[400x310]
Обиду утопив в вине,
К чужим ошибкам нетерпимы,
Мы часто,ревностью гонимы,
Живём в бессмысленной войне.

И от отчаянной тоски
Уходим с головой в работу,
Забыв,что любят не за что-то...
А ,невзирая.....,вопреки....

Что так мучительно порой
Душе с рассудком состязаться :
В словах -"Простить нельзя расстаться"
Решать,где место запятой.

Но опыт нам даёт понять-
В любви земной закон не писан :
Пренебрегая компромиссом,
Найти трудней,чем потерять!

И,кодекс мщения поправ
Былым взаимопониманьем,
Мы вновь решимся на свиданье,
От одиночества устав....

Лилия Отрадная

[400x300]
Извивы тела под вуалью
скользят, мерцая белизной…
Их облепляют мокрой шалью
дождливой пыли водяной
в вечернем небе ваты-тучи…
Но в этой пыли даже лучше
свет преломляет образ твой -
и я глазею сам не свой
на эти дивные красоты
упругой роскоши телес,
румянец зорь и ливня соты
слагают строки дивных пьес, -
и в них виденье юной девы,
алеет в алостях аллеи,
в закатной россыпи воды,
и струи-волосы в гряды
свивают нити дождевые…
Твои глаза дождём живые
мне отражают заревые
осколки солнечной слюды…

Игорь Нефёдов

От меня расходятся круги.
Я себя монеткой бросил в воду.
Кто-то слышит крики « Помоги!»
Кто-то видит полную свободу.

От меня расходятся стихи.
В общем не имея адресата
Жизни приукрашенной штрихи.
Стрелы, улетевшие куда-то.

Вынырну в местах совсем других,
Попаду в неведомую моду...

От меня расходятся круги.
Я себя монеткой бросил в воду!

Петр Давыдов

Это цитата сообщения Karmelena Оригинальное сообщение

[250x350]
Дорогшие мужчины с Вашим праздником!!!))


Звать слабым полом женщин нет причины -
Средь нас таланты, воины, умы,
Но если б рядом с нами нет мужчины
Своих высот могли б достигнуть мы?

Чтоб стать мужчиной - мало им родиться,
Чтобы железом - мало быть рудой.
Ты должен переплавиться, разбиться,
И, как руда, пожертвовать собой.
23 февраля - не красный день календаря,
Не красный, знать, не выходной,
Не красный, нет, он золотой.
И праздник, знаем мы, большой!

Какой великолепный синий май!
Струится на ладони луч луны,
Касаться ночью рифмы мне не жаль,
Иль гитарной ласковой струны!

Какой неординарный день зажён
Поэзией и музыкой мечты! -
Струится нежность розой на балкон,
Как будто вдруг ко мне явился ТЫ...

О, как давно любила я тебя!
Прошло уже немалых десять лет..,
Но не забыть тепло вчерашнего огня
И страсти благодатный яркий свет!

Пусть ветер с моря, и меня знобит,
Но я согреюсь памятью моей...
Уйду на миг от одиночества обид
И вспомню нежность прошлых милых дней!

Яни Сит

Я не забуду никогда твои обьятья,
Последних поцелуев жар пылал...
Холодные, любимые запястья,
Аэропорт тебя тогда забрал...
Ты помнишь, мы стояли посредине,
Рассыпаться, разбиться, умереть...
Посадка шла, проходит половина,
И объясниться... нет...мне не успеть...
Сама тебя зачем-то провожала,
Сама смотрела, целовала второпях,
Твои ладони пальцами сжимала,
Я умереть была готова на руках...
Я силилась, крепилась..я пыталась!
Твоя слеза сказала мне:"Ты не права!"
Мне кажется, в груди все разорвалось,
Мне кажется, я даже умерла!
Последние секунды торопились,
Последний взгляд и поцелуй, последняя слеза,
И все... нет больше...навсегда простились...
Мне кажется, я даже умерла!
Последний взгляд и ты пропал из вида,
Прощальный взгляд! Стою одна в толпе...
На сердце боль и на тебя обида,
В висках удары, холод по спине.
Смотрю в окно...твой самолет взлетает..
Все кончено...куда теперь спешить?..
Внутри все что-то стукает и затихает,
Глотаю слезы молча, грудь болит.
Шагами ровными шагаю...вот машина...
Сажусь, курю, глотаю слезы вновь,
Противная дорога, фонари, резина,
В висках как пальцем по стеклу стучит любовь.
Закрыв глаза, не пряча слез рыдаю,
Наш милый дом, творенье дней любви,
Постель горячая, я в ней вдруг засыпаю,
Мне снится снег, на нем твои следы...

Избалованная

[400x275]
Я на две неравных части
Разделил свою судьбу.
И разломанное счастье
Больше склеить не могу.
Можно жить, себя ругая,
Но, скажите, чья вина,
Что вокруг шумит другая,
Недоступная страна.

Мы останемся случайны,
Не отмыть клеймо бродяг,
Здесь сначала не скучают,
А потом - не говорят…

Не смотри назад, не надо,
Не заглядывай вперед.
Ночью сбудется прохлада,
Утро все-таки придет,
Просто время неизбежно
Уменьшает нашу жизнь,
И вчерашняя надежда
На веревочке бежит.

Мы останемся другими,
То, что было, не забыть,
Мы уже не станем ими,
Наши дети - может быть...

Эта жизнь - как сновиденье,
Жаль, проснуться мне нельзя.
Неведенье, невезенье,
Неизвестностью грозят.
Мы стареем, друг, стареем,
Научившись делать вид,
Что потери - не потери,
А знамения любви.

Мы останемся чужими,
Хоть сближайся много лет,
Просто мы с тобою жили
В той стране, которой нет.

И порой, себя ругая,
Я не знаю, чья вина,
Что вокруг шумит другая...
Непонятная страна.

Петр Давыдов

Сегодня - завтра станет прошлым,
Уйдет, расстает,словно,дым.
Покажется все глупым, пошлым,
Неинтересным, рядовым.
Сегодня я живу тобой,
Но завтра - будет новый день,
Сейчас увлечены игрой,
И это - первая ступень.
Ступени вверх, ступени вниз,
Ошибки дорогого стоят,
И жизнь не повторить на бис,
Душа не вынесет покоя.
Сегодня Ты - моя судьба,
Вся нежность и любовь тебе.
Что завтра может ждать меня?
Какой дистанции забег?
Сегодня - завтрашняя боль,
И чувства, как заноза в сердце,
Но завтра я сменю пароль,
Не буду больше легковесной.
Сегодня ты еще спокоен,
Что я тобой, как и вчера.
Но я не выношу шаблонов,
И чувствую, что мне - пора?!
Сегодня - завтра станет прошлым,
Но время вылечит меня.
Мы чувства наши не опошлим,
Я знаю - буду спасена!!!

Анжелика Бабичь

Томили ночи, дни тянулись,
Нам было страшно хорошо.
Как скоро все перевернулось,
Как странно быстро все прошло…

Теперь: ни чувства, ни прохлады,
Ни мести, ни любви, ни лжи…
Теперь нам нет с тобой преграды,
А мы одни. А мы одни.

Свеча тускнеет, догорает,
Темнеет дом в ночи живой,
И клена листья опадают…
Знать, ты мне стал совсем чужой.

Я так спокойна: мне не больно,
Мне не счастливо, мне не жаль.
Теперь – свобода, всюду вольность…
Я дъявол, знавший как-то рай.

Ионочка

[450x450]
Когда закончатся дела,
И будут сказаны слова,
Мы посидим на кухне вместе,
Чтобы вобрать в себя тепла.

Как нелегко покинуть дом,
Когда ты жил спокойно в нем,
А покидать его вторично
Трудней, и это мы поймем.

Так мало близких и друзей
В судьбе твоей, в судьбе моей.
То, что мы друг для друга значим,
С годами чувствуешь сильней.

Ты помолчи со мной еще,
Пусть дней уже закончен счет.
Мы все равно не скажем больше,
Чем слезы, падая со щек.

Когда закончатся дела,
И будут сказаны слова,
И самолет рванет обратно,
Пусть будет даль его светла.

Хотите БЕСПЛАТНО получить по интернету СБОРНИК
Петра Давыдова "БОЖЕСТВЕННЫЙ ЗАВТРАК в ПОСТЕЛИ"?
Напишите на: piol@bezeqint.net

[390x585]
Ты спрашиваешь: - Где твой вкус?
Литературный вкус, конечно.
А мне приятней кушать мусс,
И, позабыв капризных муз,
Крутить на пальчике колечко.

И целовать твою ладонь.
А может обнимать за плечи.
( С «ладонь» рифмуется «огонь» -
Роскошным отблеском погонь.
А дальше – «нечем», «лечим», «встречи»).

Ну, улыбнись хотя б чуть-чуть.
Игра – приятное занятье.
Не одевай подольше платье,
Пусть дышит тело, манит грудь.

И захочу тебя опять я,
И возбудит знакомый вкус.
На зеркало я оглянусь!
- Нас могут слышать…
- Ну и пусть!
- Нас могут видеть …
- Ну и пусть!
ЕЩЕ! О, я! О, ты! И я!

Забыть стихи и здесь остаться.

П.Давыдов

[180x278]
Не утешенье ты,
не украшенье.
Я у тебя в пожизненном долгу.
Ты озаренье
или воскрешенье -
и слов найти пока что не могу.
Цветение земли ты мне открыла,
ты Волгу прямо к сердцу привела
и засмеялась ласково и мило,
как будто подарила два крыла.
Мой свет,
все время думаю об этом,
как это мне увидеть привелось
глаза твои, взволнованные светом,
и светлую копну твоих волос.
Беру тебя за тонкое запястье,
спасибо, жизнь!
Зову тебя - пойдем! -
В снегу по пояс - в тяжкое ненастье,
в ромашках по колено - летни днем.
Не отрешенье ты,
не возвышенье
и не прощенье отошедшей мгле,
ты -
самое великое решенье:
любить,
и быть любимым на земле.
Я на тебя глядеть еще не смею,
но вот светает у меня в судьбе,
смеюсь,
и прозреваю,
и яснею,
и возвращаюсь
к самому себе.

Михаил Луконин

Я живу без тебя… Так случилось,
День за днём, беспросветно, никак;
Ты сегодня мне снова приснилась
В светлом платье, с букетом в руках.

Раз за разом, нелепо и странно…
Этот сон, что и месяц назад
Повторился и старые раны
Почему-то все также болят.

Не исчезли со временем чувства…
И проснувшись, лежу сам не свой,
Понимая, что в комнате пусто,
С той поры, как расстались с тобой.

Так живу, а точней, существую…
Грусть-тоску растворяя в стихах,
Вспоминаю тебя, дорогую,
В светлом платье, с букетом в руках.

Лукич

Светлоглазый мой/не мой...
Светлоокий.
Окольцованный тоской,
Одинокий.

В чужеземной стороне -
Ностальгия...
Как хотелось бы - по мне,
Mama mia!

Только знаю наперёд -
Всё минутно.
Может, просто дождь идёт,
Стёкла мутны.

Прояснится - будешь вновь
Беспечален.
И не вскинешь даже бровь
В крики чайки.

А она пронзает высь
Белокрыло
С жадным стоном: "Прикоснись!"
Не забыла...

У любви соцветия
Нету срока.
Без тебя на свете я
Одинока.

Лена Хасворт

Речи твои до безумия нежные,
взоры горячие и откровенные,
мысли любовные, страстные, грешные
воли лишают меня за мгновение...

Ласки желанные, ласки безбрежные –
мысли читаешь мои сокровенные,
в жизнь воплощая фантазии вешние –
вина шампанские сладкие, пенные...

Губы пьют жадно друг друга дыхания,
очи манят, охмеляя порочностью,
в разуме нет и остатка сознания –

самовнушения признаки в точности
или недуга с диагнозом «мания»,
или гипноза невиданной мощности!

В.Евсеев

Что-нибудь все-таки с нами должно приключиться.
Так не бывает: спокойно – как сон на Гавайях.
Только пульсирует жилка и колет ключица.
Ты отражаешься в зеркале, утром вставая.

Вот говоришь, что случайности правят мирами,
нашим сознаньем, непонятой тайной природы…
Правят случайности всем совершенно и нами,
но оставляют нам видимость краткой свободы.

Я обниму и поглажу твое обнаженное тело.
И, принимая условность традиций обряда,
я устремлюсь за душой, лишь бы та захотела,
чтобы всем было приятно – не только как надо.

И приключится то самое, что ожидалось:
объединенье дыханий, стремлений, движений.
Эти объятья и есть наша главная данность,
главная сущность людей – это все же сближенье.

И повезло, если хочется сразу обоим
все разделить и почувствовать не в одиночку.
И позабыть бесконечность пространства и боли,
неотвратимо стремящихся в грустную точку.

Петр Давыдов

Ночь за окном, а мне опять не спится.
Где он сейчас, сбежавший мой покой?
Не понимаю, что могло случится
с моей больной израненной душой.

Как юноша, легко и безнадёжно,
я утонул в раздумьях о тебе.
Но как прекрасно чувствовать, что всёже
хоть что-то повторяется в судьбе!

Меня в тебе как будто бы впервые
смогли пленить улыбка на губах,
игривый нрав и кудри золотые,
и два весёлых чёртика в глазах.

Опять стихи стучатся в дверь привычно
и как когда-то хочется мечтать.
В тебе всё то есть, перед чем обычно
я был не в силах в жизни устоять.

Но сердце стало сдержанней и тише,
хотя порой пытается любить.
Ловлю себя на том, что в тридцать с лишним
я не могу таким как прежде быть.

Я крепко связан жизненным союзом
с тем, что вокруг меня переплелось.
И на душе моей тяжёлым грузом
лежит всё то, что так и не сбылось.

Чужая злость, дожди, снега и вьюги
сухим и чёрствым сделали меня.
Мой пыл сожгли случайные подруги,
что лгали мне, лаская не любя.

Уже не тот я, кто любил погони,
кто мог бросаться в омут с головой,
кто по ночам озябшие ладони
пытался греть над плачущей свечой.

Я разучился жить, до тла сгорая,
я знаю, что такое боль и грусть.
Не потому ли, тягостно вздыхая,
тебя я всё же чуточку боюсь.

Боюсь в себе будить всё то святое,
что закружится вихрем, только тронь,
ведь мне известно, что это такое,
быть мотыльком, летящим на огонь.

Боюсь, чтоб в сердце кровь не заиграла,
боюсь тревог и новых встреч с тобой.
Я не хочу, чтоб для меня ты стала
ещё одной несбывшейся мечтой.

Осенний Дождь

Спи, девочка моя,
Раскинувшись во сне,
Уснувшие моря
Несут твою постель

В вечерней тишине
Прижмись ко мне, прижмись,
Картину на стене
Еще ласкает кисть.

И шепотом слова
Услышаны едва
Как сладко ты спала,
Как поздно ты легла.

Меня влечет туда,
Где дни горят в огне.
И ты – моя звезда –
Летишь навстречу мне.

В вечерней тишине
Прижмись ко мне, прижмись,
Картину на стене
Еще ласкает кисть.

Петр Давыдов

И снова август - каждый раз
Я это замечаю поздно.
Прошедшей жизни пересказ
Прошелестит как пара фраз
Перетекая в зрелый возраст.

Приходит август – и опять
Томление духа, влажность тела.
Так папина звезда летела,
А мама, выгнувшись, хотела
Звезду горячую поймать.

Я, зародившийся уже,
Потом родившийся однажды,
Не растерявший жизни жажду,
Я не такой как все, не каждый,
Кружу на жарком вираже.

Учу историю любви,
Пишу историю отцовства,
Немного вырос и обтерся,
Но, чувствую – порой – придется
Пересчитать года свои.

Петр Давыдов

Еще до рассвета
Он шел от тебя, точно вор...
Как только увидел я это,
Тебя ненавижу с тех пор.
О, как ненавижу!
Ну, кто ты?!
И так, ненавидя, люблю,
Что вымажу дегтем ворота
И окна тебе разобью.
В подъезде забесятся львицы,
Твою сторожившие честь.
Плевать мне на то,
Что в столице
Смешна деревенская месть.

Василий Федоров