На вокзале

Он в толчее мелькнул передо мною
При выходе из пригородных касс,
И было что-то пристально родное
У незнакомца в выраженье глаз.

Два огонька из моего начала,
Где остужалась поутру изба, -
Как много синева их обещала!
Как скоро загубила их судьба...

Два огонька, знакомых с колыбели,
Миг пробужденья моего ловя,
С такой любовью на меня смотрели,
Что с нею жизнь отождествила я.

Два огонька, река, Стрекозий остров,
и Троица с травою на полу.
Два огонька, в глуши каких погостов
Вы, прахом став, усугубили мглу?

...И вот вокзал, мираж и ком в гортани.
Впервые в жизни, под ее конец,
Мелькнуло сходство -
и душа на грани
Пронзительного окрика: - Отец!

Осенний мир осмысленно устроен
И населен.
Войди в него и будь душой спокоен,
Как этот клен.

И если пыль на миг тебя покроет,
Не помертвей.
Пусть на заре листы твои умоет
Роса полей.

Это цитата сообщения Sulamiff Оригинальное сообщение

О внимании

В духовной борьбе необходимо определить координаты слабых мест нашего характера наши недостатки и после этого стараться наносить удары в эти места. Как на войне: совершая разведку какого-то района, мы отмечаем на карте места, в которых находится враг или плацдармы, с которых он может пойти на нас в наступление. И потом мы следим за этими местами с особым вниманием. Ведь, зная, в каких конкретно местах находится враг, можно двигаться с уверенностью. Военные разворачивают карту и говорят: Враг находится здесь и здесь. Значит, нам надо успеть захватить вот эту и вот эту высоту. Сюда нужно послать подкрепление, а здесь необходимы такие-то и такие-то виды оружия. То есть, зная, где находится враг, можно построить какой-то план.

Человеку для того, чтобы понять, преуспевает ли он в отношении духовном, должно прежде всего испытывать себя, радуется ли он, отдавая, а не принимая... И потом, если он правильно трудится в духовном отношении, то, делая какое-то добро, он никогда его не запоминает, но никогда не забывает даже самое малое добро, сделанное ему.
Старец Паисий Святогорец (1924-1994).

30 сентября – день памяти мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии

[показать]

О святыя и достохвальныя мученицы Веро, Надеждо и Любы, и доблестных дщерей мудрая мати Софие, к вам ныне притецем со усердною молитвою; что бо паче возможет предстательствовати за ны пред Господем, аще не вера, надежда и любы, три сия краеугольныя добродетели, в нихже образ нареченныя, самою вещию тыя явисте! Умолите Господа, да в скорбех и напастех неизреченною благодатию Своею покрыет ны, спасет и сохранит, яко благ есть и Человеколюбец. Того славу, яко солнце незаходимое, ныне зряще светолепну, споспешествуйте нам во смиренных молениих наших, да простит Господь Бог грехи и беззакония наша, и да помилует нас грешных и недостойных щедрот Его. Молите убо о нас, святыя мученицы, Господа нашего Иисуса Христа, Емуже славу возсылаем со Безначальным Его Отцем и Пресвятым и Благим и Животворящеим Его духом, ныне и присно и во веки веков. Аминь

Это вечное слово — «Россия» —
Словно ангельский свет для меня,
Словно совести зовы простые,
Словно вихри снегов и огня.

Не напрасен мой путь, не случаен;
Там — Россия, там — пламя и лёд;
Но до мудрых, безумных окраин
Серединная жизнь не дойдёт.

Надо сердце иметь не такое,
Надо душу иную иметь,
Надо жить неземною тоскою,
Надо песни нездешние петь.

Глаз не видит и уши не слышат,
Запечатаны болью уста;
Там — Россия страдает и ищет,
Ищет Божьего Сына — Христа.

Опять сентябрь, как тьму времён назад,
и к вечеру мужает юный холод.
Я в таинствах подозреваю сад:
всё кажется — там кто-то есть и ходит.

Мне не страшней, а только веселей,
что призраком населена округа.
Я в доброте моих осенних дней
ничьи шаги приму за поступь друга.

Мне некого спросить: а не пора ль
списать в тетрадь — с последнею росою
траву и воздух, в зримую спираль
закрученный неистовой осою.

И вот еще: вниманье чьих очей,
воспринятое некогда луною,
проделало обратный путь лучей
и на земле увиделось со мною?

Любой, чье зренье вобрала луна,
свободен с обожаньем иль укором
иных людей, иные времена
оглядывать своим посмертным взором.

Не потому ль в сиянье и красе
так мучат нас ее пустые камни?
О, знаю я, кто пристальней, чем все,
ее посеребрил двумя зрачками!

Так я сижу, подслушиваю сад,
для вечности в окне оставив щёлку.
И Пушкина неотвратимый взгляд
ночь напролет мне припекает щёку.

Душа грустит о небесах,
Она не здешних нив жилица.
Люблю, когда на деревах
Огонь зеленый шевелится.

То сучья золотых стволов,
Как свечи, теплятся пред тайной,
И расцветают звезды слов
На их листве первоначальной.

Понятен мне земли глагол,
Но не стряхну я муку эту,
Как отразивший в водах дол
Вдруг в небе ставшую комету.

Так кони не стряхнут хвостами
В хребты их пьющую луну...
О, если б прорасти глазами,
Как эти листья, в глубину.

Ель рукавом мне тропинку завесила.
Ветер. В лесу одному
Шумно, и жутко, и грустно, и весело,
Я ничего не пойму.

Ветер. Кругом все гудит и колышется,
Листья кружатся у ног.
Чу, там вдали неожиданно слышится
Тонко взывающий рог.

Сладостен зов мне глашатая медного!
Мёртвые что мне листы!
Кажется, издали странника бедного
Нежно приветствуешь ты.

Наши души, не правда ль, еще не привыкли
к разлуке?
Все друг друга зовут трепетанием блещущих
крыл!
Кто-то высший развел эти нежно-сплетенные
руки,
Но о помнящих душах забыл.

Каждый вечер, зажженный по воле волшебницы
кроткой,
Каждый вечер, когда над горами и в сердце
туман,
К незабывшей душе неуверенно-робкой
походкой
Приближается прежний обман.

Словно ветер, что беглым порывом минувшее
будит,
Ты из блещущих строчек опять улыбаешься
мне.
Все позволено, все! Нас дневная тоска не
осудит:
Ты из сна, я во сне…

Кто-то высший нас предал
неназванно-сладостной муке,
(Будет много блужданий-скитаний средь снега и
тьмы!)
Кто-то высший развел эти нежно-сплетенные
руки…
Не ответственны мы!

..обычно я не повторяю публикации, которые однажды - в то или иное время, в те или иные дни - появлялись на страницах моего дневника. Но сейчас мне бы очень хотелось вновь обратиться к проповеди митрополита Илариона Алфеева, которую я сохранила минувшей весной; к проповеди, которая некогда апрельским днем, которым она была опубликована, неожиданно стала ответом на важнейший пришедший в ту пору и те дни ко мне вопрос. К одной из самых значимых, самых драгоценных для меня проповедей пастырей нашей Церкви.

***

http://www.liveinternet.ru/users/954433/post272367751/

Звезда полей

Звезда полей, во мгле заледенелой
Остановившись, смотрит в полынью.
Уж на часах двенадцать прозвенело,
И сон окутал родину мою...

Звезда полей! В минуты потрясений
Я вспоминал, как тихо за холмом
Она горит над золотом осенним,
Она горит над зимним серебром...

Звезда полей горит, не угасая,
Для всех тревожных жителей земли,
Своим лучом приветливым касаясь
Всех городов, поднявшихся вдали.

Но только здесь, во мгле заледенелой,
Она восходит ярче и полней,
И счастлив я, пока на свете белом
Горит, горит звезда моих полей...

Ты выпорхнешь, малиновка, из трех
малинников, припомнивши в неволе,
как в сумерках вторгается в горох
ворсистое люпиновое поле.
Сквозь сомкнутые вербные усы
- Туда, где замирая на мгновенье,
бесчисленные капельки росы
сбегают по стручкам от столкновенья.

Малинник встрепенется, но в залог
оставлена догадка, что, возможно,
охотник, расставляющий силок,
валежником хрустит неосторожно.
На деле же - лишь ленточка тропы
во мраке извивается, белея.
Не слышно ни журчанья, ни стрельбы,
не видно ни стрельца, ни водолея.

Лишь ночь под перевернутым крылом
бежит по опрокинувшимся кущам,
- Настойчива, как память о былом,
безмолвном, но по-прежнему живущем.

Два стихотворения

1

Подушка уже горяча
С обеих сторон.
Вот и вторая свеча
Гаснет и крик ворон
Становится все слышней.
Я эту ночь не спала,
Поздно думать о сне...
Как нестерпимо бела
Штора на белом окне.
Здравствуй!

2

Тот же голос, тот же взгляд,
Те же волосы льняные.
Все, как год тому назад.
Сквозь стекло лучи дневные
Известь белых стен пестрят...
Свежих лилий аромат
И слова твои простые.

[показать]

В тумане дни короче,
И зори не видны.
Оттиснул солнце зодчий
На плоскости стены.

Опять о сне возвратном
Старик расскажет мне,
И в переулке скатном
Цветы в одном окне.

Внизу дороги длинны,
Уходят за реку,
И сладок крик машины
Оставшимся вверху.

О, тихий день разлуки,
Он скорби не принёс,
Но нет ритмичней муки —
Сойти под шум колёс.

Душа свернётся к ночи,
И будет тень на мне...
Как солнце любит зодчий
Распятое в стене.

[показать]

Ты говоришь - не надо плакать.
А может быть, и впрямь, и впрямь
не надо плакать - надо плавать
в холодных реках. Надо вплавь

одолевать ночную воду,
плывущую из-под руки,
чтоб даровать себе свободу
другого берега реки.

Недаром мне вздыхалось сладко
в Сибири, в чистой стороне,
где доверительно и слабо
растенья никнули ко мне.

Как привести тебе примеры
того, что делалось со мной?
Мерцают в памяти предметы
и отдают голубизной.

Байкала потаенный омут,
где среди медленной воды

посверкивая ходит омуль
и перышки его видны.

И те дома, и те сараи,
заметные на берегах,
и цвета яркого саранки,
мгновенно сникшие в руках.

И в белую полоску чудо -
внезапные бурундуки,

так испытующе и чутко
в меня вперявшие зрачки.

Так завлекала и казнила
меня тех речек глубина.
Граненая вода Кизира
была, как пламень, холодна.

И опровергнуто лукавство
мое и все слова твои
напоминающей лекарство
целебной горечью травы.

Припоминается мне снова,
что там, среди земли и ржи,
мне не пришлось сказать ни слова,
ни слова маленького лжи.

Большие липы, шатаясь, пели…
Мне больно было взглянуть назад…
Там осень грелась в моем апреле, —
Все та же осень, все тот же сад…

Все та же сказка: любовь, измена…
Как скучно снова жалеть о ней!
Вот здесь когда-то цвели вербены…
Ты здесь когда-то была моей…

Как звери рвали друг друга тучи…
Впивался в сердце холодный дождь…
Как жизни крылья ломались сучья…
Шепнуло что-то: убит твой вождь…

Мой вождь — мечта, но мечта солгала,
Мой вождь — надежда, надежды нет;
В тот вечер страшный душа не знала,
Где цель, где бездна, где тьма, где свет…

Это цитата сообщения Sulamiff Оригинальное сообщение

Молитва святому Спиридону Тримифунтскому

О преблаженне святителю Спиридоне!
Умоли благосердие Человеколюбца Бога, да не осудит нас по беззакониям нашим, но да сотворит с нами по милости своей. Испроси нам, рабам Божиим (имена), у Христа и Бога наше мирное безмятежное житие, здравие душевное и телесное. Избави нас от всяких бед душевных и телесных, от всех томлений и диавольских наветов.
Поминай нас у престола Вседержителя и умоли Господа, да подаст многих наших грехов прощение, безбедное и мирное житие да дарует нам, кончины же живота непостыдная и мирныя и блаженства вечнаго в будущем веце сподобит нас, да непрестанно возсылаем славу и благодарение Отцу и Сыну и Духу Святому, ныне и присно, и во веки веков.
Аминь.

Слова

Красиво падала листва,
Красиво плыли пароходы.
Стояли ясные погоды,
И праздничные торжества
Справлял сентябрь первоначальный,
Задумчивый, но не печальный.

И понял я, что в мире нет
Затертых слов или явлений.
Их существо до самых недр
Взрывает потрясенный гений.
И ветер необыкновенней,
Когда он ветер, а не ветр.

Люблю обычные слова,
Как неизведанные страны.
Они понятны лишь сперва,
Потом значенья их туманны.
Их протирают, как стекло,
И в этом наше ремесло.