[200x400]Они шли по освещённой солнцем поздней весны улице. Ветер развивал их плащи – золотистый и бордовый. Одна держит в руках ирисы, другая - тюльпаны. Крылья бабочки. У той, что справа – за спиной, у той, что слева – в мыслях. Тень ложится на тёплый асфальт, отличаясь от толпы других теней. Проспект. Парк. Снова проспект. Удивлённые будничные лица. Из-за плащей или из-за крыльев?
[670x484]Девушки учатся в вузах. Заканчивают нередко лучше, чем парни, у которых один стимул: не попасть в армию. Потом те самые парни срочно женятся, иногда не закончив ещё институт, только затем, чтобы не призвали отцов маленьких детей. И их жёны вынуждены бросить учёбу, т.к. для многих нереально учиться и заниматься грудным ребёнком. А те мамы, кто всё же получают дипломы, получают их для того, чтобы сидеть дома с сосками и пелёнками... Чтобы мужа не призвали. А после того, как мужу станет 27, им приходится вспоминать всё, что они учили в институте.. затем, чтобы понять, что все знания попросту устарели.
Вот так бывает. Получается, что учёба не имеет смысла? Кухня, церковь, дети, как и хотят излишне религиозные кадры? (мучаясь от фантомки).

Все чаще в голову приходят мысли о том, что я одна. Да, у меня есть голубь,у меня есть Тем и Тен, и вообще друзей куча. Но чтобы я кому не говорила, остается та недосказанность, которая потом становится причиной ссор.
А я молчу. Терплю, и думаю что сосуд никогда не переполнится.
Только все это большая ошибка. Горько так.
Это наверное потому, что я не отсюда. Я родилась очень поздно. Не здесь мне должно быть.
Ну да ладно. Все окна открыты.
Я не знала, что могу так ненавидеть. Нет, скоре это презрение.
Сегодня я поздравляла всех прохожих женщин с 8ым марта. Мне так хотелось чтобы мне не отвечали " И вас тоже!", просто потому, что "нехорошо получается".
Сегодня я жила. Пусть горько, одиноко, но жила. Свободно.
Где видна на горизонте
Леса чётко полоса,
Где бушует синим морем
Цвет и запах василька,
Где как стрелы режут птицы
Тёмный воздух под луной,
Там их крик перекрывает
Громкий вой волков ночной.
Стая их под сводом неба
Быстро мчится тайне вслед,
Чтоб погоней насладиться
И на всё найти ответ.
Как окрасит утро небо,
И луна за лес уйдёт,
Стая в поле растворится,
Ветер след их заметёт.
Им нет разницы до мира
совершенно никакой,
Главное в их жизни – воля,
Гимн свободы и покой.
Как давно их стая режет
Сон когтями васильков,
Как давно их стая ищет
Рай, забытый для волков?
Долго ль им ещё скитаться,
Дням погони счёт ведя?
Смогут ли угомониться,
Рай потерянный найдя?
Кто вожак их снежной стаи?
Чей полуночный полёт
Только звёзды засверкают
Снова в дальний путь ведёт?
Шерсть их ветер развивает,
След пылает их огнём,
|
Ожесточенному
Я знаю ненависть, и, может быть, сильней,
Чем может знать ее твоя душа больная,
Несправедливая, и полная огней
Тобою брошенного рая.
Я знаю ненависть к звериному, к страстям
Слепой замкнутости, к судьбе неправосудной,
И к этим тлеющим кладбищенским костям,
Нам данным в нашей жизни скудной.
Но, мучимый как ты, терзаемый года,
Я связан был с тобой безмолвным договором,
И вижу, ты забыл, что брат твой был всегда
Скорей разбойником, чем вором.
С врагами — дерзкий враг, с тобой — я вечно твой,
Я узнаю друзей в одежде запыленной.
А ты, как леопард, укушенный змеей,
Своих терзаешь, исступленный!
Константин Бальмонт
|
То что у них называется подозрительностью, я называю рассудительсностью.
То что они называют недоверчивостью, я называю осторожностью.