Зимняя драма 

На сцене зимний крымский пейзаж. Ни мороза, ни ветра, них-уя. Только горы, море, пустынные пляжи, в воздухе кружат редкие снежинки и тут же тают. Такие снега листики нарцисса никогда ни разу не пригнут. Хокку писать неочем. Вечереет. За столом сидят напротив другу друга Философ и Дева. Они о чем то разговаривают.

 

Ленивый Философ: - Я уже неделю сплю с приоткрытым окном. Крымская зима не знает жалости к теплоебам. Зато теперь очень хорошо понимаю венецианских кондотьеров, которые никогда не брали города ночью  и не воевали зимой. Зимой они ставили окна на проветривание и сладко спали в своих мягких постельках. Правда, дорогая Дева, читая историю Венеции, иногда мне кажется, что зима у них начиналась в августе.

Прекрасная дева: - Как интересно, дорогой Философ. Я тоже у себя в Симеизе открыла окна и вставила сетки. Правда, пришлось мерить размер голов у моих котов, чтобы они могли пролезать.

Ленивый Философ: - А знаешь кто еще мерил размер голов?

Прекрасная дева: - Кто?

Ленивый Философ ( выходит к рампе  и, обращаясь к залу, разводит в стороны руки и с трагедией и драмой в голосе говорит): - Никогда еще наша культурная разница не ощущалась так сильно

                                         занавес

 

Гинеколог (ласково, с должным уважением): - Девочка, чтобы вы хотели спросить у меня, как у человека и гинеколога? Я отвечу тебе на любой твой вопрос.

Смелая Прекрасная дева (прикрыв глаза, почти шепотом, но решительно, словно в бросаясь грудью на амбразуру): - Пусть это буду я! Скажите, доктор, что на самом деле произошло на перевале Дятлова?

Гинеколог (ласково, с должным уважением): - Нуууууу, милочка, с  точки зрения меня, как гинеколога, -  пизда.

 

Проснулся, а зима все еще продолжается..

Привычная скука, которая осенью была откровением пустоты, сегодня представляется волнообразно затухающим раздражением. Слишком много изображений и предметов вокруг: картинок, книг, пуховиков, тяжелой обуви, северо-запада. Возможно это потому, что реальность является всего лишь поздним плодом наших крайностей, результатом отсутствия чувства меры и следствием необузданности воображения.

 

Наверное все-таки стоит затаиться, задержать дыхание, подавить эмоции, побороть капризы. И тогда существует вероятность, что зима остановится, скукожится, спрячется по норам, пещерам и морозильникам и тогда начнется та самая привычная, знакомая и любимая ранняя крымская весна - все эти наши потрясающие январские форточки, февральские окна, мартовские двери, благоухающие гиацинты, поэтичные асфодели, робкие галантусы, прекрасносиние шафраны, нежнофиолетовые пролески, изысканные примулы, невероятный пион узколистый, волшебные адонисы, богоподобный тюльпан Шренка и +15 в тени на день защитника отечества, чей горький дым нам горла поперек. Оргазмы наконец перестанут быть чем-то обыденным, а эмоции засверкают от веселой телесной дрожи, как ранние диаманты на прошлогодних травах и будущей листве. 

 

А зима всё еще продолжается.......

Тише пульс - и движение мира тоже замедляется. Без нашего тепла пространство становится ледяным. Либеральный капитализм распространяет свое засилье на убеждения; шествуя рука об руку с меркантилизмом, рекламой, абсурдным и издевательским культом экономической результативности, исключительным и неумеренным аппетитом к материальным благам, но на самом деле никто не знает как всё обстоит на самом деле.

 

Зимой нельзя уклоняться от объятий. Зимой надо прижиматься, не оставляя зазора для сомнений. И поэтому я раскрываю руки навстречу тебе, навстречу собственным снам, суевериям и абсолютам, стараясь больше никогда не препятствовать вещам двигаться по кругу в поисках собственного падения. Она возвращает нас к нашему изначальному состоянию - к сложности узнавания, потому что зимой время не оставляет надежд,

позволяющих нам обманывать самих себя и жить чужими иллюзиями...

 

Миру Мурр

1-ый философ: - Да, не во всем мы преуспели, коллеги, есть у нас еще отдельные недостатки. 

2-ой философ: - Но ведь, дорогие коллеги, долгое время нам всем пятерым представлялись незыблемыми 3 пункта. На том стоим и стоять будем.  

3-ий философ: - Мы главные в космосе

4-ый философ: - У нас эффективная армия

5-ый философ: - В балете мы лучшие

Прекрасная дева: - Короче, коллеги, остался только Щелкунчик.

 

занавес

Однажды нашей дорогой редакции пришлось короткое, но яркое время работать в телевизоре. В начале святых нулевых. Несколько месяцев. Кроме обычной сценарной работы мы занялись на досуге фрейм-анализом окружающей нас действительности, после чего одномоментно выявили все базовые проблемы российской твсубкультуры. Их мы нашли две.

 - Дураки

- и дороги, которые они снюхивают, прежде чем принять очередное охуительное креативное решение по оптимизации рейтингов. Ибо в трезвом уме такую поебень, которую показывали в ящике (и по слухам продолжают) никогда не придумать.

 

 - Аллё! А что ты сейчас делаешь? 

 - Привет. Да вот перечитываю Булгакова.

 - Это тот, кто про Вола-дэ-Морта писал?

 - Хорошо, что ты красивая.

 

 

Я так полагаю, что самые бюджетные путешествия - это когда едешь кукухой.

 

Тому, что с нами теперь происходит есть только одно объяснение. И только одна причина, если кому угодно по прежнему исповедовать выходящую из моды эстетику позднего неодетерминизма. А то нам в редакции кажется, что главной интеллектуальной потехой масс в 2026 году стала попытка принятия того, что проще спиздить президента Венесуэлы, чем выселить Долину из квартиры, а не размышления над истинными причинами происходящего. И, похоже, я последний человек на земле, из тех кто помнит, с чего все начиналось.

 

В 12 часов 39 минут по полудню сварщик Шестого судоремонтного завода Степан Елдаков во время бизнесланча в рабочей столовой у всех на глазах, не таясь и без какой-либо доли внутреннего смущения, сделав покерфейс, стал есть макароны вилкой. Нож в правой руке, вилка в левой, салфетка на коленях. Внезапно он перестал жевать и прикрывая рот салфеткой, чихнул. И тут у него изо рта на белую скатерть выпала вещь-в-себе, напоминающая своим видом небольшой равносторонний треугольник 

 

Степан Елдаков осторожно взял вещь-в-себе двумя пальцами (средним и большим), и, оттопырив в сторону указательный, смахнул салфеткой налипшие на ней макароны. Помолчал минуту, внимательно глядя на данную ему в ощущениях объективную реальность принявшую форму равностороннего треугольника, и, решив понять меру нормальности происходящего, задался логичным, самым обычным в подобных случаях вопросом - Почему мы осмысляем великое? - Подумал Степан. - Может быть потому что мы малы и желаем преодолеть свою малость и глубокая тоска, бродящая в безднах нашего бытия, словно глухой туман контентшейкера, смещает все вещи, людей и меня вместе с ними в одну массу какого-то странного безразличия.

 

И тут Елдаков неожиданно чихнул во второй раз, и из его уха выпала еще одна вещь-в-себе отдаленно напоминающая небольшой квадрат.

. 

Треугольник и квадрат могли бы дать Елдакову пищу для ума и раздумий о зеркалах и существовании, поскольку материи, которые словом человеческим изображаются, различествуют по мере разной своей важности или, говоря научным штилем, следовало отделить контент от объекта, о чем мы ныне имеем немало свидетельств, поелику в России столь великой тьма невежества никогда не была, какую представляют многие внешние писатели-вредители.

 

Но тут за соседним столом стали галдеть о чем то своем электросварщики - коллеги Елдакова по работе, прервав тем самым плавное течение вольного елдаковского дискурса. Громко оттопыривая мизинцы, сварщики заспорили о влиянии Шарля-Луи Монтескье и раннего Жан-Люка Годара на различные аспекты творчества Мураками и нужно ли в связи с этим перечитывать Пруста,

 

Потом у кого-то из них зазвонил айфон, а потом Елдаков чихнул в третий раз и от третьего чиха из бездонных недр Степана выкатилась на скатерть круглая вещь-в-себе, напоминающая своим видом небольшую окружность. Вещь-в-себе покружилась по столу, потом еще покружилась, потом опять покружалась, потом звонко, но и одновременно глухо ёбнулась на скатерть словно цыганская гадальная монетка не имеющая никаких сторон. 

- Как же это должно быть ужасно, когда от твоего самого легкого движения зависят судьбы миров? - Едва только успел подумать Елдаков как вослед за окружностью, уже без чиха, просто так, беспричинно из Елдакова прямо на тарелку упала суть всех вещей вместе со смыслом всего.

 

Будучи несколько обескуражен произошедшим, поскольку он помнил, что разум с помощью науки проникает в тайны вещества и указывает, где истина, а наука и опыт - только средства, только способы собирания материалов для разума. И тогда Степан осознал, что слишком обессилел после трудовой смены и всей этой чехарды с чиханием и вещами-в-себе.. Чтобы не выглядеть растерянным в глазах однополчан и родственников, Елдаков аккуратно сложил суть вещей и смысл всего бутербродиком, а потом еще свернул

 

Зима 2026 года всё ещё продолжается. Организм наконец перестроился, подстроился, приспособился, скоординировался, встал в строй и теперь работает как часы. Часы с вылетающей кукушкой. Кукушка вылетает регулярно, всегда внезапно. Кукухает, прячется. Кукухает, прячется. И, что характерно, никогда не угадаешь в какую сторону она рванет. 

Кто на запад - ни пера, на восток - ни пуха, 

Ну а кто-то пролетел над гнездом кукухи.

(Кен Кизи)

Всякий раз при ее появлении я думаю: - Всё, капец моей бессмертной душе. Больше вообще пить не буду никогда. После чего наливаю себе кизиловой, чтобы успокоиться в сердце своем.. Иначе никак. Как писал один там праведник: - И того ради сътворяет праздникъ светел и призываетъ на трапезу своего отца. 

 

В секретном домовом чате по прежнему рекомендуют не зацикливаться на хуйне и не винить себя в том, что поверхность Земли - это берег космического океана, а  взамен думать, какие действия можно предпринять в нынешней непростой экологической ситуации. Ведь, как утверждает ленивая философия, достаточно совсем немного времени провести на орбите нашей планеты (или как вариант прочесть пару хороших книг зараз), и любой патриотизм, национализм, отчизнолюбие, флаговедение и национальная гордость - вообщем любая муйня проходит как легкое недомогание после липового чая с.медом 

 

Однако, пока от космических путешествий воздерживаюсь, сублимирую, и, словно молодой дядя Коля Дроздов, внимательно наблюдаю за непоседливой кукухой, помогаю, по мере сил контролирую энергию Ци и кормлю. Но и о себе не забываю, чтобы копыта не двинуть.

. 

По этому поводу заказал на Озоне книгу Георгия Васильева "Верхум". Один наш знакомый профессор-эволюционный биолог Александр Марков очень ее нам рекомендовал. Должна уже прийти. Теперь сижу у окошка пригорюнившись, смотрю на дорогу - Германна (в смысле курьера) всё нет. Потом перевожу взгляд на море, хотя уже давно знаю, что когда долго на него смотришь начинаешь скучать по людям. Но верно и наоборот. Термометр за окном в саду показывает  +12, ощущается как + 13 и я испытываю от этого лёгкое когнитивное неудобство (ощущается как пиздец). 

 

Миру мурр

 

Нынче перед завтраком, занимаясь утренней художественной производственной гимнастикой пианист петров, наша дорогая редакция у нас в голове играла в литературу. Иными словами они там занимались тем, что вставляли в любой (в данном случае не в любой, а в чисто конкретный, создаваемый ими в процессе) текст возвратные местоимения и союзы, отчего тот приобретал полномасштабный эпический библейский оттенок. Получалось примерно следующее.

 

И вышел я в кухню свою и включил чайник свой. И дождался пока нагрелась вода моя до 79 градусов Цельсия. И засыпал я сиху лунцзын свой в исинский чайник свой и залил чай водой. И заварился чай. И сказал я: это хорошо!

 

Ну а прямо сейчас ваш покорный слуга вернулся с базара - закупались специями для рас-аль-ханута (специя такая - очень хороша для мяса, рыбы - кто был в Марокко или в Северной африке в целом - тот знает.) И вот тут же прямо в продолжение темы не снимая кроссовок написал следующее:

 

И пришел я на рынок и направил стопы свои в лавку специй. И дождался я, пока торговец перестанет смотреть в телефон свой и подаст мне корицу мою, пажитник мой, орехов мускатных моих, чили моего, кардамона по 9000 рублей - блять - за кило моего и много еще чего пахучего моего. И отмерил я специй душистых в пакет бумажный свой и купил я кинзы четыре пучка себе. И наполнился рюкзак мой. И сел я в авто своё и включил себе песню ВИА "Электрослабость"  "Олений пенис"  и возрадовался в сердце своем и стал подпевать им громко и с песней на устах своих поехал домой к себе. И вернулся я и стал готовить рас аль ханут себе и сказал я себе: будет пиздец как вкусно опять. И это хорошо!

 

 

Пока я пил водку и политуру

Они, в ходе агрессии кровавой,

Похитили Президента  Мадуро

Грубо нарушив Международное Право.

 

Мир остолбенел от произошедшего катаклизма

Местами даже забился в истерике

Не ожидали такого цинизма

Даже от президента Америки.

 

А нам-то как обидно, а нам-то...

Сообщаю с болью и горечью

Мы так рассчитывали на Дональда Трампа

И вдохновлялись Духом Анкориджа.

 

Мы то думали Трамп - голубь мира

Вернет нам Запорожскую и Херсонскую области

А он оказался наглым  задирой

Способным на всевозможные подлости.

 

А мы поддакивали Уиткофу

И его зятю Кушнеру

Подносили им халявную выпивку

Деликатесные кушанья...

 

Теперь, после такого скотства

Все шуры-муры закончились

Я поддерживаю государственное руководство

Выразившее Глубокую Озабоченность.

 

И на ночь укладываясь в постель

Я скажу искренне и правдиво:

«Хер тебе Дональд, а не тоннель

Под Беринговым проливом!».

 

Всеволод Емелин

Все выходные после новогода наша дорогая редакция только и делала, что читала про перверзных нарциссистов. Понятно да?  В переводе с научного на обыкновенный - про психопатов-извращенцев, которые исподволь порабощают ленивых философов, пьют из них кровь литрами, норовят сожрать все мозги и в идеале свести в гроб. Чаще всего это встречается в общественных отношениях через телевизор или даже через модный, великолепный, неподражаемый, потрясающий МАХ (чтобы это буквосочетание не значило). В любых близких отношениях это тоже может быть. Например телега или тиндер с инстаграмками. Слово "перверзный" происходит от латинского pervertere, что означает перевернуть, вывернуть, извратить. Как гласит молитва подобных  мудаков: этого не было; если было, то не страшно; если страшно, то не заморачивайся; а если заморачиваешься, то я ни при чём. При этом нам всм, потенциальным или бывшим жертвам, всегда надо помнить что они обладают цепким, практичным умом выползшего на охоту насекомого. Когда такой тип предлагает вам "остаться друзьями" (худой мир лучшей доброй ссоры, не правда ли?) - знайте, что вас всего лишь выманивают из укрытия.

 

Как мы тут у себя в редакции полагаем, тема большинству грамотных гоминид известная, но тут чего-то мы всем нашим коллективом в нашей голове решили углубиться и подсчитать количество этих приятных людей, встреченных нами на извилистом и многотрудном жизненном пути. Когда у нас кончились пальцы на правой ноге, все сразу встало на свои места.  

 

Теперь сидим, молчим, чешем где чешется и одновременно удивляемся: как мы в таких непростых условиях до сих пор с древа познания добра и зла не рухнули, никого не убили и не съели, не бросаемся с сапожным шилом на прохожих, не плещем им на головы из окна содержимое бабушкиной ночной вазы, не бегаем голым по Красной площади и не идем в депутаты. 

 

Крепкая, вощем, у ленивых философов психика, не лыком шита, за рупь двадцать не возьмешь, хоть в царь-колокол ей звони, хоть беспилотником её бей, слава Господу Богу, творящему дивные чудеса ради угодников своих.

 

Однако ж дружелюбная Вселенная все же не теряет надежды свести нас с ума окончательно.

Поясню эту свежую как утренний январский бриз мысль.

Общеизвестно, что ленивому философу, в отличие от остальных очень хорошо быть неучем в плане того что смотрят и читают вокруг и, одновременно, невеждой, потому что заместо мозгов, ему повидимому, выдается веселый нрав. А смех, как известно, продляет жизнь. 

 

Вощем, рассказываю в чем дело. Сижу нынче в домике для размышлений, слушаю как ведущий экономист и гениальный геополитик рассказывает про небывало безудержный положительный рост нашей промышленности, благосостояния и сытости, и одновременно читаю тревожно-экономическую статью одного так называемого американского ученого про то, в какую бездонную яму катится мировая экономика. Ну и натыкаюсь на полное скрытой тревоги предложение, где упоминаются "рекордно низкие за 10 лет цены на комоды и нефть".

 

Учитывая то, что я еще не совершено безнадежен, не лыком шит и не указующим перстом делан, открыл Тор и погуглил в нем. Оказалось, что под комодами имелись в виду не сводные братья шифоньеров и гардеробов с буфетами, а коммодити, мол, биржевой товар.

 

И вот уже пять минут не могу успокоиться, до интеллектуальных судорог, буквально, как представлю, что коварные комоды обрушили хрупкое равновесие современного этапа экономического развития человечества. Ну, не в одиночку, конечно, а только и исключительно в непосредственной прочной связке с черным золотом.

Будущее пахнет нефтью. И комодами.

 

Походу все же пора (и надо!) начинать носить с собой в целях самооброны надежное сапожное шило или хотя бы мачете.

авторитеты

  Когда украинец умнеет - он становится русским.  (с)Лев Гумилев.

  Но верно и наоборот. (с) наша дорогая редакция

про танки

  Если броня вашего танка светится синим, то либо рядом орки, либо у вас броня с блютусом.

лингвистическое

  Методом нервного тика  узнал, что «Живанши» пиши через «жи» и «ши».

про Толстого. 

  Дневники - 1889 год, 14 ноября. Пошел работать и зашиб глаз

Кто берется за чтение автора-садиста вроде Набокова, должен иметь под рукой энциклопедии, словари и записные книжки, если желает понять хотя бы половину из того, о чем идет речь, - Пишет Карл Рэй Проффер в своем эссе "Ключи к Лолите". Прямо про нас пишет, старик. Нас тоже, чтобы понять, надо иногда со словарем читать. Но только не сегодня. Сегодня никаких словарей. Сегодня мы, после кизиловой et puis тутовой la vodka, сами себе энциклопедия русской жизни и словарь иностранных слов и новых включений. (C'est de la vodka pure!). 

 

Иными словами, по руське говоря, состояние ума и души эпические. Но именно в таком, эпическом состоянии,  всякий смелый и в меру интеллигентный человек, ведомый божественной силой и с верой в правое дело в сердце, может противостоять непобедимому гиганту утреннего постпраздничного похмелья. Похмелья сравнимого с послеродовой депрессией с одной стороны и с восстанием живых мертвецов - с другой. Все эти нечеловеческие стоны, жуткая паника и воздух, пропитанный абсолютным знанием что жизнь - боль, говно - случается, год закончился, а пиздец - нет, всем знакомы. А если не всем то хотя бы некоторым, то есть настоящим сталеварам. Потому что если ты не испытываешь его - ты стопудов не настоящий. Ведь укрощать ужасы и подчинять несчастья - удел великого мужа. Всегда быть счастливым и прожить жизнь без единой царапины на душе - значит не узнать ровно половину природы вещей. Такие великие мужи (как наша дорогая редакция) иногда радуются несчастию, как ленивые философы  - хорошей книге. Вот вы не помните, молодые еще, а мы часто вспоминаем, как во времена цезаря Тиберия рассказывали, как гладиатор-мирмиллон по имени Триумф жаловался, что редко устраиваются игры: "Лучшие годы пропадают напрасно!"

 

Но тут, прерывая плавное течение реки наших мыслей, из-за правой кулисы выходит Рахелюшка в угаритском прикиде с укокошником из розовых дедморозов на высоком челе и говорит, что у меня типичная испанская лихорадка. Что ты понимаешь в испанской лихорадке, очарование глаз моих, похожее на затерянный в пустыне жизни музей под открытым небом, куда не ведут тропы? Ведь под звучным названием испанской лихорадки у них в отдельной цивилизации подразумевается обыкновенное похмелье: серое, безрадостное и стабильное, как среднестатистический зимний российский пейзаж. Но мы с тобой  в провинции, у моря, снаружи, а не внутри. И у нас за окном крепкий, словно первак, южный ветер ставит на дыбы море, +12 в саду и розмарин покрылся сиреневым цветом - а значит по всем приметам пришла весна. Так давай же поднимем эти неглубокие чарки, скрин души моей, которая без тебя словно карта пустыни, выжженной солнцем забвения, где отмечены лишь колодцы с соленой водой разочарований, и пожелаем друг другу жизни и печалей, невинного смеха и беспричинных слез, безудержного веселья, легкого похмелья, вечного здоровья и безвременной кончины. С прошедшим! Миру муррр!!   

Новый год, новые надежды, новые собеседования, новые резюме.

Утром 2 января 2026 года наша дорогая редакция в качестве умственной физкультуры читала книгу ранних работ Иммануила Канта с большой пользой для себя. Мы наконец то нашли то, что давно искали. А именно - как правильно писать резюме при поступлении на вожделенную работу, чтобы вас стопудов взял. Эх, если бы раньше прочитал - былобы вообще заебись. Хотя и сейчас у нас всё не так уж хуёво, но ведь нет предела как совершенству так и несовершенству.

 

Вообщем вот вам новогодний лайфхак, если кто вздумает поменять говенную работу на кайфовую. Вот так надо писать о себе, чтобы потом форсить по жизни без траблов. Учитесь и запоминайте

 

ВСЕПОДДАННЕЙШЕЕ ПРОШЕНИЕ ФИЛОСОФА КАНТА ИМПЕРАТРИЦЕ ЕЛИСАВЕТЕ ПЕТРОВНЕ

Еммануэль Кант, магистр, всеподданнейше умоляет Ея Императорское Величество всемилостивейше назначить его на освободившееся место ординарнаго профессора по кафедре логики и метафизики в Кёнигсбергском университете.

 

Пресветлейшая, великодержавнейшая Императрица, Самодержица всея России, всемилостивейшая Императрица и великая жена!

 

Со смертью покойнаго доктора и профессора Кипсе кафедра ординарнаго профессора логики и метафизики в нашей Кёнигсбергской академии сделалась свободною. Эти обе науки были доселе предметом особенно внимательнаго изучения с моей стороны.

 

С тех пор, как я сделался доцентом в здешнем университете каждое полугодие я читал лекции по обеим этим наукам. Я написал по этим наукам две диссертации, кроме того старался представить некоторую пробу своих занятий в четырех статьях, напечатанных в Кёнигсбергской ученой газете, в трех программах и трех других философских трактатах.

 

Надежда, каковою я себя льщу быть назначенным на академическую службу по предмету сих наук, особенно же всемилостивейшее расположение вашего императорскаго величества оказывать наукам ваше высочайшее покровительство и снисходительное попечительство, побуждают меня всеподданнейше просить ваше императорское величество всемилостивейше соблаговолить благосклонно утвердить меня на вакантную кафедру ординарнаго профессора, так как я надеюсь, что академический Сенат в разсуждении требуемой на сей предмет способности будет сопровождать мое верноподданическое искание не неблагоприятными показаниями. Готов умереть в моей глубочайшей преданности вашего императорскаго величества наиверноподданнейший раб Еммануэль Кант.

 

Кёнигсберг, 14 Декабря 1758.

 

Миру мурр.

 

Наша дорогая редакция продолжает свои игры в литературу. Этот небольшой текст можно читать как кроссворд, и находить множественные скрытые цитаты, отсылки к другим текстам, авторам, сюжетам, альтернативным реальностям или воспринимать его как метатекст, восхищаясь собственной начитанностью и образованностью. А можно просто расслабиться и читать, удивляясь тому, как охуенно пишет ленивый автор. Ведь по настоящему правильно читать тексты можно только благодаря пластическому устройству мозга, а когда человек начинает читать, его мозг меняется постоянно, как физиологически, так и интеллектуально.

Текст типичный миддлрид. 

Минут на пять - семь жизни.

 

 

Наступило звонкое и прозрачное утро нового года. Юрий встретил его лежа на полатях, отвешенных под высоким стропильным потолком родительской избы..Полати были струганые, крепко сколоченные тесаными липовыми клиньями его дедом Святобеком. Дед устроил их в горнице, супротив бабьего кута.

Всякий раз, открывая  французский роман, сначала смотрю на фронтиспис ( страница с графическим изображением, составляющая разворот с лицевой страницей титула). На нем часто пишут имя автора книги на его родном языке, а иногда печатают его портрет. 

 

Нынче у нас на столе книга Мишеля Уэльбека "Возможность острова". Ну что тут скажешь? Красиво излагает старик. " Молодость, красота, сила: критерии у физической любви те же, что у нацизма."

 

Однако, сегодня мы пишем коротенько (в трех томах) и поэтому про эстетику и про особенности прозы автора ничего говорить не станем. Нынче мы про другое. нынче мы разглядываем фронтиспис. И вот какое у нашей дорогой редакции складывается впечатление, когда она смотрим на фронтиспис с французским именем автора этого несомненно прекрасного романа-эссе. Нам кажется, что французы тратят примерно пять лет жизни (а некоторые в нашей редакции считают, что шесть) на написание  - не побоимся этого слова - лишних букв в словах. Например - сморю на фронтиспис и вижу что фамилия писателя Мишеля Уэльбека пишется Houellebecq. 

 

Теперь сижу, переживая чувство ренессансного художника. Иными словами переживаю некую эстетическую незавершенность, non-finito. Я бы для красоты добавил еще парочку букв, ну скажем вот так: Michel Houellebecque

 

Миру муррр

 

Обыкновенно, когда наша дорогая редакция читает, то перед ней на столе лежит несколько открытых книг - три или четыре, еще одна обязательно открыта в ридере с кеглем покрупнее, чтобы можно было читать, когда мы снимаем очки и еще несколько закладок в ноутбуке. Читать одну книгу, как некоторые наши подросшие дети и некоторые люди, дорогой редакции кажется недостаточным. Книга, для нас, гостя планеты Земля, гостя временного и недолгого - единственный надежный друг и источник вдохновения. По нраву ли нам это или нет, но мы крепко-накрепко повязаны с ними.

 

Однако набор книг на столе всегда не случаен. К чтению мы относимся как к меню в дорогом мишленовском ресторане. Ничего стохастического, все продумано, красиво, предельно эстетизировано, дорого и богато. Там обычно хороший обед состоит из 10 - 12 блюд и мы у себя в редакции стараемся не отставать. Вот пример сегодняшнего воскресного меню. Первым блюдом с утра был старый, 1934 года издания, том ранних работ Иммануила Канта. Кант - что-то вроде кофе дл кофеманов или похмельного штофа для пьяницы. Потом некоторое время после чая мы провели с книгой Томаса Пинчера "Энтропия", затем поехали кататься и в машине слушали  блюдо дня - роман Олега Радзинского "Боги и лишние. Негероический эпос".

 

Говорят Олега с какого то перепуга объявили иноагентом. Схуяли? - Подумала наша дорогая редакция, когда узнала - Ведь он уже лет сорок живет  в Лондоне. Однако вопрос "Схуяли?" по отношению к нашей с вами действительности лишен какого-то бы ни было рационального содержания. Поэтому он так и и остался висеть в чистом, семантически беспонтовом пространстве резонов, пониманий и посылов, словно ёбаная иллокуция нуса, что бы это сейчас ни значило.

 

После Негероического эпоса мы даем себе передых и садимся расслабиться возле клавиатуры, сочинить чонить просто так не за деньги, а для души, поскольку с февраля 2022 года поток наших денежных публикаций резко пересох и наша дорогая редакция осталась без порток от Пепе Джинс и надежно пауперизировалась на раёне пушкинской сумы.

 

Выглядит наше словотворчество примерно так. Начитавшись вволю мы откладываем (но не закрываем) книги, пододвигаем к себе клавиатуру, параллельно разговаривая с кошкой сэром Энтони Хопкинсом и сочиняем в текстовом редакторе АкелПад самые разные истории и эссе про любовь и смысл жизни. Пишем, что приходит в голову. Цель нашей мемокогнитивной процедуры проста - так мы добиваемся, чтобы в мире было как можно больше текстов и любви и как можно меньше смысла.

 

Что за книгу будем читать дальше, вог  второй половине дня  - пока сказать не могу, боюсь сглазить. Автора зовут Карл Саган. Он клевый и у нас в ридере сразу три его тома на выбор. 

 

На коду про чтение могу сказать лишь одно. Читать книги - это как отращивать крылья. Отращивая их мы тем самым меняем свою судьбу. А ведь один такой крылатый парень с синусоидальной судьбой, оказавшись в не то время и в нетом месте может повернуть судьбу мира, переписать историю и изменить миллионы чужих жизней. И это регулярно случается, потому что жизнь непредсказуема. И, как думает наша дорогая редакция, если вдруг такое случится, то хуй с ней, со старой историей. Будет новая история - только лучше.

 

Миру мурр.

 

Вот погоды разные бывают, как сейчас в Крыму и студенты тоже разные. Когда я читал филсофию  в своем институте у меня в одной группе училась девушка, которая мне очень нравилась. Она была такая стройная, такая красивая, всегда модно одевалась, веселая, начитанная. Я ей зачет автоматом поставил зимой. А потом, спустя время, весна началась, конец марта, смотрим, а её на лекциях нет и на парах тоже. Оказывается, на неё надели наручники и арестовали. Она заказала убийство своей свекрови.