Больше никогда!.. Никогда я не возьму второй контракт. Но надо как-то доработать первый. С каждым днем я всё отчетливее понимаю, почему моя предшественница после первого контракта сказала «да ну на фиг». Хотя… если и человек с опытом говорит то же самое, то дело не в страхе новичка, а в чём-то ещё. Да, что-то происходит с моей головой. И мне постоянно снится, что я сбегаю с корабля, а потом очень жалею об этом. Видимо, я так и не разобралась, что для меня страшнее: остаться на корабле или на суше.
И ведь что странно: меня не пугают три ночных часа сна или кровавая рвота моих пациентов. А умершая на палубе женщина наводит лишь на мысль, что реанимационной бригаде приходится 24 часа в сутки смотреть на такое вот посиневшее лицо с оскаленными зубами и толкать неподвижную грудь. Тоска и страх охватывают меня после, в одиночестве дрожащей каюты. Доктор как-то спросил: «Твое спокойствие безмерно, безгранично?..» Ему и не надо знать его край.
Сегодня я бродила по датским улочкам какого-то маленького портового городка. Всё те же декорации: аккуратные домики с черепичными крышами, розы и мальвы, старинная церковь. И теплые деревянные перила над каменными ступенями, ведущими к морю. Растрескавшееся на солнце дерево перил – такое гладкое, такое знакомое… Как в детстве. Как в Боготоле, у бабушки.
Странная жизнь. Страдаешь от однообразия, страдаешь от перемен… Когда-нибудь я скажу себе: да, именно этого я и хотела?..

Со вчерашнего вечера море бушует и швыряет судно, как щепку. У нас по кабинету летают карандаши и открываются ящики шкафов. На удивление, моя морская болезнь дала о себе знать только нудной головной болью. Да и та, кажется, была проявлением похмелья. Еще бы: вылакать вчера литр пива вкупе с пачкой стугерона и дурным настроением! Уфф… Зато проверила опытным путем: таблетки от морской болезни и алкоголь – вещи несовместимые.

В полдень на скалистые холмы Бергена обрушилась гроза. Но в горы мы все-таки поднялись, невзирая на промокшую до нитки одежду. Сверкали молнии, гремел гром, а мы поднимались по скользкой от дождя дороге. Замшелые деревья, влажный запах листвы с одной стороны и стена из громадных серых валунов с другой. Хрустальные капельки воды скатывались с покрытых буро-зеленым мхом камней и терялись в белых цветах внизу. Затем мы вышли к озеру с желтыми водяными лилиями и неторопливыми утками. Тишина, только дождь уютно барабанил по крыше деревянной беседки, и вкусно пахло копченым салом – семья пришла на лесной пикник.
Потом были извилистые тропы, уходящие куда-то вглубь леса, гравий под ногами и деревянные указатели. Казалось, что за следующим поворотом дороги мы увидим домик троллей. Почему нет - это ведь волшебный лес. Вон тихое озерцо, заросшее камышами, а вон ручеек под скалой, где наверняка по утрам умывается мама-троллиха. Воздух кристально прозрачен, и даже сырое небо, затянутое серыми облаками, не уменьшает видимости.
Последние повороты на пути к вершине – самые трудные. Но как бы хотелось, чтобы все испытания в моей жизни были такими! Ведь человек должен проявлять силу своего духа именно так, в борьбе со стихией и непогодой, а не терять нервные клетки в пыльном офисе. И в руках должен быть походный нож или мачете, весло или посох, а не rectal swab…
На самой вершине горы мы очутились… в Ирландии. Я там никогда не была, но пейзаж точь-в-точь как в фильме «Хеллбой»: пустынная равнина, усеянная серыми валунами. Где-то под ними – ступени в подземный город, в котором дремлет Золотая армия. Однако стоит только взглянуть вниз – и вот он, реальный мир: под горами раскинулся Берген, с его разноцветными домами и башенками, фонтанами и парками, портом с белыми кораблями. И всё же взгляд останавливается немного поодаль, на аккуратном холмике из камней. Согласно поверью, в такие каменные холмики превращаются тролли, которых застал на земле рассвет. Так что люди и тролли продолжают мирно сосуществовать вместе, как и многие века назад.

Вчера бродила по Рейкьявику. Сегодня снова в каком-то исландском городке. Выглянула с палубы – сплошь нефтяные баки. Правда, с обратной стороны красивые горы с ледниками. Мы уже совсем близко от Северного полюса.
Рейкьявик производит впечатление тесного города. Узкие улочки, низкие дома, большие машины. Сувенирные лавочки с троллями, овечками и полярными мишками, железными викингами, исландской шерстью (есть даже шерстяное мыло). В центре города - старинная церковь, просторный парк, вымощенные камнями мостовые. Всё как во многих европейских городах, но нет ощущения уюта, веяния прошлых веков. Даже старинные дома угрюмы и не рассказывают сказок – несмотря на всех этих викингов и троллей. Будто бы антураж искусственно создали для туристов. И только в укромных уголках и переулках, если свернуть с главных улиц, живут разговорчивые домики – с трогательными башенками и фигурками за пыльными окнами. В Рейкьявике строится много современных зданий из стекла и бетона, причем даже в Историческом центре. Наверное, старым домам не нравится такое соседство. Впрочем, я видела только малую часть города и была там слишком недолго. И, как бы там ни было, я дышала свободой, мне кружила голову эйфория влюбленности. «Ничего на свете лучше нету, чем бродить по белу свету»…

Я ж и говорю: все мужики сволочи. :-( Василий Одиссеевич танцевал на crew party с моей коллегой. А мне всё равно понравилась вечеринка. Почти все без униформы, такие прикольные. Не знала, что наш инженер-египтянин умеет так классно двигаться в такт арабской музыке. Не в том департаменте работает, однозначно. :-) А скромный индус Мойзес, который клинит офицерские каюты, вообще просто чудо. Всё, на Скорпиона я определенно обиделась. Какой–то детский сад. :-D
Сегодня корабль плывет в плотном облаке тумана. Когда стоишь на палубе, лицо покрывают мельчайшие капельки морской воды. Судно подает протяжные гудки, и кажется, что мы все немножко призраки, затерянные в океане. Впрочем, мы и так чёрт знает где. Норвежское море, датский остров, который в интернете считают то норвежским, то исландским, то голландским… Плывем к Исландии. Немножко грустно - сама не знаю, почему. Хотя знаю: мне хочется побыть одной. Чтобы никто не доставал меня хитросплетениями эмоций и чувств. Чтобы ни для кого не нужно было быть доброй феей, внимать, понимать, утешать… Фее тоже нужно восстанавливать силы. Нет, всё: один круиз, а потом ну эти суда на фиг. Согласна годик клинить госпитальные сортиры где-нибудь в Британии, лишь бы каждый вечер приходить домой. Иметь возможность спрятаться, как улитка, в свой домик. Не хочу никого любить или ненавидеть. Не хочу играть в игры… Мда, целая бутылка пива была лишней. Проснулось злобство. «Ты кто?» – «Добрая фея». – «А чего с топором?..» - «Да настроение как-то не очень…»

Как же я ненавижу эмбаркацию… Сегодня британский порт пять часов не давал нашему судну пришвартоваться из-за густого тумана. Хм, если отключить сознание от реальности, вышесказанная фраза звучит довольно романтично. Представляется британский берег, заволоченный мглистой дымкой, гудки кораблей, пробирающихся сквозь туман… На деле же это выглядит так: сообщение по громкоговорителю о задержке прибытия, и я за белым столом, тоскливо глядящая на железный столб в его центре. Задержка дезэмбаркации означает более позднюю посадку пассажиров. Это, в свою очередь, влечет за собой толпы нервных людей, у которых я одновременно должна принять анкеты. Так и получилось. Нервных, правда, было немного – всё ж таки англичане. Но я понятия не имею, у всех ли я собрала эти чертовые листочки с вопросами о диарее и свиной flu. Если кого-то пропустила с диарей, это означает кирдык, секир-башка ну и прочие неприятности в мой адрес. А, гори оно всё синим пламенем… В смысле, бюрократические бумажки, а не наш корабль. :-)
Вообще дезэмбаркация – всегда стрессовая процедура. Стоишь на терминале у стоек check in, где регистрируют пассажиров, и собираешь анкеты. Пахнет кофе, старостью и дорогими кожаными сумками. Улыбка, «могу я взять ваш опросник?», «спасибо», «ваш опросник, please», «спасибо», улыбка, «большое спасибо», «спасибо, сэр», «ваш опросник, мэм?», «сорри, но вы должны заполнить форму до регистрации», «спасибо, приятного путешествия». И так четыре-пять часов подряд. И не дай бог кому-то ответить «yes, у меня простуда, и я недавно из Мексики». Или «да, диарея, со вчерашнего дня». Рация, «доктор, доктор, вызываем на терминал», сошиел хостесс (не к ночи будет помянута), «простите, сэр (мэм), но вы не можете отправиться в этот круиз», скандал, «мы заплатили деньги!..» Спаси и сохрани.
Что ж, поскольку большинство эмбаркаций в этом сезоне выпадает на мое дежурство, это нужно просто пережить. Спать хочется… Надеюсь, сегодня safety не придет в полночь за таблетками, как позавчера. А, хотя пусть приходит. Я рада его видеть. :-) Впрочем, сегодня я не рада никому…

Хей, да я тут среди своих!.. Один офицер плачет от депрессии, другой разговаривает сам с собой, третий рассылает порнографические картинки по служебной почте. Впрочем, сексуально озабочены здесь все, для моряков это нормально. Вчера, кажется, я отбила всякое желание у соло-сингера приставать к медсестрам. Сделала ему почти некроз верхней конечности манжетой от тонометра. Потому что достал, каждый день приходит измерять совершенно нормальное давление.
Не хочу второго контракта… Даже как врач. Однако, по моим обновленным подсчетам, денег после раздачи долгов от первого контракта не останется. Думаю, лучше попросить два-три дополнительных месяца с трансфером на Destiny, который ходит зимой по Карибам. Посмотрим.

Сегодня пришвартовались в моем любимом Flam. Норвежское чудо… Бродила пять часов по городку и окрестностям. По возвращении услышала суровое докторское: «Вы здесь не турист! Укладывайтесь в три часа!» Мда уж, Даниэле в прошлом году повезло. В свободные дни она могла гулять с восьми до шести, ездить с пассажирами на экскурсии. А мне, я думаю, не стоит и спрашивать о подобной возможности.
Отчего-то вспомнился голубь, который пытался догнать нас в открытом море. Старательно махал крыльями, стремясь поскорее добраться до палубы. Добрался и устало опустился на перила. Откуда он взялся посреди морского простора?.. Может, решил, что он чайка. А может, такой же бродун, как я.
Ненавижу, когда ко мне прикасаются неприятные мне люди. Освобожденный из-под стражи пациент из двадцать первого дня вообразил себя моим приятелем. Он панибратски обнимал меня на сходне, когда мы спускались к лодке для доставки на берег. Краснорожий старый хрен. Удалось вывернуться только у самого выхода. С радушной улыбкой: «Пассажиры проходят вперед! Have a nice day!» - и села в другой отсек лодки.
Кстати, вчера на берегу умер еще один наш пассажир. Закон парных случаев… Давайте уже все будут живы и здоровы!.. По крайней мере, наши пассажиры.

То же мне, норвежское качество. Купленный сегодня термос совершенно не сохраняет тепло. И в этом городке мы больше не будем. Я готова простить телефон-автомат, который нынче сожрал мой доллар, но выброшенные на ветер 50 долларов – это уже перебор.
Сегодня умер один из наших пассажиров. Спасибо ему, что не на борту, а на экскурсии. Светлая память дедушке. Я его не знала, он к нам не обращался. Но все равно жалко.
Вчера заметила за собой странность: порой делаю или говорю что-то автоматически, не понимая, что делаю и зачем. Потом «включаюсь». Думала, начинается раннее слабоумие. Поделилась подозрениями с коллегой. Оказывается, такое бывает со всеми, особенно если дольше недели не выходить на берег. Это действие магнитных полей и общей вибрации. Только проявляется у всех по-разному. В прошлом сезоне двоих списали с диагнозом «ку-ку». Надо беречь нервы…

Я устала и хочу домой… Но возвращаться мне без денег некуда. От этого чувства безысходности становится очень тоскливо. А вообще это всего лишь ПМС. Да, у путешественников тоже бывает ПМС.
Сегодня с утра пациентка закатила мне истерику. Ее муж страдает диарей, поэтому они вместе должны быть изолированы в кабине на трое суток. Гражданка швырялась чемоданами и кричала, что она никогда больше не выберет нашу компанию. Я бы тоже не стала, но выбирать не приходится…
Городок Тромсо на севере Норвегии отличают блуждающие по тротуарам чайки и дикие цены. Страна сама по себе не дешевая, но в деревеньках цены всё же ниже. Буду ждать Флам – там куплю племяшке симпатичного лося в свитере. В Тромсо не купила ничего, кроме открытки с видами города.
Нынче снова штормит. А, по фиг, – сижу на кровати, пью пиво. Стафф-капитан сказал, что позволит через два месяца пожить на корабле моей маме, «если будешь хорошо себя вести». На три недели, с августа по сентябрь. Я, конечно, хочу ее позвать и постараюсь хорошо себя вести – если только мне всё окончательно не осточертеет. Обычно я терплю долго, но взрываюсь бурно. А окружающие постоянно испытывают мое терпение… Спокойно, Ипполит, спокойно. Это всего лишь работа. Не, такие путешествия не по мне. Или работать, или бродить. Или не так работать… Или повременить с вынесением вердикта до окончания ПМС.

Уважаемый Аноним!!! Это ведь ты заслал меня, мерзлячку, на север!.. Потому что пожелал мне этого. :-)) Ну да ладно, я не в обиде. :-) Здесь очень красиво. Только бы выжить в Исландии на предстоящем круизе…
Сегодня я бродила по тихому вечернему городку рыбаков. Корабли в бухте, чайки и солнце, которое никогда не опустится в море. И пустынная дорога, огибающая зеленую гору. Разноцветные норвежские домики, ступенями взбирающиеся по скалам. Отметила про себя, что теперь я на третьей ступени путешественника. Если удастся однажды отправиться в дикие джунгли, это будет четвертая, последняя ступень.
Когда идешь в одиночестве по какому-нибудь уголку дальней страны, испытываешь удивительное чувство. Впитываешь местный дух, который наполняет тебя изнутри с каждым глотком ветра. Камни у дороги, старая лодка во дворе и статуэтки в окнах рассказывают тебе о своей жизни – все сразу. От этого можно слегка стать crazy. Надо повременить. Вдохнуть и выдохнуть. И тогда снова шагать вперед.

Всё. Разонравился он мне. Вредный, как все Скорпионы. Сижу пью молоко. Хотя надо заканчивать с поеданием вкусностей – опять брюки тесны в талии. Худею и поправляюсь молниеносно.

Сегодня привезли юношу, и я сразу вспомнила занятия по неврологии. «Очень важно отличать бульбарный парез от псевдобульбарного!» - только это. Эх, была бы у меня сейчас моя тетрадка по неврологии… Хотя мы все равно можем немногое. Только чтобы юноша дотянул до завтра. На берегу есть hospital. Там помогут.

Наверное, здесь тоже можно отдыхать: смотреть фильмы, читать книжки и пить пиво. Когда у тебя всего несколько часов на отдых, учишься ценить это время. Как и мягкие тапочки, и хорошее кофе с горьким шоколадом. Воздух на палубе – не надышишься. Не хватает только ароматов южных цветов. Да, я хочу жить у моря… Хочу лодку. Удить рыбу. Мама вкуснейше ее готовит. Хочу работать в Испании и встретить старость где-нибудь на Карибских морях.

Еще два случая диареи. Доктор говорит, что пора переименовывать корабль из “Thomson spirit” («Дух Томсона») в “GI Spirit” – («Дух поноса»). Завтра начинается новый двухнедельный круиз. Буду стоять на эмбаркации и принимать от пассажиров бумажки. Знаю по прошлой посадке: если одновременно отвечают «yes» по простуде или диарее хотя бы двое человек – уследить за оставшимися практически нереально. Буду надеяться на лучшее. Хотя завтра тринадцатое число…

Ааа, он Скорпион!!... Чур меня, чур. Впрочем, это не мешает ему быть очаровательным. А его очаровательность не мешает мне заметить его жену, которая приехала к нему в гости и живет в его каюте. О чем это я, блин?.. А, об еще одном норвежском городке. Или о пациентке с инсультом. Эх, тяжела и неказиста… жизнь медика на корабле. Как говорит наш доктор, «срачка, срачка, эксидент». То есть, случаи диареи, когда надо брать ректальную пробу и заполнять кипу бумаг, сочетаются с происшествиями типа вчерашнего инсульта. Всю ночь пришлось мониторить показатели на приборах, а утром отправили бабушку в норвежский порт и дальше в больницу. Надеюсь, она поправится.
Выходила сегодня еще в одном городке, снова потратила 35 долларов. Купила колоритное кухонное полотенце, необыкновенно мягкие носки для мамы и ручку с лукавым тролликом для маленькой Элизабет. Обещала привезти ей подарок из каждого города, где буду выходить. Покупать что-либо себе жмотюсь – люблю дарить подарки… Но норвежские свитера просто сводят меня с ума. Конечно, двести долларов – это недорого за теплый, мягкий, красивый и уютный шерстяной свитер. В одном таком я проходила пять зим подряд. Но купить свитер до зарплаты означает остаться совсем без копейки…Блин. Деньги – зло, которого всегда не хватает. Кто ж виноват, что у меня в тридцать лет нет даже расчески и духов…
Ужасно, но следующий порт с моим возможным outside будет только через неделю. В худшем случае – через 10 дней. Уууу… Долго. Но ничего не поделаешь. Придется провести ближайшую неделю внутри железной коробки. Надеюсь, не превращусь в тролля из табакерки.
Потихоньку узнаю команду. Не знаю, почему среди круизменов о греках сложилось такое нехорошее мнение, что «хороший грек – мертвый грек». Те греки, что на нашем корабле, довольно милые люди, а один так особенно… Гм, я о команде. Единственный злостный чел, с которым уже столкнулась – ресепшионист, украинец. Зачем-то наврал про меня доктору, что я дала некое распоряжение в хаузкипинг. Интересно, зачем люди так делают?.. Заняться им, что ли, нечем. Взбучку я получила, тот парень все равно этого не видел – что ему за радость? А я не расстроилась, потому что не виновата. И доктор потом это понял. Я расстраиваюсь, только когда ошибаюсь. Хотя тоже не стоит.

Когда я в Питере садилась на судно, дамы-таможенники спросили меня: «А вы будете петь или танцевать?» Я сказала, что иду медиком, потому надеюсь, что ни петь, ни танцевать не буду. :-) Но все-таки сегодня я немножко потанцевала от радости, когда вышла в порту чудесного норвежского городка Flam. До берега с корабля отправляли катер, где ко мне снова пытался приклеиться наш филиппинский соло-сингер. Он клеится ко всем, кому от двадцати до пятидесяти.
Воздух во фьордах кристальный. Зеленый залив, окруженный скалами, по которым струятся белые ленты водопадов. Аккуратные домики, зеленые газоны. Побродила по сувенирным лавочкам, выбрала для племяшки вязаные носочки с оленями и нежно звенящими колокольчиками. Будет у меня бегать, как маленькая эльфиечка. Надо бы через месяц, после зарплаты, купить себе теплый свитер. Может быть, в Бергене.
Купила местной колы и чипсов, села на деревянной пристани. Кроме нашего корабля Tomson spirit в заливе стоял огромный Mary Queen – этажей двадцать, наверное. Такому судну нипочем и Трансатлантический переход. Наш корабль по сравнению с ним совсем небольшой. И вообще мы сейчас будто идем по реке: кругом горы, горы, маленькие деревеньки на зеленых холмах. И белые ночи.
Сегодня я разорилась: купила в дьюти фри японский фотоаппарат Canon за 182 британских паунда. В счет будущей зарплаты. Сказать, что камера качественная, - ничего не сказать. Этакий металлический брусочек, приятно оттягивающий ладонь. Снимки получаются, как живые. Одно плохо: карта памяти вмещает лишь 14 фото. Придется ужиматься с кадрами в каждом порту. Не уверена, что смогу скоро купить нормальную карту – в течение всего месяца на нашем пути только маленькие городки или деревни. Эх, не видать мне июньской зарплаты. Триста долларов за фотоаппарат, сто шестьдесят – агентству за контракт, еще триста или шестьсот высчитают в первый или второй месяц на случай моего ухода до конца контракта. Если всё отберут в первый, можно даже не ходить в crew office.

Забавно: на судне я одна из России. Только украинцы и русскоговорящие болгары. В основном, офицерами здесь работают греки, а в команде больше всего филлипинцев, индусов и индонезов. Когда говорят на английском, акцент у всех – не дай Боже. Так интересно: украинки говорят по-русски точь-в-точь как Верка Сердючка! :)
Вчера дообследовала корабль. Не большой, но и не маленький – четыре этажа ниже ватерлинии и семь выше. Несколько баров, ресторанов, кинотеатр, концертный зал, бассейны. Лифт на корабле – забавная штука: качает не только вверх-вниз, но и влево-вправо. Эх, качка для меня вообще болезненный вопрос… Однажды моя мордася уже имела зеленый цвет и вялый вид. Пришлось ставить инъекцию от укачивания. Надеюсь, это будет не часто.
Сегодня я on duty. Это значит, что в случае чего пейджировать будут меня, а не вторую медсестру. Дежурим сутки через сутки. Лучше бы уж неделю через неделю… Я согласна делать что угодно, когда угодно – только не быть в нервном тонусе от постоянного ожидания вызова. Ненавидела это, когда работала в приемном отделении больницы, ненавижу сейчас. Интересно, привыкну ли когда-нибудь?.. А полную свободу смогу почувствовать только outside. Оо, заветный для каждого outside!.. Завтра норвежские фьорды. Мне обещали. Только бы не emergency… Говорят, здесь белые ночи. И корабль пойдет сквозь скалы – как в последней версии «Кинг Конга». Как жаль, что нет фотоаппарата. Тем не менее, мне нужно набрать материала, чтобы работать в отпуске – написать пару-другую статей для «Вокруг света».
Как заметны различия менталитета славян и европейцев: мы всегда думаем только о себе и рассчитываем только на себя. Потому что государство не заботится о нас. Совсем иначе ведут себя британцы. Они привыкли, что о них думает государство, поэтому они сами думают о благе общества. У обеих сторон есть плюсы и минусы. К примеру, кишечный вирус распространился бы среди славян с бешеной скоростью. Мы ведь редко обращаемся к врачам, даже если серьезно больны, что уж говорить о какой-то там диарее! Выпили имодиум и пошли гулять дальше, заражая окружающих. Но не британцы. Если появляется диарея, британец не выходит из каюты и вызывает медика. Естественно, мы запрещаем ему и его спутнику выходить из каюты три дня. А если круиз длится всего неделю?.. Но – надо, значит, надо. Остаются. С другой стороны британцы уверены, что все расходы покроет страховая компания, поэтому, когда требуется, за лечение платят неохотно. Если же free of charge, как при диарее – пожалуйста, готовы на что угодно. Наш человек предпочтет заплатить (но и заразить), лишь бы самому не лишаться удовольствия. Другой пример: сегодня решали, что делать с гражданкой из Нидерландов. Она взяла с собой аппарат, без которого не может спать (задыхается во сне). Вместо того чтобы взять этот кейс с собой, она пять раз повторила на ресепшн, что это важный медицинский аппарат, и с ним нужно обращаться осторожно. И он где-то потерялся. Теперь, если до завтрашнего дня кейс не будет найден, ее ждет дисэмбаркация, потому что мы не сможем ей помочь, а она не сможет не спать в течение недельного круиза. Совсем не умеют европейцы заботиться о себе…
Снова включили на полную мощь эти чертовы кондишены. Из-за них у одной половины команды аллергии (фильтры вообще никто не чистит), у второй – болезни суставов. Правда, говорят, что проблемы начинаются со второго контракта. Что поделать – мы в железной коробке. В моей каюте нет окна, несмотря на мое офицерство. Впрочем, зато я живу в отдельной каюте. У медиков убирают, как в отеле, меняют белье и полотенца, стирают нашу униформу. Crew живут по четверо. Двухъярусные кровати, каждая постель - за занавеской. Вчера была в одной такой каюте, осматривала девушку с пневмонией. Чисто, но тесно. Над постелями в каждом закутке – фотографии, постеры…
Кормят команду вроде бы хорошо. Вижу мельком, когда прохожу через столовую в офицерский mess. Нас кормят отлично, как в ресторане на отдыхе (эх, Испания…) – всегда несколько блюд и гарниров, иногда дают колу, пиво, мороженое. Всегда есть супы, фрукты, зелень, овощи. А вот кофе ужасный – постараюсь купить баночку растворимого в ближайшем порту.
Надо бы почитать про эвакуацию, а то скоро учения. Выдали спасательный жилет и спец. карточку с указанием моей muster station. Номер-то я помню, а вот куда идти… Но все-таки хорошо, что я прошла в Питере хотя бы однодневные курсы по безопасности – как-то спокойнее. Но и на судне очаровательный safety officer дал подробный инструктаж, изобразив в лицах все возможные экстремальные ситуации. :)
Периодически гляжу на себя в зеркало: сильно похудела, но не похорошела. Прибавилось седых волос, под глазами темные круги. Мне надо отдохнуть. Побродить по твердой земле, подышать морем. И запомнить, что всё можно пережить. Что не всегда можно изменить то, что случается с другими. И просто продолжать плыть…

Сегодня 6 июня. Северное море. Хотя, пожалуй, начать нужно не с этого.
Да. There and back again. Like Bilbo. И хотя я не иду к Роковой горе, а всего лишь работаю медсестрой на круизном лайнере, надеюсь, всё так и будет: туда и обратно. За прошедшую неделю я поняла: здесь я будто вражеский лазутчик с одной-единственной целью – выжить. Продержаться до конца контракта. Мою предшественницу уволили через три месяца её пребывания на корабле. Моя задача – выстоять хотя бы те же три месяца. Ну и задача максимум – дождаться той самой последней недели, когда судно высадит пассажиров и возьмет курс на Кипр. Когда на корабле станет тепло, темно и тихо. Команда будет уезжать группами, а мы, вместе с капитаном, покинем его последними. Но до этого еще далеко.

Всего две недели назад ничего этого не было даже в мыслях. Может быть, поэтому я и впала в такой дикий стресс. Меня поставили перед фактом: через три дня у Вас посадка на корабль. До этого Вы должны получить сертификаты по безопасности и пройти медицинскую комиссию. Я собралась за один день, и наутро уже вылетела в Петербург. Без фотоаппарата, электронного переводчика, со старым дряхлым мобильником. И с ужасом от предстоящего.

Я дала себе слово: ничего не говорить первую неделю, ни о чем не думать с эмоциями в эти первые семь дней. Что ж, я была права: мне полегчало. Страх и тоска – это балласт. Есть они или нет, от этого ничего не изменится, а жить мешают. Поэтому избавляться от них надо любыми силами. Надо просто продолжать плыть. В прямом и переносном смысле.
Одесситка стафф-клинер сказала мне сегодня: чтобы легче работалось, надо завести бой-френда. Опоздала с советом: я уже нашла очередной объект тайной симпатии. Естественно, у него есть дама, причем она находится на корабле. Еще более естественно, это мужчина в возрасте, с теплыми глазами и очаровательной улыбкой. Он очень трогательно заботится о своей даме, постоянно носит еду в каюту, потому что ей нездоровится. Мне нравится быть в позиции наблюдателя, не участника. Не нужно никого очаровывать – я даже косметику не брала. Я делаю что-то, с чем-то борюсь, получая минимум удовольствия, – необходимую дозу для поддержания жизни.

Это всё лирика – но она поможет мне в будущем, как уже помогло знание о «критической неделе». Возможно, однажды я позволю себе жить с комфортом, наслаждаясь, не устанавливая себя на ограниченный режим. Но какой-то голосок говорит мне, что этого никогда не будет. Я ведь всегда найду для себя трудный путь… Честно говоря, я до сих пор не очень отчетливо представляю, как я очутилась на корабле. Но, раз уж я здесь, надо выстоять. Плыть и плыть.

Ну что... Резво всё. И как обычно в таких случаях, сказать нечего. Завтра бегать целый день. Потом лететь. А потом - как получится.

Млин, как же человек зависим от социума… И даже я. Стоило сегодня одной гражданке-кадровику заметить, что у меня хороший возраст для соискателя, как я тут же воспрянула духом. Да я и сама не знаю, почему зачислила себя в старьё. В общем-то, мои проблемы с работой никак не связаны с возрастом. Да и не бывает идеального соискателя. Возраст может быть юным, но не иметься необходимых навыков, опыта. Есть дети - может часто сидеть на больничном, нет детей – может уйти в декрет… Не нужно этим всем заморачиваться, если нет желания себя пожалеть. Каюсь – было. В общем, ура – до 35 лет можно продолжать балдопинание!.. :D Но не нужно. Да я никогда этого и не делала. Учеба – это явно не пинание балды. Теперь пора применять опыт, чтобы заработать денежку. Встать на ноги и приносить пользу себе и другим. Программа максимум: к 35 годам я уже должна иметь серьезную подготовку и достаточно накоплений для организации заветной экспедиции к динозаврам!..