а ведь уже вечер. и все уже должно было закончиться: эта сутолока, эти женщины с многозначительными улыбками, все в букетах и прическах, эти мужчины с праздничными речами, и иногда подвыпившие и те, и другие, и бесчисленные лепестки роз, раздавленные до гематом, и липкие кислые круги от шампанского на офисном столе, и заклинания хотя-все-еще-снег-но-уже-весна, и голые парфюмерные прилавки, и эти бесконечные цветыцветыцветы....
я поняла, что для меня приготовлено еще одно испытание на сегодня. как десерт. я решила сдаться, но с тем условием, что это угощение станет, наконец, последним.
я сдалась. закрыла бисмарка и выдохнула
и в тот самый момент....
....я знала, как я с этим справлюсь. я побегу наверх через ступеньку, наверх, в турникетный зал, я поймаю эту тугую стеклянную дверь и, сопротивляясь ей, толкну ее обратно. и этот яркий как в анатомическом театре невозможно неживой свет назначу палачом – тогда уж будет понятно, что это просто свет режет глаза, а не ...
....и в тот самый момент он вошел в вагон. высокий, красивый, с портфелем, вооруженный полутораметровыми розами.
о, я оценила все тонкости предложенного мне десерта! это блюдо тоже было приготовлено без особого изыска. как и все, что было сегодня у меня.
все было ясно, как день: он сядет напротив. и сидеть будет слишком тесно, дорогой портфель на коленях, а черенки роз под названием «Их просто некуда деть!!!» будут жестко тыкаться в меня всю дорогу.
затем - удобная модель телефона, нежное женское «я уже жду» и отрешенно смотреть в окно. да, все так и будет.
он остановился в дверях и стал осматриваться.
антибликовые линзы в дорогой оправе. дорогой портфель. как меч наперевес, длиннющие розы. хорошо очерченные губы. ммм.... какие губы! я знаю, что надо делать, когда тебя целуют такие губы: надо молча позволить себя целовать. это так сладко.
он сел в кресло напротив и стал аккуратно размещать свои великолепные длиннющие ноги. я представила, как эта обладательница нежного женского голоса чувствует себя парящей над землей птицей, когда он берет ее на руки.
свой дорогой портфель он положил на колени, а черенки роз были так длинны, что он не мог никак пристроить их, вот ведь незадача...
он достал телефон «баланс цена-качество», сказал, что едет. она нежным голосом ответила, что уже ждет.
успокоившись, он стал отрешенно смотреть в окно.
все было так банально.
поверх бисмарка я внимательно следила за траекторией движения злосчастных роз. эти ампутированные части кустарника маячили в полутора сантиметрах от моих колен.
я вдруг подумала, что если скажу, ему, что он мне мешает, он ответит мне по-хамски. а это не вяжется с его имиджем принца.
а если скажу, что у него красивые ноги – он встанет и уйдет. отлично! этого-то мне и хотелось!
тогда я наклонилась к нему поближе и негромко обратилась к нему.
он тоже наклонился ко мне, чтобы расслышать: я говорила тихо. и сексуальный еврей слева от него тоже наклонился.
и я сказала: «молодой человек! если вдруг черенки Ваших цветов заденут меня, хотя бы и случайно, я непременно выражу свое возмущение в Ваш адрес и сделаю это с огромным удовольствием: ведь я сегодня таких цветов не
однажды один очень одинокий ослик отправился отдохнуть на одичавший остров в океане.
ослик одел (а надо бы – НАдел!) оранжевый ошейник, окинул оком остывший очаг, открыл окна, оставил на окне окорок и ...
слошное УПС.
выходные прошли - ..
и слава богу, что прошли. не выходные, а какое-то сплошное протокольное мероприятие.
даже не подозревала, что могу столько съесть! получается, могу, если надо! хотя тройная была на высоте. да и семушка...
о пище духовной: надоело поглощать книги в электронном варианте. а на ДД как не тянуло, так и не тянет.
в местной союзпечати сказали, что науку и жизнь завозят в единственном экземпляре не придерживаясь графика. конечно, мне тот экземпляр не достался.
говорят, тут качалка есть... надо посмотреть сходить. скуШно.
когда я прекращаю бурную мыслительную деятельность, перестаю умничать по поводу и без, тогда ко мне приходит сказка.
ореол необъяснимо удивительного кружит надо мной и проникает в меня через голову, а второй поток – через спину, в том месте, откуда растут крылья.
серебром шампанского растекается по всему телу, спускаясь вниз. потом поднимается кверху до груди уже имея золотистый оттенок, и выше, к самому горлу и мягкий его аромат и запах я ощущаю на губах.
и в такие минуты весь мир окрашен свежими яркими красками и звуками.
сегодня - как раз такое утро.
но только продлится это ощущение недолго, ведь я снова начну что-нибудь анализировать!
"дорогая! не могла бы ты .....(и далее по тексту)"
так вот, дорогой.
в этой короткой фразе ты ошибся трижды: я могла, могу и буду мочь.
но не расстраивайся, дорогой, слишком. в одном ты все-таки прав: я действительно дорогая.
нечто что-то пропело мне под крылом самолета.
эта турбулентность... не похоже даже на вибратор, только раздражает.
накормили неплохо. но было очень холодно. и я не смогла заснуть.
в этом городе на снегу лежит беззвездное небо и нет церквей. и безысходный пейзаж за окном.
меня здесь встретили с радостью. "это не развалины, это наш магазин". ну, ладно, не обижайтесь, я просто не понимаю, как вы тут живете. или не вы не живете?
я четвертые сутки сплю только два часа. уже когда-то кем-то растворенный кофе скручивает желудок так, что есть не могу ничего.
не в сексе счастье и даже не в его количестве.
не могу сказать, что мне очень уж плохо. просто почему-то хочется домой.
боже
каааак хочется есть!
надо же...
самый лучший подарок на восьмое марта получила от... свекрови своей сестры!!!!
вот уж...
к чему бы это????
хм!...
м-да...
никогда не разбиралась в свекровях :-))
наказание и поощрение есть суть одного и того же.
потерявший не утратил. получивший не приобрел.
пустая бутылка из-под пива была назначена шайбой и, издавая гыркающе-звенящие звуки зеленой опустошенной утробой, каталась по полу под оглушительный рев нескольких болельщиков и двух игроков.
правый угол был назначен воротами мужика, что покрупнее, левым завладел хромой.
олимпиаде не снились такие подачи.
за весь матч был забит только один гол.
не известно еще, кому больше был нужен этот гол: болельщики сидели на диване, каждый давал вновьобращенной шайбе свой энергетический посыл, а игроки, вдавленные в мягкое сиденье, вытягивали шеи, чтобы понаблюдать за ходом матча.
23 начали отмечать еще с 22.
сегодня опять снег.
снежинки...
такие большие. такие влажные.
как высокие грудастые блондинки, спускаются по шесту, кружась.
их белые волосы развеваются на ветру, а капли шампанского стекают по щекам и шее до груди, медленно скользя и увеличиваясь по пути к ложбинке, всегда страдающей жаждой.
такие ритмичные завораживающие движения тел.
такой медленный полет.
надо же...
моя мыслительная деятельность сегодня началась размышлением над тем же вопросом...
как это было? я вспоминаю ...
рассвет в моем мозгу яркой вспышкой озарил подсознание. подсознание толкнуло локтем сознание - и...
и все то же неизбывное желание поработать кинуло меня к компьютеру...
полшестого...
осквернить клаву рукоприкладством, дыша в монитор запахом нечищенным зубов? или сначала пойти побриться? наркозависимость от работы была сильнее...
так, обняв комп небритыми ногами, запутав монитор в черных своих волосах, трепетно нажимая на еротические точки клавиатуры и ловя в ответ на каждый удар по поцелую, я и встретила рассвет...
а ведь могла бы глубоко спать.
лечу тоску. чужую. борьба с собственной изнуряет и уже кажется делом бесперспективным.