К третьему (четвертому) дню своего пребывания в Париже я уже более-менее сносно научилась ориентироваться в карте и даже метро уже не вызывало первоначального страха своими подземными лабиринтами. Наоборот, теперь я при первых же признаках паники в стиле «ой, мама, где я нахожусь» сразу же искала глазами на карте значок метрополитена и прикидывала к которому из них быстрее добраться. И даже виртуальные маршруты стала разрабатывать исходя из метро-схемы. Я точно знала, что мой отель находится рядом со станцией метро (и одноименной площадью) «Бланш», и больше мне для счастья оказалось ничего не надо.

Таким образом, последний (полноценный) парижский день был посвящен тем местам, которые, по мнению моего сумбурно-хаотичного понимания французской истории, ассоциировались именно с этим городом. Итак, с утра мною был предпринят короткий «спринт» в Лувр до Моны Лизы, где на фоне избытка чувств, вперемешку с разочарованием, я оставила музею еще один экспонат – свои темные очки модного цвета «бордо». Кстати, если кто увидит, просьба сообщить смотрителям, что исторически они принадлежали российскому владельцу.

Ну а после такой бодрящей разминки я уже предприняла марафон на более длинную дистанцию: сад Тюильри – Площадь Согласия – Елисейские Поля – Триумфальная Арка. Потом снова нырнула в уже полюбившееся метро и навестила Марсово поле с неизменной Эйфелевой красавицей, забраться на которую мне так и не довелось. Вымотала дорога до нее еще по земле. Засим программу-минимум я посчитала выполненной и с чувством выполненного долга снова побрела по бесконечным набережным Сены.

Вообще, эти три дня в Париже я напоминала сама себе какой-то непонятный клубок нервов и эмоций. Не успевая соображать, где я прохожу в данный конкретный отрезок времени, лишь краем глаза я выхватывала какие-то картинки, которые тут же запечатлевала в памяти «Кодака», на свою уже не надеясь. Я вечно куда-то спешила, и если присаживалась на несколько минут, то только для того, чтобы дать кратковременный отдых уставшим ногам. Когда напряжение в них чуточку стихало, я тут же вскакивала и устремлялась дальше. «Куда», «зачем»– эти вопросы я задала себе уже много спустя, уже дома. Я будто вела постоянный мысленный репортаж с места событий, пытаясь «не упустить» ничего. И все-таки упустила… я упустила душу Парижа. Я ее так и не поняла. Я не только не позволила себе открыться навстречу, я не позволила ее даже себе показать.

Весь последний день я прождала звонка Лу (до которой дозвонилась только на вторые сутки и очень обрадовалась), но почему-то мне оказалось неудобным перезвонить еще раз, памятуя о том, как я домогалась ее по телефону в первый день приезда. Париж так и остался для меня загадкой, потому что я сама внутренне закрылась… прежде всего от парижан. Прости меня, Париж (и Лу), я не только не «умерла», увидев тебя, я даже не «родилась»…

А вечером был Монмартр… были бесконечные арт-галереи и художники, был Сакре-Кер, мимо которых я просто гуляла в полной растерянности. Было ни до чего, и ни до кого. Был поздний вечер, запах бесчисленных акаций и пустынные узенькие улочки, в хитросплетениях которых я тут же заблудилась. Выручил опять любимый метрополитен, которому теперь я передаю самый горячий привет – он примирил меня хотя бы с подземным (условно) городом.

Как всегда, не дописав одно, начинаю другое ) И, как всегда, ну вы знаете.... читать снизу ))

Ну вот, наконец-то я добралась до описания своей поездки во Францию.

Изначально, подбирая тур, я пыталась впихнуть в него, что называется, «невпихуемое». Иными словами, одного Парижа мне было мало, да и недели пребывания во Франции также. Поэтому был выбран самый насыщенный тур под названием «Французский калейдоскоп»… По возвращении из которого я шутила, что Франция пронеслась передо мной именно в режиме калейдоскопа, оглушив и сбив с ног в буквальном и переносном смыслах.

День отлета можно было назвать отдельной «песней», так как, планируя изначально отправиться туда вдвоем, в результате уже вечером (точнее ночью) я оказалась в двухместном номере парижского отеля совсем одна. Выбрав наугад одну из двух кроватей, я просто плюхнулась и заснула. Сказались нервы, оставленные где-то в районе аэропортов Шереметьево-2 и ночного Шарль-де-Голль. Последний меня «добил» окончательно… бесконечно-длинными и жутко-пустынными переходами. Ну да, что еще можно было ожидать в час ночи… Окружающую речь я перестала понимать еще в самолете, экипаж был бесповоротно франкоанглоговорящий. Поэтому по выходу из самолета я пыталась просто не потеряться, напоминая себе героя Фарады из фильма «Чародеи». С одной лишь разницей, что даже если бы я стала кричать «Люди» не мысленно, а вслух, меня вряд ли кто бы понял. Да и ночевать я планировала все-таки в отеле, а не местной психушке. Поэтому почти наощупь, но все-таки более-менее благополучно, я выбралась на воздух, где меня встречал… одинокий высокий мужчина с табличкой, на которой я опознала знакомую фамилию. Слава богу, я ее не забыла ))

Поздоровавшись (опять же, слава богу) на чистом русском, мы взаимно удивились: он – отсутствию моего спутника, я – отсутствию каких-либо своих спутников вообще. Иными словами, в распоряжении меня и моего чемодана оказался целый «минивэн» и словоохотливый мэн-водитель. Правда, уже минут через 15-ть ему надоело повторять мне по два раза то, что я не воспринимала с первого. А я уже вообще ничего не воспринимала, кроме встроенного в мозги тормоза, кажется, вообще не выключающегося.

Сообщив мне мимоходом, что мой отель находится где-то рядом с Монмартром, и что если я выйду из него, и поверну направо, потом еще раз направо и потом пойду прямо и прямо, я выйду в район Опера, где обычно проходят все собрания туристских групп. Наивный молодой человек думал, что мой мозг сработает хотя бы в режиме «скрин-файла»… не сработал… «Ладно, подумаем об этом завтра», - решил мой мозг и отключился. Я же в это время стояла посреди мостовой, с чемоданом, перед закрытыми дверями отеля. Минуты через 2, собрав усилием воли остатки своего «автопилота», я обнаружила где-то сбоку дверей кнопку звонка и с облегчением нажала. Еще минут через 5 мне открыл седовласый пожилой портье, представившийся Мишелем и очень-очень плохо, но все-таки понимающий русский язык.

Почти на пальцах объяснив ему, что я буду одна, и никого другого ждать больше не надо, я буквально отобрала у него ключ от номера и потопала к лифту. Продолжая улыбаться, Мишель ласково объяснил мне, что мой этаж называется «пять плюс один». «Больной?» - подумала я и решила уточнить. «Ну, то есть шесть?» «Ну да, пять плюс один», - опять кивнул он головой, как китайский (то есть французский) болванчик. «Ладно, может он считать только до пяти умеет», - снова подумала я и повернулась к кнопкам лифта. Их было всего пять. Решив, что портье вообще не знает русские числительные, я надавила на кнопку последнего этажа и только там обнаружила свою (именно свою) ошибку. Да, Мишель действительно был полностью прав, это было «пять плюс один». Только на этот самый «плюс один» вела скромная винтовая лестница, по которой с легким грохотом я еле-еле и втащила свой чемодан.

Как надолго - фиг меня знает %)

СОМНЕВАТЬСЯ

1. Испытывать, выражать сомнение в истинности, возможности чего-л.; нетвердо верить во что-л.
2. Не быть уверенным в ком-л.; не вполне доверять кому-л.
3. Испытывать нерешительность, колебание (решая какой-л. вопрос, предпринимая что-л.); колебаться.

Сомневаться – это естественно или нет? Совершая серьезный и ответственный шаг в собственной жизни, можно ли сомневаться?

Мои волосы теперь заплетаются в косичку ) Ура! )))
Дико, да? Но я так долго мучалась, отращивая их, что для меня это действительно радостное событие )