь же острый, как и меч, подталкивающий его на слова, не знающий жалости, как огонь, сжигающий дом твой.

Он был среди тех, кто имел с окружавшими общего только место и время, даже на родине оставаясь в стороне ото всех.

Его соратники, знали его силу и слабость, знали как жил он до и после, не знали много того, что он скрывал и то, чего не скрывал, но чего не могли вспомнить многие, спрашивая друг у друга, враг у впагов, когда пути из перекрещивались тупыми лезвиями за боченками с винами красными и зелеными были его глаза, другие говорили, что узость его лица несла на себе частицу бездны и зелень безумия, у него, бывшего холодным, как доспех в каминном зале его владыки впервые через железный шлем прорезался его язык был замечен и владыка спросил, кто ты и откуда, на что Бесстрашный ответил, я обошел землю юга и пришел сюда, откуда впервые его изгнали, на что он рассмеялся смехом бывшим тяжелым как песок морской сыпались его слова из него и говорили, что знает он место, где слов больше чем песка и откуда путь идущих старой дорогой лежит недалеко от путей одиночек и что те и другие сливаются в одном месте, но не в месте встречи были опасны для тех, кто работал мечом и для тех, кто работал языком равно и для тех, кто владычествовал, используя и то и другое Бесстрашный мог взять под свое начало любого и люього мог уговорить посулами здравыми и мого любого оболванить своими собственными словами, сказанными днем раньше закатилось солнце надежды для Бессташного, Пересмешником

Его соратники знали его мастерство побед без боя и мастерстве побед, обозначенное рекой пролитой крови он был благородной и знания его были обширны еще до поры вступления его в ряды защитников отечества, которое он любил, не называя свою любовь по имени его многие думали о нем, как о безумце и был он безумцем до той поры пока рос он и набирал силу и набираясь слов и того, что эти слова направляет в русло, нужное говорящему с ним было нелегко, когда он уже вышел из возраста юнцов, спешащих к своей смерти, сменив бег на шаг, а то и вовсе останавливаясь на пути к неизбежному текли мысли тех, кто был на дороге без оружия с посохом странника отбиваясь от напастей мира четырех сторон устрашающего движением неба и звезд слабых рассудком, отбивающихся от звуков и движений палкой о двух концах, ибо тот, кто машет одним концом бьет себя другим и этих мперва учил искусству ведения боя, а после, убедившись в бестолковости их движений, стал душить их души смехом, что тоже был палкой о двух концах.

Однажды, после одной из битв, где слова столькнулись со словами, победой смеха был отмечен день и к Пересмешнику подошел один из видевшиз схватку без крови предложил выпить в ближайшей харчевне ибо день был прожит не зря и вечер не должен отойти в пустую говорил слова свои тот, кто выдавал себя не за того кем был, а был одним из малых, причастных к тайнам создания мира четырех сторон не хватит тебе, говорил он Пересмешнику, чтобы заткнуть дыру в себе, через которую проваливается рассудок твой и не только твой, а и тех сирых, кто из немощи духа пытаются найти путь, туда или обратно нет разницы, ибо двигаются они и если щасыпать песком их неокрепшие умы, глаза их станут слепнуть от черноты, попавшей в них есть это и пока оно есть дай созреть этому слабому, дай свою руку и не толкай в пропасть откуда нет пути ни туда ни обратно, ибо нет бесконечности там, в месте, которое лежит вне дорог, чего не понимают оступившийся должен получить помощь, оступившийся должен быть добит, отвечал Пересмешник, таково правило идущего по кругу, перебил его тот, кто был малым из причастных к становлению многих идущих по пути обратно идут слабые, ответил Пересмешник, улыбнувшись улыбкой широкой, разделяющей запад и восток не будут твоими домами, упорствующий ,холод севера не съест твоих костей, жар юга не сожжет твой камень, ни где ты не будешь встречать солнце трижды, не проклятье это, ты сам проклятье для всего идущего, ибо ты идешь, не замечая пути под ногами, от убитых тобой ты взял главное - бессмысленность пути.

Он продолжает свой путь в одиночестве, он идет той же дорогой, делая все то же, что и делал до той поры, когда встретил малого из причастных к делу мира этого четырех сторон не хватает ему, чтобы найти место, где солнце взойдет для него в третий раз, где сможетнайти соперника сильнее, где молчание перестанет есть его изнутри, где язык его не будет выгонять из города после наступления половниы ночи не хватает ему для того, чтобы заснуть, смех его будит в нем рассудок и чувства, изъеденные, не в пример мечу, не попорченному кровью сотен, которым он завидеут, зная, что никогда не обратит свой меч против себя, ибо гордыня его - другая сторона того, что ведят и слышат остальные, смотрящие сквозь него, когда он идет навстречу в молчании готового Читать далее...

Толмач, Сжигающий Рукописи, бывший Хранителем.

Он был среди тех, кто строго следовал слову там, где это было возможно и уменьшал ложь недосказанного там, где иначе сказать нельзя было, дабы не уменьшать непонимание между людьми.

Он был среди тех, кто вне стен обязующих к соблюдению понимания, шел вперед, разрушая границы недозволенного, называя его словами, которые подсказывали ему опыт и знание.

Он был среди тех, кто, шагая напролом, разрушал себя, уничтожая память о себе в головах других или не называя имени своего, разрушал, оставаясь на шаг от того, чтобы уничтожить себя до конца.

Его сподвижники, любившие слово за благозвучие весенней птицы, криком, побуждающим к делу неразумному, за способность летним громом оглушать несведующих за силу данную свыше, а более за власть над людьми, кормивших их из-за неведения своего тупости своей огороженностью, от бед окружающего со всех сторон мира, которую ведущие умели называть словами, ибо знали их или выдумали их, как это сделал Хранитель традиций нарушаемых там, где он мог их нарушать, не оставаясь без хлеба, за что снискал себе славу человека разумного, но иногда невоздержанного и позволяющего себе выходки, вроде той, когда присутствовавшие при том видели его в гневе кидающем бутылку с орудием труда своего в угол, где прятался некто, кого никто не видел, но все знали, что есть у него все вещи мира этого, называемого Толмачом со всех сторон света шли к нему и шел он за помощью в деле строительства мостов между малыми мира этого с, четырех сторон света шли к нему, а по более всего умел ходить он, вперед, где не было никого и говорили когда он говорил глаза его голубые становились небом над головой его, похожей на волны морские, если бы не были они цвета песочного как колокола больших городов звенел его голос, говоривший о времени колокольчиков и многие боялись за него , ибо шел он без оглядки, не спотыкаясь, но долго ли можно идти так, как мого ходить только он.

Его сподвижники видели в нем то, что он видел сам говорил он, изымая слова из рассудка своего, выбирая их тысячи тысяч веских, как тяжесть мира четырех сторон самые значимые и ведя оттуда путь свой против тех, кто стоял на пути к месту откуда он пришел уже давно приходили, чтобы узнать, когда он родился, был ясный день и отец сказал, что ум родившегося будет ясен, как небо, как голубые глаза младенца, будет широк его взор, охватывающий все видимое, заглядывая за тайное, за двери того, что ясно, выведет он многих, как привел его отец к дверям места, где обучались смотреть на вещи с разных сторон научили Толмача этому искусству говорить он умел многое, когда вышел научился говорить еще больше, а после, примкнув к делавшим дело одинаково стал говорить нужное, что было нужно ему и им, в чем они нуждались больше, а он меньше, но они не умели делать дело так, как он, бывший мастером, ставший Хранителем традиций шежших вперед вел он за собой немонгих, но имели они надежды на него великие были слова его из рассудка его, прошедшего путь от ученика до мастера.

Однажды, проходя через лес полный диких зверей, где не было прямых дорог, а только прямые стволы деревьев, Толмач был застигнут, нашедшей его продолжающим путь, который шел из одного города в другой, где красноречием и мыслями своими он зарабатывал себе на хлеб, вербуя новых в ряды школы своих сподвижников и сподвижниц, который пришлось пересечь костром, зажигающимся очень слабо, потухая и загораясь и снова потухая, что вынудило Толмача вырвать несколько страниц из книги, бывшей делом последних трех зим и в которой он с присущей ему силой разжигал огонь в умах нестойких для подобных, вещей, которые помогли бы ему разжечь этот костер не было поблизости, так как валежник был сыр от дождя, прошедшего ранее, так что приходилось выбирать между тем, что лучше быть согревшимся и жывым или быть замерзшим и съеденным теми, кто надеялся на него не знали, что сжигает он слова нужные им, но не, ему было важно и он делал все, что было нужно, чтобы остаться целым, хотя бы пришлось вырвать из книги страницы не худшие, которые он собирался сделать опять пришлось ему выдернуть потому как огонь не желал разгораться, а разгоревшись от сухих страниц, приняв в себя сырые ветви деревьев леса, в котором Толмачу пришлось коротать ночь, за которой все же пришло утро, принесшее не только свет и тепло, но и облегчение от страха, пережитого ночью, сумы, облегченной костром, но и облегчение рассудка, готового к новым словам и мыслям, не посещавшим его уже давно, не мог он понять почему и вот теперь узнал секрет костра, разожженного сырой ночью.

Он продолжает свой путь в одиночестве, он делает свои рукописи и никому их не показывает, так как нет рядом никого из тех, что были с ним, они покинули его, когда узнали о том, что он не мог поступить иначе писать он продолжает до тех пор, пока его не начинает тошнить от слов любых, глупых, умных, сказанных, прочитанных, написанных, а также тех, что еще не написаны, то есть тех, что в его голове и тогда он прячется от людей в Читать далее...

Почитал несколько постов про лучших на лиру. Прикольно, на триста с чем-то тысяч блоггеров ресурса, обсуждают двадцать-тридцать человек. Неадекват #1.

Номинаций тоже не густо - по пальцам пересчитать можно. Я так думаю можно было бы и больше сделать, хотя бы для того, чтобы получше сегментировать содержание блогов. Типа "лучший блог для девочек", "лучший блог для падонкафф", "лучший философский блог" и тэдэ и тэпэ. Неадекват #2.

Все это чем-то напоминает выбор лучшей книги года на Росконе - несколько сотен книг в списке, притом, что пропускная способность читателя, даже фаната на порядок ниже и читают в основном топовых авторов.

Резюме: с номинированными дневниками ознакомился. Большинство из них интересно читать. При этом есть смутное ощущение того, что масса интересных блогов осталось за скобками конкурса.

Продолжаем погружение в блогосферу.

Воин Длинной Дороги, бывший Вождем.

Он был среди тех, кто молчал, а когда начинал говорить, мягкокожие затыкали уши и называли его возмутителем рассудка, за что он колотил их своим походным котелком.

Он был среди тех, на чьи дороги никто не хотел ступать, а если кто и хотел, то не мог, потому что не видел ни дорог ни следов прошедшего по пустоте.

Он был среди тех, чей меч был тверд не менее чем его воля, чьи руки разбивали камни так же легко, как его язык побеждал в споре, его ноги были неутомимы так же, как его рассудок, не знающий покоя даже во сне.

Он был среди тех, кого боялись сидящие на месте, а шедшие на встречу обходили стороной, завидев два меча, торчавшие из-за спины, как крылья демона, сложенные до поры.

Его одиночество было непохоже на одиночество тех, кто были одни подчиняясь закону, придуманныму до них, ибо его одиночество не стремилось к совершенству, выдуманному множеством спесивых себялюбцев.

Его соратники, давно ушедшие на покой, кто от ран, переполнившегося женщинами и барахлом дальних стран обоза, чьи закрома были полны кровью ставшей зерном и рабами с цветом кожи солнца всходящего на юге виденного или в дни кровавой юности, протраченной вместе с Воином Длинной Дороги, тогда носившим другое имя, ныне забытое, но вмещавшее в себя тысячу историй о том, как он, упорствуя на своем девять раз по десять дней сидел перед стеной, которая стала крошится от его зрачков, никогда не становившихся шире от яркого света и силой спорившие с его телом, ибо как говорили знавшие, что ногами он выбивал доски из потолка доски шириной в три локтя был длинной его меч, искромсавший тысячу врагов и, как говорили, до этого убившие Воина, того что был в нем прежде, но не знал об этом и продолжал идти и были с ним те, кого называли, людьми-невернувшимися-обратно, поскольку шли они за ним, погибая и уходя по своей дороге, по воле его, как семя попадавшей в их головы, до того бывшие полными того, чему они сами не знали названия, которые были ведомы тем злым болтунам, что грешили словоблудием, но при этом говорили о нем, что он всем телом был язык и любил цветы, цветы на поле битвы, цветы в руках женщин, цветы на курганах друзей и врагов, на которые он плевал и прятался в каменной пещере, что в пустыне, в рубище водивший дружбу с диким верем, иногда в часы большого зноя, казавшемуся ему женщиной, но чего стоят теперь эти толки.

Его соратники давно ушли на покой, среди тех, кто влачит брюхо в темных залах владык частей мира этого, угробившего тех, кто покоится в пещерах, вместе с оружием, умершим вместе с хозяевами, ибо оружие мертво если оно не несет смерти, бывшей его соратницей с дней юности, когда он с сотнями других разбредался по степям юга, стьепям без горизонта, где летоисчесление шло не по годам, а войнами, где погоибшие почитались и не забывались на севере, где юг считался царством смерти и было это так ибо степь без горизонта, чья линия всегда делила его взгляд на мир лежащий снизу и небо, что висит, сверху глядел он на шедших с ним еще в юности ощущая в себе силу, неизъяснимую другим, но видимую другим на поле брани жестокой, где меч рубил не только врагов но и хозяина своего, отсекая, лишнего было много и только к тому времени, как он стал Вождем лишних не осталось в нем мыслей, путавших шаг, не осталось соратников, идущих в ногу, осталось ничто, бывшее таким для всех, с двумя мечами, торчавшим, как крылья демона, перед полетом.

Однажды Воин Длинной Дороги услышал клич, призывавший к новой войне и, как многие, кто был с ним рядом, встал со своего места, но что-то знакомое было в этом крике безумия, бывшего везде, куда бы он ни шел со своими мечами страха глядевшего из глаз тех, кто схватился за походный доспех, который он не носил с собой уже давно превзойдя всех, ходивших с ним, тепернь уходящих без него, сидевшего на лавке в харчевне, с темно-красными от заката стеклами давно несмытой грязи сапог, его еще не был сношен и когда все ушли, унеся с собой шум, он встал и отправился в поход без соратников, зная, что ждет его в конце его, пути, шедшего через места, которые самые отчаянные проходили бегом, он дошел до места, где его ждали двое та, которую все знали, но боялись, с дырами посреди глаз и один из больших мира сего, тот, кто держал все вещи раздора в руках и хотел встать на место Хозяина Дороги, ибо считал себя продвинувшимся на своем пути назад дороги могло и не быть, но он знал это, не страшась спросил о том, что смерть может дать ему, знающему все и видевшему все, что она могла дать ему это новое тело взамен старого и он побил ее за эти слова так, что пока они разговаривали с имевшим все вещи мира этого и того, что она не поднялась и они думали, что она мертва, что могло случиться, если бы имевший все вещи мира не растолкал ее, указуя на уходящего ни с чем остались они и бегают с тех пор за Воином Длинной Дороги, оставаясь на почтительном расстоянии, выкрикивая предложения по поводу сделки, так и оставшейся незавершенной, а дорога после этого стала бесконечной.

Он Читать далее...

"...Некто, прошедший по дороге без начала и конца, знающий, однако, где начало и где конец, а также все перекрестки, ведущие обратно, в чьей руке ветер - плеть, которой он разбивает межевые камни, в чьей праще камни, делящие на части бурю, зовется Хозяином Дороги.

Они, однако, никогда не называвшие себя мы, прошли по своему незаметно, ибо шли среди тех, кто живет на месте, не знающих по каким дорогам ходит солнце, опускаясь за горизонт, в заботе о хлебе насущном, том, что следует после обильной трапезы, в лени, одинаковой для всех, кто сидит, в тупости не подымая головы выше второго подбородка, в поте лица, замазанного одной и той же грязью лица, узкие от худобы своей, сделавшей столь же узкими их мозги, похожие на червей в гнилых орехах.

Они, однако, никогда не называвшие себя мы, прошли незаметно и для тех, кто шел на месте, путая суету пыльной площади с воздухом длинной дороги и реликвию с куском навоза, век которому тысяча лет.

Многие знали о них, но больше знали о их именах, и то, что сами придумали и придумывали о этих именах, коверкая их несказанным образом так, что прошедшие мимо, не называвшие себя мы, с трудом узнавали себя в ненадежных зеркалах, припавших пылью досужих сплетен, заслуженных и незаслуженных слов, уходя от этих разговоров, помятуя в который раз, что нечего ждать от этой болтовни другого и что худшее и лучшее обошли стороной этот ночлег.

В глазах знавших их, они видели себя умершими в будущих сплетнях, проходя своим путем, помятуя об этом завистливом страхе, забывая самое имя свое на месте последнего ночлега.

Был ли этот путь бесконечен от бесконечности спрятавшейся в их головах, если она вообще может прятаться, а не даваться от рождения, как проклятье за долги предков и прегерешения перед вечностью, от того что горизонт никогда не становится ближе и солнце, каждый раз уходя за него, не возвращаясь только сеет смуту в глазах, глядящих попеременно то на запад и на восток , от неумения отличить начало от конца, а искомое от потерянного или от потерянного раньше и чем будет искомое, что пропадет в будущем для идущего последам, прошлым или настоящим, суть ли важны эти слова сейчас, если говорились они о прошлом для потомков, пьющих другое молоко и если кто-то хочет понять это, то пусть сначала познает одиночество на месте, прежде чем оставить дом свой и родных своих.

Суть ли это важно, что бесконечностями были для них их жизни, уже завершившиеся.

И суть ли важно на камнях эти слова или нет.


Хозяин Дороги, разбив камень перекрестка, построенного чьим-то самонадеянным умом, собрал их в месте.

Идущего без цели, Воина Длинной Дороги.

Идущего к цели, того, что уничтожает ее, достигнув, Толмача.

Гонимого отовсюду, Пересмешника.

Сидящего, имеющего страх от дороги за спиной, Подпирателя Идола.

Сидящего, имеющего страх перед дорогой в своей голове, Третьего Принца.

Наблюдающего за дорогой, Хозяина Харчевни.

Того, кто потерял свое место и с тех пор везде довольствуется последним, Неудачника.

Разорвал он эту бесконечность в желании направить их дороги к себе, указав искомое яснее, чем виден диск солнца на западе и востоке, указав искомое словив в ловушку, но не была ли ловушкой дороги, по которым они ходили туда и обратно, читая надписи на межевых камнях предков как проклятья себе и тем, кто их никогда не видел, тот кто разбил межу, в месте собрав их, указал путь, по которому стоило идти лишь для того, чтобы убедиться, что этот путь неверен, что по столбовой дороге ходят в никуда, а по тропе, которую протопчешь ты не пойдет никто, но важно ли это и важно ли есть цель или нет.

Суть ли важно это сейчас, если это прошедшее осталось надписью на меже, делящей напополам вечность.

Говорил он или слова шли оттуда откуда их слышат пророки теперь уже никто не скажет и не выбьет знака на двери..."

читать дальше

"1997г. Джордж Лукас выпускает «обновленную» версию оригинальной трилогии «Звездных войн». С помощью компьютерных технологий в «специальное издание» саги добавлено несколько эпизодов и спецэффектов. В частности, добавлен разговор Хэна Соло с хаттом Джаббой. Отснятый в конце 70-х материал не вошел в фильм по техническим причинам. Также откорректирован эпизод дуэли Соло и Гридо, оживлены панорамы Татуина и Небесного города, добавлены фрагмент празднования свержения Императора на разных планетах, в том числе и Коррусанте, изменен саундтрэк. Обновление «Звездных войн» обошлось Лукасу в 10 млн.долл. Данное вторжение в традиционный технологический процесс кинематографа можно рассматривать как первый прецедент переноса принципов создания и обновления программных продуктов".

Статичный носитель информации подазумевал неизменность контента. То есть слово, раз отпечатанное, уже не могло меняться и сами авторы не вторгались в то, что было написано. Разве что словари и энциклопедии печатались с пометками "издание пересмотренное и дополненное". Странно, почему в эпоху "редактируемого Web" и повсеместного распространения электронных носителей информации, редактирование которых значительно проще, писатели продолжают делать тексты "раз и навсегда"? Без возможности вернуться к материалу и переделать его, уточнив, что это "версия 2.0" или еще что-то в этом роде? Стереотипы, связанные с творчеством?

Еще одна тема для размышлений.

"- Потом она перебралась на Запад, в Сан-Диего, купила недостроенную усадьбу и начала строительство. Которое продолжалось тридцать восемь лет, до самой ее смерти в 1922 году. - Вначале у нее был какой-то план, но потом, позже, дом строили без всякого плана. Лишь бы строить. В результате возникла семиэтажная усадьба, в которой было сорок семь каминов, сорок спален, шесть кухонь, две бальные комнаты и еще бог знает сколько чего там есть. Статистику эту можно продолжать долго, но интересно то, что никто толком не знает сколько комнат в этом доме. Их много раз пытались пересчитывать и каждый раз их число оказывалось другим. Последняя версия гласит, что их сто шестьдесят.… Запутанные коридоры, которые заканчиваются тупиками. Двери, открывая которые, находишь глухие стены. Или наоборот, обрывающиеся на нижние этажи. Светильники, расположенные один над другим. Камины, не имеющие дымовых труб. Лестницы, упирающиеся в потолок. Дом Сары Винчестер это архитектурный парадокс, ловушка для приведений, стоившая пять с половиной миллионов долларов в ценах 1922 года. Результат совместной работы крупного состояния и больного рассудка. Великолепный лабиринт, отделанный золотом и серебром, но в котором нельзя жить. Говорят, что дух вдовы все еще обитает в этом доме. И духи тех, кто пришел за ней, чтобы отмстить за свою смерть. Такая вот история вдовы.

- Жуть какая. Она действительно сошла с ума.

- Я бы не стал определять это так. Не было бы преувеличением сказать, что большая часть создателей произведений искусств, писателей, философов выстраивали свои «усадьбы». В случае с Сарой мы имеем крайнюю патологию, которая видна невооруженным глазом. Любой обыватель скажет, что этот дом это плод больного воображения. На самом деле таких вот «феноменов» вокруг больше чем хотелось. Однако далеко не каждый может разглядеть подобное. Когда вместо того, чтобы пойти к психиатру, человек садится и пишет книгу, то на свет рождается такой вот «культурный» уродец. И каждая строчка которого является диагнозом для того, кто это писал. Сара не была одинока в своем стремлении спастись от внутренних демонов не тем путем, которым следовало это делать. Но самое неприятное во всем этом даже не это.

- А что?

- То, что те, кто не видят этой изнанки, воспринимают это «произведение искусства» за чистую монету. Размышляют над рассуждениями, которые были написаны шизофреником, думая, что читают великого философа. Слушают бредни какого-нибудь человеконенавистника в ток-шоу, которого считают борцом против глобализации. Смотрят спектакли, в которых играют закоренелые вуаеристы. Да много всего, сама присмотрись. Хуже всего, когда на таких вот кривых основах строятся культурные традиции и несколько поколений калечатся такой вот изначально больной средой. Да и не только культура.... Вся мировая военная промышленность стоит по сути на двух архаичных столпах – на страхе перед чужаками и страхе потерять свою власть среди своих. В результате сотни тысяч людей в этом мире заняты изобретением и производством орудий убийства себе подобных. По сути они живут внутри такой вот усадьбы и большую часть времени не понимают, что живут в лабиринте, сделанном из чужих фобий…

Мэл Гибсон любит снимать жестокие фильмы. Странно для человека, у которого семь (если не ошибаюсь) детей и такая дородушная физиономия. После ролей в "Смертельное оружие-4" и "Чего хотят женщины" для меня он окончательно утвердился как актер комедийного формата :)

Очередной исторический фильм Гибсона не стал исключением. "Храброе сердце" и "Страсти Христовы" фильмы весьма жесткие. "Апокалипсис" продолжил эту добрую традицию.

Исторический контекст - цивилизация майя перед вторжением конкистадоров с крестами и огнестрельным оружием. Локальный контекст событий - разборки между местными племенами, в ходе которых главный герой попадает в плен и далее, в большой город, где с ним его товарищами собираются поступить нехорошо (другими словами принести в жертву).

Говорят герои мало. В принципе две фразы из фильма оказываются достаточными, чтобы понять о чем идет речь. За точность не ручаюсь, но смысл примерно таков 1) великую цивилизацию можно погубить только если она прогнила изнутри, 2) человек ненасытен в голоде своем. Как гниет цивизилация майя Гибсон показывает очень натурально. Особенно впечатляют сцены жертвоприношения, во время которых жервам вырывают сердца, потом отрубают головы и потом сбрасывают вниз по ступеням пирамиды, где их складируют. Холокост и массовые убийства присущи не только XX веку. Человек всегда был немного не в себе и с большим удовольствием уничтожал себе подобного. И чем больше он этим увлекается, тем больше ослабляет себя как вид. Собственно, в этом состоит весь мэссидж фильма.

Резюме. Фильм рекомендуется любителям исторических реалий и поклонникам Мэла Гисбона как режиссера. Фильм лучше не смотреть на ночь, в пятницу-субботу вечером, чтобы не портить себе выходные. Также лучще взять поменьше попкорна, кадров, которые могут испротить аппетит более чем достаточно.

Видеокассеты уже с год как перестали быть актуальными. Полторы сотни штук плотным штабелем лежит в отделении встроенного шкафа. В другом отделении угрожающе растет гора двд-дисков. Конечно, с точки зрения экономии денег и пространства двд-диски дают фору кассетам. Даже оригинальный диск с одним фильмом меньше чем кассета. Вопрос в другом двд это тоже не на всю жизнь Мне все равно кто выиграет в очередной войне форматов, блю-рэй или какой-нибудь двд-супер-денсити. Из всего того "многообразия выбора", который дает мне рынок медиа-носителей и проигрывателей лет через пять я выберу что-нибудь, что вмещается в карман и на чем можно будет залить всю тут коллекцию музыки и кино, которую я переслушал и пересмотрел за последние лет пятнадцать. По крайней мере сейчас уже можно залить всю библиотеку на Palm TX, главное карточку побольше купить.

Научно-технический прогресс - штука правильная. Главное, не идти на поводу у маркетологов и подходить к вопросу трезво.

Живет себе парень в забитой деревне, ходит на охоту, пашет на ферме, помогая своему дяде по хозяйству. В один прекрасный день он находит в лесу яйцо. После того, как из него вылупляется дракон, жизнь парня становится с ног на голову. За ним начинается охота, дядю убивают, местный охотник с туманным прошлым из ближайшей деревни вдруг превращается в могучего рыцаря и вытаскивает молодого героя из всей это жопы. Еще минут через пять мы узнаем, что парень - единственный, кто может спасти страну от главного плохиша - короля узурпатора.

Парня зовут Эрагон, хотя после первого получаса фильма мне хотелось называть его Люком Скайуокером. Штамп тот же - молодой парень из глухой деревни отправляется спасать мир от вселенского зла. При этом его семью убивают, а первые шаги в большом и злом мире ему помогает совершить мудрый старик. В общем-то Лукас в свое время использовал древний архетип инициации - мальчик становится мужчиной, пройдя через испытания под руководством страшего товарища. Только у Лукаса все это дело было намного, скажем так, оригинальнее. В "Эрагоне" мы имеем довольно банальный фэнтезийный набор стерепотипных героев, едущих по прямому как трасса Киев-Житомир, сюжету. Главный и второстепенный плохишы, главный герой и второстепенный герой, претендентка на роль главной девушки главного героя, фаерболы, драки на мечах и скачки на драконах.

Честно говоря, я ничего особенного и не ожидал и смотреть я стал это кыно из-за Джереми Айронса и Джона Малковича. Актеры однака, не из второго эшелона. Но... Если Айронс и отрабатывает свою роль доброго и мудрого наставника более-менее успешно, то Малкович появляется в кадре общей сложностью минуты на три и говорит пару очень важных для сюжета фраз.

Резюме - довольно средненькое фентези без капли оригинальности с милыми спецэффектами и двумя маститыми актерами, которые работают живыми декорациями.

Идеальный способ убить полтора часа времени после тяжелой трудовой недели.

P.S. Да, чуть не забыл, судя по финалу будет продолжение. Так что "Парни, кончайте эти сопли! Нас ждет вторая серия!"

Сегодня был хороший день. Сегодня ты пришел ко мне и опять стал спрашивать о смысле своей жизни. Мы не раз говорили на эту тему, но и разу мне не удавалось донести до тебя те простые вещи, о которых знаю я. Сегодня я не буду рассказывать тебе о смысле своей жизни. Сегодня расскажу тебе о времени, которое у тебя есть.

В году 8760 часов, из которых в среднем 2920 ты проводишь во сне. Если ты не питаешься в ресторанах и готовишь себе еду сам, то на покупку продуктов, их приготовление, потребление и последующее мытье посуды у тебя, при хороших навыках, уйдет примерно три часа в день. В абсолютных единицах это 1095 часов. Если у тебя нет домработницы, и ты не любишь жить по-свински, то, из расчета три часа в неделю, на уборку квартиры у тебя уйдет примерно 156 часов в год.

Каждый день ты ходишь на работу. 2080 часов в год не принадлежат тебе, они принадлежат твоему работодателю и в обмен на те деньги, которые он тебе платит, ты создаешь ему прибыль, которая, как ты понимаешь, уходит ему. Для того, чтобы добраться на работу и обратно в большом городе тратиться примерно два часа в день. Это 520 часов. Если я утомил тебя сухими цифрами, то скажу проще - это три недели чистого времени.

Итак, если не у тебя нет семьи и детей, после того как ты поспал, съездил на работу, где заработал себе на кусок хлеба, съел его и прибрал за собой мусор, у тебя остается 1989 часов в год или 5,5 свободных часов в день.

Ты можешь потратить их на размышления о смысле жизни.

Или на то, чтобы что-то сделать.

"...Многовековая история культуры человечества может быть описана в виде смены технология копирования/воссоздания реальности. Человек пытается воспроизвести окружающий мир, создавая информацию в самых различных форматах. Логическим завершением этого процесса становится создание виртуальности - Си-Джея. Эволюция Кибернетического Глобуса завершается, когда через его информационную ткань становятся доступна ноосфера, информационная «оболочка», существующая независимо от деятельности человека. Ноосфера представляет собой отражение реального мира и между ними существует прямая и обратная связь. Ноосфера является особым состоянием материи. Изменения в реальности отражаются изменениями в ноосфере и изменения в ноосфере влияют на реальность. Другими словами получив доступ в ноосферу и инструменты воздействия на нее становится возможным изменять реальный мир.

В 20-х годах XXI столетия гейткиперы создают первые сверхплотные версии дайса – строительного материала Сайберглоба – так называемый «базальт». Дальнейшие опыты с «базальтом» приводят к любопытным эффектам. В частности, к эффекту «обратной тяги», который заключался в том, что становилось возможным частичное воздействие на реальный объект путем воздействия на его информационную копию. Это воздействие было краткосрочным и требовало достаточно больших затрат энергии. Дальнейшие исследования этого и другого эффектов (названных «пороговыми») продолжается в обстановке секретности вплоть до 50-х годов, когда происходит раскол гейткипинга.

Помимо экспериментов с дайсом в 20-х годах происходит ряд событий, ставших ключевыми для эволюции кибернетического пространства. Нелегалы-полиморфы независимо от гейкиперов создают версии сверхплотного дайса и порталы в ноосферу. Некоторые полиморфы уходят в ноосферу и проводят там несколько земных лет. Об этом знают некоторые люди, которые также посещают ноосферу («Конус тишины - 2»)...

Новая серия фоток в альбоме. На этот раз Нью-Йорк.

[700x524]

Погружение в блогосферу
(записки начинающего блогера)

Блоги и иерархии

Здесь как в бане. Человек приходит сюда снимает с себя то, что имеет значение в реале, натягивает фиговый листок в виде ника, куцей "личной" информации в профиле и выходит туда, где все равны, потому что почти голые.

Общеизвестная банальность - сеть ломает многие социальные рамки, сводит на нет те вещи, которые имеют значение в реале. Здесь их сдувает как с белых яблонь дым. Корпоративные, возрастные, организационные, социальные и другие иерархии осыпаются. Старые иерархии рушаться.

Чтобы образовать новые.

В принципе ничего страшного здесь нет. Как говорят в Украине, там где два хохла там три гетьмана. Людям свойственно образовывать структуры. Вопрос в другом - на чем эти структуры базируются. В этом плане сеть, на мой взгляд, требует от вошедшего две вещи - умение делать контент и быть коммуникабельным. У кого это получается хорошо, тот имеет все шансы пробиться наверх.

В чем-то это напоминает иерархии профессионалов (не путать с корпоративными иерархиями). Среди настоящих профи второстепенно как называется твоя должность. Гораздо важнее что ты знаешь/умеешь/с кем ты работал/что ты сделал. В команду берут на основе этого (а должность тебе придумают после). Первый тип иерархии блоггеров образуются по тому же признаку. Среди топов немало людей чей авторитет вполне обоснован. С этой точки зрения популярность Жданова с его тоннами глянцевого эксклюзива выглядит логично - его аудитория потребляет тот же глянец, только в твердом виде. Тоже самое можно сказать и о некто_Падшем, чьи великолепные посты читает аудитория, склонная к хорошей литературе и усиленному самокопанию. И тот и другой делают классный контент, только для совершенно разных аудиторий.

Второй тип иерархий является "пробоем" в виртуальность профессиональных сообществ из реала. Люди, заработавшие профессиональную репутацию, прорубаются в сеть, где народ клюет на знакомое имя. Главное отличие этих блоггеров от чисто сетевых знаменитостей - производимый ими контент может быть ниже по качеству. Работает имя - "ах, ЭТОТ человек сказал нечто". Нечто может быть полной банальностью, констатацией какого-то незначительного факта из жизни, малозначащей информацией, но ярлык налепленный на ЭТО делает свое дело.

Впрочем вопросы остаются. Популярность некоторых блогов вызывает недоумение даже чисто по количественным показателям. Карина_Барби - 540 антисимпов и место в первой двадцатке блогов лиру. Эпатаж розового цвета? Может быть, но массовое подглядывание за симпатичной стервочкой позволяет судить о некоторых перекосах в мотивации аудитории. Я не ханжа, но контент этого блога - любительство в чистом виде. В сети есть тысячи других мест, где можно найти красивых голых женщин на любой вкус.

Как бы то ни было резюме простое. Иерархии блогосферы, основанные на принципах профессиональных сообществ дают отличные возможности для тех кто имеет

1) что сказать, 2) высокую коммуникабельность, 3) умение складно выражать мысли

и кто не обладает тем, что зачастую так необходимо в реале:

1) мохнатую лапу папы, мамы или кого-нибудь вышестоящего, 2) денег и набора материальных ценностей, свидетельствующих о социальном статусе, 3) работающих за тебя активов

Здесь можно набрать тот первичный капитал, с которым возможно обратное движение в реал.

Так что вперед и пленных не брать.

Баржа следует новым курсом

Кэп с Эйв перекрасили баржу в черно-белые тона и теперь следуют новым курсом. Из того, что видно можно сделать вывод, что это будет регулярно обновляющийся КП-блог, под завязку загруженный адекватным КП-стаффом (тексты, медиа). Трансляции с бортового передатчика пока ведет Эйв.

В общем, все гут. Торпедный удар, совершенный малолетними "преступниками" цели не достиг.

Для тех, кому интересно - баржевый эфир прослушивается на волне http://barge.mrtech.ru/