Однажды мужик влюбился в бабу в прекрасную деву. Мужика звали Василий, бабу - не помню. Ну.. может, тоже - Василий. Давно было.

 

Мужик, в силу генетически обусловленного извращенного рационализма, никак не решался признаться Василию в своих чувствах, всё ходил вокруг да около. А потом неожиданно решился. Сначала долго готовился, репетировал, что скажет, постился, молился, девин портрет целовал, работы Пабло Пикассо. Даже с газовой плитой разговаривал, рассказывал чодакак, пока не понял, что все время ждет, что плита ему ответит. И как в воду глядел, плита стала издавать все более и более разнообразные звуки, варьируя тональность и уровень громкости; казалось,что вот-вот заговорит. В сущности, она практически стала его сердечной подругой по любви к той самой прекрасной деве. И это триггернуло Василия в деле амура и стрел. Он решил, что полностью готов к подвигу. Газовую плиту на прощанье приобнял, оделся понарядней и пошел. Философски говоря, собрал всё свое мужество в кулачки, явился к ней с утра пораньше и прямо с порога, как только дева та дверь в свою квартиру приоткрыла, говорит ей: 

Проходит жизнь Василий: мы врозь с тобой живём, 

Нам никогда не суждено свиданье.

А потом добавил уже прозой, что жить не может без нее, что любит до усрачки, ночью бредит имя милое шепчет, в Ворлдкрафт не играет, эйсид-джаз не слушает, Акунина не читает, но осуждает, мангольд с утра не ест и на стихи.ру писать не может.

Во как пиздануло, беднягу. 

 

А она осмотрела его с головы до ног, словно вежливый старый полицейский, производящий жесткий арест, заценила, а потом молвит в ответ человечьим голосом:

- Полюблю я вас Василий, если к утру будут мне от вас конек-горбунок, цветик-семицветик и скатерть-самобранка.

 

Думает, что в сказку попала.

Оба идиоты, короче. 

 

Ну или я не понял и это она про секссувальные позы говорила из русской народной камасутры. Конек-горбунок, цветик-семицветик, скатерть-самобранка. Баба ведь....  Понять сложно.  Сплошной модернизм, упадок, декаданс и томление духа.   

 

Говорят, её потом инопланетяне на космический корабль украли, но это уже другая история.

Миру мурр

Когда я рассказываю истории, бывает, что преувеличиваю.  Но дело не в этом. Дело в том - насколько. И, порой, находятся среди наших 666-ти постоянных читателей подлые люди, которые смотрят на нашу дорогую редакцию иронично, с ленинским прищуром, как Сталин сквозь прицел тулки на 17 съезд ВКП(б): 

- Мол, слушайте слушайте, слушайте, да делите на десять!

 

И тем не менее расскажу. 

Обучаясь философии в Московском университете, одним морозным зимним вечером, часов в восемь, я вышел прогуляться по Воробьевым горам. Устал читать Канта и решил проветриться, подышать кусачим воздухом. Кукуха от философии слегка поехала. Гуляющих в столь поздний час было не много. Пожалуй, что кроме меня и моей кукухи никто и не гулял. Москва пугающе светила нам красными светящимися глазами кремлевских башен сквозь морозную дымку, вызывая какие то совсем нехорошие мысли про кремль и его обитателей. Я решил отвлечься от ужасов своего городка и глянул вниз, чтобы полюбоваться заснеженными берегом Москва-реки и мрачным колизеем Лужников на той стороне. Лужники выглядели невесело. Я перегнулся через высокий гранитный парапет в надежде увидеть что нибудь интересное на скользких, укатанных фанатичными лыжниками склонах. И не ошибся. Интересное нашлось. Оно было пьяным человеком на четвереньках у подножия. Да что человеком? Мужиком!!! Мужик тупо полз наверх по обледенелой, крутой дорожке. В обеих руках у него были большие кухонные ножи (И это меня не испугало и даже не насторожило.). 

 

Мужик сосредоточенно втыкал их перед собой в плотный, хорошо накатанный снег, чтобы не съехать вниз. Когда он наконец, окутанный клубами пара, дополз до вершины, т.е. практически до храма Животворящей Троицы на Воробьевых горах. то встал на колени, лицом к Москве, спиной к церкви, поднял к небу руки со сверкающими в тусклом свете фонарей клинками, словно он уже не мужик, а иудейский коганим и мощно завопил: 

"Ха-Ха-Ха!!! Эти ножи нам еще пригодятся!!!" (И меня опять ничего не испугало и даже не насторожило.).

 

Или вот другой случай, сам правда не присутствовал, но читал в мемуарах тех кто присутствовал. 

 

В 1916 году ирландские республиканцы коварно планировали воспользоваться участием Великобритании в Первой мировой войне и публично заняться сепаратизмом. Случилось это на пасху. 

 

Прямо в праздник они провозгласили ДНР независимую Ирландскую Республику, покончив с гегемонией британцев на острове. Так называемое «Пасхальное восстание» продлилось шесть дней до пятницы, а в субботу накрылось медным тазом закончилось поражением ирландцев. Руководители восстания были расстреляны. 

 

Боевые действия всю неделю происходили и в центральном парке Дублина- любимом месте отдыха ирландцев. В середине парка было небольшое, неправильной формы озеро с плавучим домиком для уток. "Домик для уточки", так любовно  называли его дублинцы.  Каждый день мятежники, террористы и сепаратисты (они же борцы за Свободу, Демократию, Независимость) и правительственные войска (они же каратели, палачи и убийцы) устраивали перемирие и ровно на час, прекращали стрелять, любить и ненавидеть друг друга, чтобы смотритель парка имел возможность покормить птиц.                                                                                               

Я пуд соли и шесть собак съел на таких историях.

Миру мурр.

В общем, проспал я сегодня чуть меньше трех часов, хотя люблю, когда десять. Например, когда десять миллионов долларов очень люблю. В отличие от одного там Игоря, который любит, когда два, но каждый день.

 

За окнами спешило на работу общество спектакля, которое некоторые зовут родиной. Родина меня не любит, пытает работой и заседаниями кафедры, но я не поддаюсь. В ее нелюбви банальность господствует над изысканностью, а такое ни один ленивый философ в расцвете ума не выдержит. Или сольётся или сопьётся. Я вовремя сделал и то и другое сразу. И теперь на всю катушку псевдонаслаждаюсь псевдореальностью, данной нам в постощущениях и существующей независимо от нашего неосознания.

 

Но тем не менее завтрак по расписанию. Я угостил себя сыром с чаем Шен и постоял на голове. (Возможно, что последовательность была другой, сейчас уже не вспомню.) Все, как в фильме ужасов - тяжелое дыхание, пугающе гладкая кожа, выпученные глаза, небритая грудь и нежный пушок на ягодицах. И тут смска от супер-Васечки мне тренькнула, "Я уехала в Москву. Тёма по мне сильно заскучал". И мне стало понятно, что в 11 часов Вася кофе пить не придёт.. 

 

Так у меня образовалось лишних 75 минут.

 

Вот что бы вы сделали с обозначенной кучей свободного времени? Спать бы легли после всего, что было на 75 минут? Такой изврат даже мне не по мне, хотя в жизни бывало всякое. Да, бывало всякое. Дааа.  Бываааало! Надо сожрать манго лимон, чтоб не палить свою довольную морду. Или даже дваа. Даааа!!! 

 

И я придумал себе вариант философский, эпикурейский, который показался мне полегче, а значит поправильней. Имеющий глаза да читает! Я лёг навзничь на диван и приложил к векам пропитанные розовой кашанской водой ватки.  Розовая вода это круто, она моя лучшая подруга. Уж извините, если для кого это удар.

 

Вы такие страшные в зеркале как раз потому, что не пользуетесь розовой водой как я.

 

Тут же сверху на меня прыгнул мой кот Хопкинс, прямо на тот желудок, где во мне уже лежали утренние сыр и чай Шен. Хопкинс принялся по-кошачьи поскрипывать и тарахтеть. Он весь распушился, как в кино про открытый космос и принюхался. После чего свернулся клубком и стал спать. Лежать мне предстояло долго, поэтому я начал думать про Васю в контексте её жопы.

 

На прекрасной деве с такой задницей, как у неё, я бы не колеблясь женился, по-меньшей мере, месяцев на шесть. Правда, её жопа уже и так пристроена, и мой друг Тёма за ней хорошо присматривает, поэтому мне осталось только восхищенно ахать и глотать слюни. И вообще, когда я про такое пишу, у меня закипает тосол в мозгах и нагревается клавиатура. 

 

Так или иначе через семьдесят минут я очнулся. 

 

Встал как есть, босой и в сексуальной майке-алкоголичке длиной примерно по пизду по testiculus. Но это все пустяки, когда нет рядом девы с такой шикарной кормой, как у Васи.

 

Но! с другой стороны у меня же есть лучшая подруга - розовая вода, помните? 

Кто не помнит см. выше. Так вот, мои большие печальные глаза с момента первого просыпания были категорически против. Против света. Против всего света. Они ломили, щипали, кололи и жгли. Кстати, все эти святые пушкинские глаголы применимы к жопе, правда? Ну, кроме глагола "жгли". Но я и не про жопу здесь рассуждаю. И не про минет. Это когда вообще было, чтобы я про это вот всё рассуждал? Да никогда!

 

А тем временем наши прекрасные глаза, которые отказывались смотреть на все (кроме одной там Васи и её жопы), после розовой воды они стали

Что-то не припомню во всемирной истории случая, чтобы хоть кто-то проснулся в четыре утра, скушал творожок, выпил кофе, а потом голосом Левитана во всеуслышание объявил по телевизору: 

"Сегодня мы, повинуясь нашей природной злобе и жадности, вероломно напали на наших ни в чем не повинных беззащитных соседей, чтобы жечь их города и сёла, грабить, насиловать и убивать мирных жителей. Ну вот такие уж мы блядские упыри, ничего с собой поделать не можем".

 

Никто никогда не подавляет демократические восстания и народные выступления - все вокруг борются с бандитами, террористами и сепаратистами, наводят конституционный порядок, защищают угнетенных, спасают детей, восстанавливают территориальную целостность..

 

Бандитов, террористов и сепаратистов, впрочем, тоже не существует - есть борцы за Свободу, Демократию и Идею. 

 

И такой ёбаный пиздец на каждой странице.

 

Миру мурр.

Как правило у обыкновенного глубинного гражданина ощущение довольства и счастья связано с достижением какой-то цели (с движняком) - деньги, отпуск, пенсия, орешник, кругосветное путешествия на дачу, гаражный экстрим, шопинг в Пятерочке, успеть реализоваться и победить в забеге лузеров, помним-любим-скорбим

 

А обычное существование принято считать серым и скучным.

Это потому, что всякой такой псевдо-жизни требуется некое свое псевдо-оправдание

 

Между тем, читая Чжуань Цзы или другие китайские книги в переводе В.В. Малявина, понимаешь, что и довольство и счастье простого человека - это не фича а баг. Слишком сильно напоминают нервическую суету. Подобные траблы, выводят человека из состояния покоя, в котором можно быть счастливым и просто так, то есть даром, без орешника, гаража и экстрима

 

Счастье - это нормальное биологическое состояние жизни (посмотрите на котиков), а не редкие секунды блаженства после покорения очередной зияющей вершины с чеком из Пятерочки в зубах. А секрет его в том, что никому ничего и не нужно делать. От слова "совсем". Как только вы\ты это понимаешь, у тебя сразу же появляется масса интересных, увлекательных поводов обрести счастье и перестать паниковать. Иногда даже больше, чем ты можешь справиться...

 

Когда-то очень давно, будучи негром преклонных годов пубертатным подростком пятнадцати лет, пропалывая под палящим солнцем картошку я это очень хорошо понял. И как понял - тут же просветлился, обрёл счастье и перестал паниковать. Второй раз просветление настигло меня, когда я читал философию студентам консерватории и, параллельно практиковал частные уроки по истории, которые я давал в надежде улучшить свое материальное положение. Они довольно быстро убедили меня, что передача знаний чаще всего невозможна, разнородность умов бесконечна, а также что ничто не может не только устранить это глубинное неравенство, но даже, на худой конец, хоть как-то сгладить его. Потому что всё суета и томление духа.

В итоге докладываю по пунктам: 

 

1. До просветления я читал книги и не ходил на работу.

2. После просветления я читаю книги и не хожу на работу.

 

Миру мурр, котики.

 

Наша дорогая редакция по утрам обыкновенно бывает внезапная, тревожная и порывистая. Таков наш утренний вайб. 

 

Вот и сейчас, она неожиданно отложила в сторону книгу Мишеля Уэльбека "Покорность", которую всё утро пыталась начать читать, порывисто встала, потом села у окна и принялась смотреть как за ним, чуть ниже, от берега и до горизонта невидимка-хокусай рисует по неспокойному морю серо-серые барашки, а упёртый борей гоняет их туда сюда, словно молодая бестолковая овчарка стадо мериносов. Но вид зимнего пейзажа не успокоил нас, а наоборот добавил тревожности. 

 

А ведь на прошлой неделе наш домашний доктор подарил мне таблетки для её снижения. Там настолько припизнутый режим приема, что с ума сойти легко даже таким стойким оловянным солдатикам как мы. Три раза в день за пол часа до весны до еды. Теперь я все время тревожусь о том, чтоб принять их вовремя. О чем тревожился раньше - совершенно не помню. Забыл. Зато сейчас, когда посмотрел в окошко вспомнил. Вспомнил о чем тревожился вчера и вообще - по жизни. И невольно задумался, предаваясь воспоминаниям. Ведь чем шире у нас кругозор, тем больше у нас полок с непрочитанными книгами.

 

А вспомнилось мне сразу как в возрасте около года с чем-то на прогулке по двору нашего дома я был укушен за голову вампиром немецкою овчаркой Рексом. Не то чтоб сильно. Как рассказывала потом моя бабушка Анастасия Ивановна, собачка просто подошла ко мне и немножко прижевала

 

Спустя некоторое время, в возрасте 9 лет при сборе дикой ежевики неподалёку от аула Караузек, на островах в дельте Волги меня в правую щеку ужалила оса. К вящей радости бабушки и двоюродного брата Витьки, я уже умел читать по слогам и по счастливому стечению обстоятельств изучал мудрую книгу "Полезные советы на все случаи жизни". Более или менее успешно я опробовал на себе многочисленные полезные рекомендации из раздела "Укусы".  

Помогли водочные примочки.

 

Когда мне исполнилось 27 лет по пути в Суздаль, я сделал остановку, чтобы насобирать земляники на опушке леса. Я был в шортах, и меня укусил клещ. Прямо в хуй.

Хорошо, что рядом была попутчица - прекрасная дева-искусствовед, которую звали Оля. После осторожных, но очень профессиональных манипуляций с укушенным местом, Оля маникюрным пинцетом извлекла клеща и сожгла его на спичке. Клещ надулся и лопнул, испустив аромат жареного рыбьего пузыря 

 

Чем дальше я живу, тем больше понимаю, что, собственно, рассказывая о себе, я вполне могу ограничиться этими тремя фактами.

 

Иногда я в качестве воспитательной меры кусаю в загривок своего кота, которого зовут сэр Энтони Хопкинс. Но это уже мелкая подробность.

 

Сейчас Хопкинс уютно спит на подоконнике, прямо передо мной, скрашивая своим сонным присутствием этот унылый февральский пейзаж за стеклом.

Миру мурр. 

 

Льюис Кэрролл тоже бывал в России. Как и наша дорогая редакция. В отличие от путешествующего сэра Льюиса мы здесь бывали не как турист, а проездом. Поэтому иногда с трудом можем понять, что автор имел в виду, когда написал в путевую тетрадку - Если не знаешь что сказать, говори по французски. Он, пока ездил по империи, вел дневник русского путешественника, откуда мы узнали много чего интересного про сэра Льюиса и про страну, которую он решил посетить. А ещё мы читали в его биографии, что сэр Льюис собрался в Россию весьма неожиданно, от нечего делать. Устал бездельничать. Сидеть без дела, сами знаете, дело нелегкое. Вот и наш сэр Льюис начитался маркиза де Сада де Кюстина про Россию и поехал наслаждаться, в надежде встретить здесь кого-нибудь разумного. Встретил или нет - нам сие неизвестно. История литературы об этом умалчивает.

 

Зато наша дорогая редакция доподлинно выяснила, что по дороге из Петербурга в Москву где-то на раёне Бологое он услышал и записал чудное русское слово "защищающихся". И пометил у себя в дневнике его значение - thоsе whо рrоtесt thеmsеlvеs. Кэролл записал это слово транслитом или если быть совсем точным - английскими буквами. 

 

С тех самых пор и по наше время вид этого слова вызывает оторопь и ужас не только у проклятых англосаксов, но и у нашей дорогой редакции тоже…

zаshtshееshtshауоуshtshееkhsуа.

 

Месяцем или двумя позже, когда сэр Льюис вернулся домой, он не стал рассказывать каждому встречному поперечному про чудесную страну, где слова выглядят как хуйзнаитчто. Нет. Первое что он сделал, когда вернулся, это положил перед собою на стол стопку писчей бумаги, наточил перья, накрутил на бигуди волосы, попил чаю, погладил котика и по свежим впечатлениям от увиденного и пережитого в России сочинил продолжение своей "Алисы в стране чудес" - "Алису в зазеркалье". 

У Шолом-Алейхема была классификация дураков: есть зимние дураки 

- когда человек входит, снимает шапку, шарф, шубу, галоши... и только тогда видно, что он дурак. И есть летние дураки - это когда человек входит и сразу все видно. 

 

Неясно только почему писатель в своей классификации ни словом не обмолвился о весенних и осенних дураках. Сейчас февраль, самый конец зимы и скоро весна, по Шолом-Алейхему высокий сезон и потому на сердце тревожно.  Ведь дурак он и весной дурак.

 

Правда некий авторитетный анонимус подсказал нашей дорогой редакции, что весенний дурак - это помесь зимнего дурака и мудака. Также как и осенний дурак. Подобный человекообразный гибрид эстеты называют мудилами. А иногда, в особенных случаях, мудилами из Нижнего Тагила. В глубинном народе их зовут "хороший парень". А в особо торжественных случаях пишут на траурной ленте, опоясывающей профсоюзный венок - "порядочный человек". Но смысл повсюду один и тот же. Поэтому бояться вроде бы нечего, а тревожные мысли можно положить на полку до лета, когда весенняя  ситуация окончательно прояснится..

 

И в целом всё вроде бы логично: дураки дружат с дураками, мудаки знакомы с мудаками, поскольку согласно Эмпедоклу подобное познается подобным. Мудаки живут и трудятся по мудацким принципам, дураки по дурацким, поэтому ничто не мешает им время от времени спариваться и, размножаясь, дополнять друг друга, доводя свои сильные стороны до ослепительного совершенства весенних и осенних мудил. 

 

 

И, возможно, моя оригинальная мысль насчет весенних и осенних дураков неверная. Будь она верной, она уже давно пришла бы кому-нибудь в голову. И телевизор донёс бы новость до каждой кухни и до каждого гаража. К тому же с начала зимы и по сию пору я по горло сыт одушевленными предметами, такими как собаки, люди, овечки и сойки, которые крадут мой миндаль - всеми этими мыслящими, самопроизвольно шевелящимися мягкими массами.

 

А мир, который существует независимо от нашего сознания? Ну что мир? Он только потому не меняется до неузнаваемости за одну ночь, что ему лень. Но сегодня с утра у него был такой вид, словно он хочет стать другим. А в этом случае сегодня может случиться все, решительно все.

Остерегайтесь Миру мурр

 

         Доброй памяти моего учителя Мераба М.

Я сомневаюсь, следовательно я мыслю. Я мыслю, стало быть, существую. Я существую, потому что мыслю. Зачем мыслю - не знаю. Скорее всего для того, чтобы существовать. Декарт сказал Cogito ergo sum (Когито ерго сум), и у нас нет причин ему не доверять. 

 

А вот если я не хочу мыслить и не мыслю, но существую, значит я существую, потому что не мыслю? Или у нас опять рaradox ebozus (парадокс ебозус) в голове?  Интересно, что поэтому поводу говорят простые глубинные люди? Они такие странные в последнее время. Вероятно потому, что никогда не копали картошку под Рамштайн, под Slipknot или под Кинг Кримзон. Это по ним очень хорошо видно. Особенно по счастливым лицам, нитевидным лбами и светящимся в темноте глазам. И тем не менее всегда любопытно послушать, что другие говорят о нашей дорогой редакции, особенно когда они не осознают нашего присутствия. При этом остается шанс самому потерять уверенность в собственном существовании. Но нам пох и в нашем "пох" есть своя неизбывная когнитивная прелесть.

 

Или вот ещё вопрос (?): 

у меня самого никаких неприятностей, всё дики-пики - я богат как рантье, 

начальства у меня нет, жен, родственников и детей тоже. Единственный наш проёб - это то, что я родился в отдельной цивилизации, а не в нормальной - и здесь кроется главная неприятность. Но неприятность столь расплывчатая, столь метафизически отвлеченная, что я ее даже не стыжусь. Точнее стыжусь, но вида не показываю. А если и показываю, то не всем. Отдельную цивилизацию можно без труда игнорировать если ты, например, в библиотеке книги читаешь или валяешься на нудистском пляже, рядом голые девы суетятся, а ты лежишь на спине с распахнутыми для объятий руками и смотришь как плывут по небу белогривые лошадки, похожие на котиков.

 

Иными словами комплексы - это, конечно, прекрасно, но когда-то надо же от них избавляться. Или не надо?

 

Ведь в человеке всё должно быть прекрасно и пищевод, и печень, и череп, и комплексы, и прямая кишка и ботинки и труселя. И даже сантехника в доме. Случается, что она выходит из строя. Такая ебня с кем хочешь может произойти. Наша дорогая редакция с  возрастом поняла, что философия Ницше становится нам ближе, когда кран начинает стучать или соединения плохо сделали и подтекает. Видимо они взаимосвязаны - Ницше, рождение трагедии из духа музыки и когда со сливом проблемы. А вот Декарта мы лучше понимаем зимой. Летом мы обычно переселяемся на нудик в Лисьей бухте, где с мая по сентябрь живем нагишом в палатке, а вот зимой, как только возвращаемся на зимние квартиры, едва отряхнув серебристый бобровый воротник от морозной пыли, сразу же, с порога кричим дворецкому:

- Степашка, а ну ка подай сюда Декарта, да поживей, каналья, и водки не забудь, а то прикажу на конюшню сослать.

 

Или вот еще картезианская тема. Многие годы я не понимал, как можно даже в принципе слушать "Гражданскую оборону" и уж совершенно точно не понимал - как такое вообще кому то может нравится. А вот три года назад понял. Оказывается, для того чтобы она начала нравится, всё вокруг должно стать беспросветно хуёвым. 

 

Здесь, в Крыму, уже отцветают январские подснежники, пока суровые первоцветы готовят бутоны к большому ароматному взрыву, а вокруг, сразу за городом и дальше расползаются в разные стороны по склонам невысоких предгорий виноградники-вангоги. Их узорчатые, хитро устроенные отряды, лениво маршируют кто куда - какие, вдоль Симферопольского шоссе, в Старый Крым, какие в Коктебель, а есть и такие что добираются до Щебетовки и Герценберга. Исключительно ради нашего восхищения, дабы ошеломить на выезде наш взыскательный вкус к прекрасному и умножить зрение еще на девять пар глаз, необходимых для проникновения в совершенство подвижного пейзажа.

 

Я сказал: виноград, как старинная битва, живет,

Где курчавые всадники бьются в кудрявом порядке:

В каменистой Тавриде наука Эллады — и вот

Золотых десятин благородные, ржавые грядки.

 

А не много ли вам глаз, господин аргус? - спрашивают самые любопытные. Нет, не много, отвечаем мы скромно потупив свой неотразимый двадцатистраничный взгляд. Нам их ровно столько надо, чтобы по достоинству оценить гармонию умбры, кадмия и белил - этой благородной триады демосезонного времени нашей протяжной и спокойной как голос армянского дудука, ранней коктебельской весны.

 

И хоть в округе по прежнему одни долбоёбы и временами прибой достаёт до маяка, и по утром всё ещё подмораживает, а ты? - ты за тысячу миль отсюда, но две чистых чашки всегда на моём столе.

Если после пяти часов, ближе к вечеру выйти на пустой перрон феодосийского вокзала, аккуратно прислониться к столбу номер 16, вынуть из задницы шило и перестать вертеться, то можно увидеть как слева сияют в отраженных огнях заросшие февральской зеленью рельсы для, как вы говорите, железной шейтан-арбы, которая непременно явится сюда исторгая дым и пламя, согласно установленному расписанию ровно в полночь, когда справа над ней будет висеть круглая, большая, похожая на белую черепаху, веселая луна. 

 

А если таки, осторожно прижимаясь спиной к холодному бетону, сползти чуть правее цифры 16, так, чтобы она читалась не по центру головы, над макушкой, а наискосок и субъективно выше над левым плечом и оказаться на корточках, то увидишь как с асфальта к рельсам начинают вытекать черные тени, и все вместе - призрачная шейтан-арба, черепаха, числа, тени и рельсы - образуют циферблат часов, которые два раза в сутки показывают академически точное время.  

 

И если вам всё ещё трудно меня понять, то спешу успокоить. Это нормально сначала. А потом привыкаешь. Ко всему можно привыкнуть. Ведь люди живут, но друг друга не видят, а иногда вообще презирают, потому что они люди, а не котики и не собачки. Ходят бок о бок, как бараны в стаде; в лучшем случае бутылку вместе разопьют, а в худшем обнулят или стуканут ментам по доброй русской традиции и поминай как звали. Такшьт, может и хорошо, что трудно понять. Может так оно и лучше. Меньше понимаешь - лучше спишь..

Миру мурр.

Диалог в одном карантине без антракта

- Ну что Авель Германович, может без анестезии будем делать? Как, потерпите?

- Вы что, Василиса Адольфовна, опять шутите? Как по мне, то сие заманчивое предложение не лойс, а зашквар.

- Ах как жалко! А ведь многие наши пациенты сами просят юзать рот без укола. Они очень любят боль. Кричат, корчатся, но потом возвращаются к нам снова. С необыкновенно похорошевшими, светлыми глазами. Ведь кто позволяет себя хлестать, тот заслуживает, чтобы его хлестали. Не правда ли, Авель Германович?

- Василиса Адольфовна, вокруг меня всякое происходит, а я об этом и не думаю. У меня очень маленькая голова. Не голова, а какой то миниатюрный хрустальный сосуд. И в ней так много говна, что одной говносоской обойтись не получится. Не вывезешь. Даже представить сложно, что было бы если бы я был макроцефал.

- Ах, Авель Германович, все мы делаем глупости, чего там. Но иногда случается, что мы вдруг перестаем дурить. Тогда мы трубим в трубы, хвалимся собой так, что властям тошно, и начисто забываем все глупости, которые успели натворить. Я не настаиваю, я лишь живописую. Да и вообще, представьте только, вам потом часа три с деревянной щекой ходить.  Кошмар. А так никакого онемения, чисто невыносимая боль, страдание, наслаждение и эстетика.

- Василиса Адольфовна, какие у вас дивные, необыкновенные глаза. Колите двойную дозу. Спасибо и миру мурр вам.

- И вам, Авель Германович, наш земной аллах акбар. Все будет сделано в лучшем виде. (Берет в руки двойной шприц и литровую банку наркоза и начинает наполнять шприц лекарством.)

                                                         

                                                                     Занавес

 

На набережной неподалёку от вокзала, у самого синего моря, за переездом невыносимо упоительно пахнет шаурмой. За этот запах можно и украсть, и жену ближнего и кумира, забыть день субботний, произнести всуе и трахнуть всё стадо. Потому что бонг бог простит.

 

Вообще, надо всегда помнить: любая еда лучше слов. Еда вообще лучше всего. Я от неё тупею. Особенно от вкусной. Ведь вкусная еда никогда не откладывает лишних килограммов на жопе. Всё идет в дело - в мышцы, в бицепсы, в трапеции и в двуглавые мышцы плеча. (О сиськах молчу. Дикие люди этот ваш глубинный народ.) Поэтому если вам пообещали вручить в день всемирной гойды звезду героя на шею и алмазный бант в косу, то пусть перед этим принесут шаурму из ларька. И только после шаурмы можно описывать наши несомненные заслуги и подвиги, включая изжогу, которая появляется сразу, стоит только откусить и съесть первый кусок.

 

Но сегодня я не по шаурме, а по капусте гарбюр, пюре и ленивым вареникам, которые раньше в Киеве на Кудрявском узвизе готовили рулетиками, типо как крутэники с цукатами, взбитыми сливками и вишнёвым вареньем. Однако наши не с вышеперечисленным великолепием, а попроще - с мясным фаршем из маринованной в чесноке конины и мелко порубленного сала со специями. 

 

Других новостей на сегодня у меня нет, пусть даже для людей определенного культурного уровня отсутствие новостей - неминуемо плохая новость.

Приятного аппетита и миру мурр всем.

Поскольку наша дорогая редакция любит философствовать, то следует предположить, что она априори умный, чрезвычайно начитанный, интересный человек и пароход. И вы не ошиблись в своих предположениях. Я действительно безудержно читаю книги и поэтому, в отличие остальных, точно знаю, что говно случается, что наш мир полон опасных тварей, но ни одна из них не сравнится со съехавшим с катушек и утратившим здравомыслие юристом, что бога нет, что баба не человек и что никакая дева не даст мужику, который бы сам себе не дал, а  интеграл - это сумма бесконечного количества умножений, проведённых с бесконечно малыми слагаемыми. 

 

Таков наш бесспорный талант. Все читать и запоминать. Я им наслаждаюсь. Талант очень приятная вещь. Всеобщее признание, обожание, а повезет - так еще и разбогатеешь как некоторые учителя танцев. От женщин отбоя нет. Представляете, насколько это приятно. Но талант также предельное напряжение как тела, так и головы, только в этом случае он и пригождается. А если без напряжения, без интеллектуального стояка, без большого и твердого ума - любой талант - даже семи пядей во лбу - растает, как синий туман.

 

Но вернемся к книжной полке. Там же из книг, напрягая свой талант, я узнал, что некоторые прекрасные девы не так уж и прекрасны, а некоторые из них дуры, которые не умеют общаться с техникой. Им нужна постоянная помощь, подсказка куда щелкать тумблером, а также доброе слово и регулярное трехразовое питание.

 

И теперь, поделюсь, поскольку вокруг все свои, скрывать нечего, садитесь поближе, расскажу как все было и почему книга нам друг, товарищ и брат.

 

Однажды, почти два года своей непростой, полной библиотек, рукописей и секса жизни, я провел с нервной блондинкой, неземной красоты, и это сказалось на наших инженерных талантах. С тех пор умею резво починить лифчик для мощных силиконовых сисек с помощью обычных канцелярских скрепок - а это вам не жук чихнул. Так что, к сведению технических людей, свою посильную лепту в дело научного прогресса я внес.

 

Кроме того, с тех же самых пор, я искренне беспокоюсь, что убрали большое колесо из Парка Культуры и Горького. Моя прекрасная блондинка по этому поводу сильно переживала и волновалась (а я страдал) и эти переживание и взволнованность передались мне половым путем.

 

Теперь, пусть мы давно не вместе я, как и она, регулярно размышляю о том, что к моменту, когда нашу планету захватят гигантские межгалактические белки, а белки как известно, помимо прочего - мохнатое золото России, - колесо может очень даже пригодиться.

Опрометчивая, неосмотрительная, недальновидная власть.  

Трубы, ветер, депутаты.

 

...Вощем, девы и джентльмены, читайте книги, спорьте, думайте. Во первых - полезно, а во вторых сильно отвлекает от этого вот всего снаружи.

Миру мурр

По всем радио музыка для вечноживущих, в магазинах одежда для бессмертных, на столбах услуги для пребывающих и негасимых, на полках книги для всегда живых, в аптеке таблетки бессмертия, спроси у провизора.

 

Асфальты на тысячелетия, душа - золото, стены - чугун, эрекция - ауф, звёзды - мыслящий огонь. А женщины? Ну что женщины. Они стареют сначала внутри, в душе и только потом снаружи и поддерживает их рука, к ним не протянутая.

Я, собственно, не в претензии. 

Я тоже скидывался на Вавилон.

И я в своей Х эре.  

Как и все вы - тело отдельно, мысли отдельно, метафоры - пополам. А письма - всего лишь воображаемая бумага. Жги их, не жги, обнуляй не обнуляй, чекай не чекай, что должно остаться - останется, что нет - то нет. 

 

Жалко только, сюда ничего не пишу. Не то чтоб нечего, а не знаю, с чего начать. За всё, что не сочиню как-то неудобно и стыдно. А то, что по правде искрит в голове - слов не просит.

Миру мурр..

Братие и сестры, аз есмь, туды ее в качель. Надо обсудить, сиречь, перетереть! Американцы научили всех ходить в кино и делать из кукурузы попкорн. Они сухую кукурузу нагревают, кукурузу от жары выворачивает наизнанку и это едят пока смотрят фильм, запивая пепсиколой. 

 

Из риса тоже делают попкорн. То есть, попрайс. Визуально количество райса увеличивается раз в шесть. Из средней пиалы сухого продукта получается большая кастрюля рисовых хлопьев. И это тоже едят, запивая тегуанинем  

 

Не знаю как насчет кино и тегуаниня у вас в Китае, а вот наша дорогая редакция попрайс ела на Тверском бульваре в новом МХАТе, во время летних гастролей Пекинской оперы. Во время Чеховского фестиваля. Давали "Прощай моя наложница", в которой звучит знаменитая ария Гайси. Все роли, включая женские, как всегда исполняли мужчины, поэтому никакого бабьего головняка на сцене не наблюдалось. Спасибо Славе Полунину, организовавшему приезд пекинской труппы в Москву, за крутой подгон. В фойе театра до кучи продавали сок и газировку. А коньяк мы сами во фляжках принесли. Мы смотрели тире слушали оперу, читали бегущую строку субтитров над сценой, пили что Конфуций послал и ели воздушный райс и нам было жарко, потно, липко и хорошо...Чего и вам всегда желаю. Вот. Позади нас, словно облако в штанах, сидел Тонино Гуэрра с женой Лорой. Они тоже по очереди что-то прихлебывали из пластиковой фляжки, восхищенно шуршали райсом и я ощущал спиной и затылком, что им тоже хорошо, потно и липко.

 

Тогда же, впервые в жизни после всего выпитого, увиденного и услышанного, то есть глубокой июльской ночью уже, по окончании оперы, которая шла 5 с половиной часов с двумя антрактами, а также после воздушного райса и литра коньяка с газировкой на троих я катался (точнее меня возили) на супермаркетной тачке по пустынному дежурному супермаркету на Садовом.

Давно мечтал и вот. 

Сбылось..

 

И ещё тогда же в опере я обратил внимание, что вкус холодного и тёплого коньяка очень сильно отличается, равно как вкус тёплой водки от холодной.

 

А почему вот из гречки никто не додумался делать воздушную гречку, или как его, попгречь? Ы? 

 

А может пробовали? Я думаю, в опере с коньяком это дело прокатило бы лучше кукурузы или райса. И в кинозале выглядело бы этнично так, да и в театрах больших и малых тоже. Национальный продукт. Не смотря на то, что её родина  Северная Индия, точнее отроги Гималаев, где её называют чёрным рисом. К тому же в гречке до фига железа. То есть она полезней, значит. 

Почему не делают? Я гречку, например, очень люблю. Особенно заправленную пряженным в сливочном масле луком, сваренным вкрутую яйцом и с белыми грибами.

Я бы ел. 

В этом месте можно поздравить меня с прошедшим днем ученого работника России и Всемирным днем борьбы с артритом и пожелать чего-то, что у меня нет. Замечу также на полях, что жить в эпоху распада хоть и приятно, но небезопасно, поскольку для процветания страны недостаточно иметь в её бездонном чреве всю таблицу Менделеева. Необходимо еще хотя бы одного Менделеева заиметь. А с этим в стране проблемы. Долбоёбы плодятся и размножаются по писанию, а вот умные люди разбежались. Умным здесь быть опасно. Чтобы быть умным в России. нужно уметь скрывать свои мысли. Никто ни о чем не говорит, но все всё знают. Страх повсюду производит одно и то же благо - тишину. Но без спокойствия. Поэтому в своих поздравлениях по поводу прошедшего Дня российской науки буду предельно кратким. Помянем. Не чокаясь.

 

Но от пожеланий, поздравлений и поцелуев с языком уклоняться не собираюсь. Желайте, целуйте, дарите деньги.

 

Впрочем, мозги и сиськи и пенис в моем возрасте уже не растут. Желать бесполезно. А инопланетяне забрать меня к своим никак не соберутся. Поэтому продолжаю читать журналы "Максим", "Караван истории" и "Лиза", которые они издают на Марсе в поисках кодового сообщения из трех непечатных символов о месте встречи и точке эвакуации..

 

А еще я до сих пор не разу не мастурбировал на фотографию матери Терезы Карлы Софии, не могу завтракать и пить чай по утрам один, и красиво красить губы яркой помадой.

Но это лирика.

Обещаю, сегодня больше глупостей не будет.

Миру мурр!

 

Онегин, я тогда моложе и лучше какчеством была!

Пипетища

Как так произошло, что мы, независимо от нашего возраста, взяли и выросли из всего, чем были, и, минуя остановки, постарели для остального. Особенно прекрасные девы, из тех что были так восхитительно красивы, а спустя некоторое время испортились. Оказывается, что девочки взрослеют быстрее чем мальчики, потому и портятся быстрее. Этим хотя бы объясняется то, что всё, что предлагается нам, разочарованным ангелам эпохи инстаграма, тик-тока и гаджетов , совершенно неприменимо и неинтересно. Благо, дом мой, хоть и не высок, но стоит на горе, прохожие и собаки дружелюбные, остальные животные упругие, плюшевые и занимательные, особенно те, что похожи издали на мух, или же сфотографированы зеркальным фотоаппаратом Canon EOS 1100D. Природа разнообразная, архитектура довоенная, дороги и дураки в ассортименте. А под рукой в изобилии айпадики, смартфоны, гаджеты, языковые модели, лучи смерти и прочие электромагнитные дивайсы, снаряженные секретными месседжерами и криптотранскодерами для надлежащей записи луков, чекинов, имейлов, лойсов, экаунтов и лайков.

 

И, учитывая среднюю скорость нашего голубого звездолета, возможность сидеть на диване и смотреть в иллюминатор на подернутые изумрудным пушком, мокрые деревья, на море, синеющее сквозь арматуру веток, и догадываться о его близком шуме - это барство, роскошь и царский подгон.

Чего и вам желаю.

Миру мурр.

Во время последней поездки домой, в город Москву, мною отмечены резко участившиеся предложения группового секса. Три за одни сутки - даже для меня как-то слишком. Может, по ихнему телеку президент уже передал новый указ, запрещающий ебстись по двое? Или люди боятся в одиночку брать на себя ответственность за содеянное?

 

Я тот телек давно не слушаю, на их языке не говорю, поэтому не в курсах. Многие люди по привычке еще говорят вчерашними словами. Но смысл этих слов меняется в лучах нового солнца, требуя новых определений. Язык не может изображать то, что само отражается в языке. Мы не можем выразить языком то, что само выражается в языке. Вот и у меня в живой русской речи первая половина слов - это абилка, кринж, заскамить мамонта, гэтсбинг, на минималках, бархатные тяги, гилти плэжа, мутки, хорни и масик, а вторая - зело, с божьей помощью, сиречь, матушка, не еби мозги, амбар, блин не клин - брюхо не расколет, изыди сатано и тобишь. Но такая шизоидная билингва резко сокращает половую активность. Зато возрастает тяга к платоническому общению. А оно, как мы уже говорили выше, одинакового с сексом происхождения. Но это ничего не значит, когда ты в хлам и тебе похуй. 

 

Хотя все, наверное, проще: москвичи сбиваются в стаи, чтобы не было страшно и тупо ебутся там, где есть что выпить и закусить.

Миру муррр.