Сээйти айкъэ ллиэнэ тэи
аллуа итэ.
Тилле ах-энниэ тайа,
омм ваирэ алви.
Непокорный родник поет песню пробуждающейся жизни.
Первый весенний дождь - там, в сплетеньи ветвей.

Айтии раэнэ фаэ айантэ
Аили суулэ таа, дин горт-анта тиэ.
Сокол свободно летает в небе,
ветру подобный, над горной вершиной.


Эйно мэи яххи ар локиэ-алмо.
Айвиэ - антэ-ни Саэрэй тхэнно.
Привиделась мне золотистая кошка
и золотая змея у ее ног.
Осень - время, когда смола собирает свет
Солнца.

И-антъэ, ай эрто,
хэлли ар лэтти-этэ.
Сэнниа лээно мэллэ.
Прими, о земля,
ледяные цветы твои:
Белая тайна неба.

Звали ее Исилхэрин, и была она в родстве с королевским домом Нуменора. Когда шла она - спокойная и отрешенная - в своем темно-вишневом бархатном платье, расшитом по плечам черным стеклярусом, все говорили: "Вот идет Исилхэрин прекрасная, холодная, как осенняя луна." Многие искали руки Исилхэрин белолицей, Исилхэрин черноволосой, красавицы с темно-синими глазами, но спокойно отвергала всех она, не объясняя на то причин.

Лишь одного мимолетного взгляда хватило им, чтобы искать друг друга потом всю жизнь. Почему они не остановились, не заговорили тогда? Лишь несколько минут спустя поняли они, что эта короткая встреча - их судьба. Но оба уже затерялись в толпе.

Через семь лет, вернувшись из Средиземья, он увидел ее на пристани, и, не раздумывая, подошел к ней, едва сойдя с корабля. И, не говоря ни слова, шли они рядом по улицам белой гавани. Наконец, остановились они у заросшей плющом ограды дома, и спросил он:

- Госпожа моя, я не знаю вашего имени, но мне кажется, что я давным-давно знаю вас. Скажите, могу ли я просить вашей руки?

- Господин мой, только вас мыслю я своим супругом. Но, боюсь, нам не быть вместе. Я скажу вам все, хотя это может стоить мне жизни. Выслушайте меня.

- Я приму все, что бы вы не сказали, ибо воистину наша встреча дарована Валар.

Она странно улыбнулась в ответ.

- Войдемте, господин мой.


- Я доверюсь вам, хотя вы, возможно, возненавидите меня. Уже давно наша семья не верит в мощь и милость Валар. Я не знаю, откуда идут предания о творении Арды в нашем роду, но они не похожи на те, что поведаны нам Элдар. Мы почитаем Древнюю Тьму, ибо она старше Света, и силы ее - древнее Арды. Древнее Айнур и самого Эру. Мы не отвергаем Валар, но не они главные в этом мире. Мы равно чтим Свет и Тьму, но Тьму мы ставим выше.

Она вздохнула.

- Вот и все. Вы возненавидете меня - пусть. Вы можете, если захотите, выдать меня - пусть. Я полагаюсь на вашу совесть. Другого судьи, кроме вас, я не приму. Я в ваших руках. Решайте.

Он сидел, низко опустив голову. Затем тихо заговорил:

- Мне трудно понять вас - слишком все это непривычно и неожиданно. Тяжело мне. Но знайте - никогда я не предам вас. Это мое слово.

Непростой и нескорой была их любовь. Много раз покидал он Нуменор и, возвращаясь из смертных земель, становился он все суровее и задумчивее, и, хотя по счету нуменорских лет был он еще молод, седина уже начала пробиваться в его черных волосах, и все больше боевых шрамов было на теле его.

- Я становлюсь другим. Словно Забытые земли меняют меня, и нет мне больше радости здесь. Мне кажется, я перестаю быть воином. Или я стал трусом? Не могу убивать их. Дикари, жестокие, злобные... А мне жаль их. Как же не понять - не мечом и огнем... Да и почему, кто дал мне это право - судить? Не понимаю... Почему - низшие? Темные - да, грубые. Но разве мы не были такими в свое время? И убивать их - за это? Именем Валар? Обращать их в рабов?

Он закашлялся.

- Нет, госпожа моя. Вы можете услышать обо мне много нелестного. Что я и трус, и не подчиняюсь приказам, и не уважаю Великих... Верьте или не верьте - это ваше дело. Но убийцей я больше не стану. Я видел людей Харада. Они ровня нам, нуменорцам, хотя и не Валар их вели. Наверное, я начинаю верить Тьме...

И еще восемь лет прошло - а он не возвращался. И вести были всякие - что он убит, что он в плену, или, еще хуже, сбежал к врагам.

Но он опять появился - ночью постучался в дверь ее дома. Он был теперь совсем седым, и уродливый шрам пересекал его лицо через лоб и левую скулу. И впервые Исилхэрин потеряла самообладание и плакала у него на груди. Когда утром расставались они, она заметила странный перстень на его руке - похоже, что был он из стали, с очень темным камнем. Она ничего не спросила, но, перехватив ее взгляд, он странно посмотрел на нее и грустно улыбнулся.

Утром он уехал, а через неделю Исилхэрин взошла на корабль, что плыл на восток, и в руке держала она ветку омелы. Такой он увидел ее в гавани, куда, повинуясь неясному зову, пришел он этим утром. И все смотрели на прекрасную Исилхэрин, которую словно минули эти пятнадцать лет - она была по-прежнему свежей и юной.


Однажды они шли по главной площади, и ее привлекло странное оживление у дверей высокого храма.

- Что это? - спросила она.

Он угрюмо молчал. А затем сказал - резко и хрипло:

- Жертвоприношение. Всесожжение во славу Валар. Уйди.

Исилхэрин застыла от ужаса. Эти слухи доходили до нее, но она не верила.

- Их - живыми? - выдохнула она.

- Да. Но я помогу им...

Он накрыл кольцо рукой, и она увидела, как побледнело и покрылось потом его лицо. И те двое, что были прикованы к столбу - спина к спине, вдруг повисли на цепях.

- Все. Они мертвы. Им не будет больно. Идем отсюда.


И вновь была война. И сердце Исилхэрин болело от недоброго предчувствия. А потом она узнала, что он схвачен и под судом, потому что не дал перебить людей в небольшом харадском городке, взятом после двухдневной осады. Читать далее...

Пишу это под впечатлением от просмотренного фильма, очередной сказки про Золушку. Черт, я, наверное, слишком наивная и очень романтичная особа. Потому что я верю, что когда-нибудь, может быть завтра я встречу человека, который будет со мной, не смотря не на что. Может это будет так: я иду по длинному коридору этажа в школе и мы случайно сталкиваемся, поднимаем глаза друг на друга и понимаем это судьба. Просто стоим и смотрим друг на друга, не замечая течения времени. Просто без слова, потому что слова будут лишними, не нужными. Да и зачем слова, когда будут говорить наши души и сердца. А, может это случится в парке, по дороге домой. Проходим мимо, какая-то сила заставляет оглянуться, почувствовать присутствие половинки своей души. А, он позвонит случайно ошибется номер и мы разговоримся, и наоборот. Солнышко мое, отзовись пожалуйста, ты знаешь мне без так плохо. Я просто необходимо чувствовать твою поддержку, слышать слова одобрения на мои поступки, для которого я буду самой-самой, нужной и единственной. Может ты это прочтешь и поймешь, да она, та кого я искал всю свою жизнь. Найдись, пожалуйста, я жду. Очень-очень.

История Средиземья (альтернативная).

... и заодно спросите у
профессора Толкиена, что
такое шизофрения...

Эру Единственный, кого в Арда называли Илюватар, был
всегда. Вначале он создал Профессора Толкиена, порождение сво-
ей мысли. Но Толкиен стал утверждать, что это он создал Эру,
порождение своей мысли. Тогда Илюватар создал четырнадцать Ва-
лар, а Толкиен -- в отместку -- Моргота и Унголиант, причем
утверждал, что Моргот приходится старшим братом всем Валарам,
а Унголиант -- старшей сестричкой самому Эру. Вот тут-то все и
началось...
Эру создал плоский мир, послал туда Валар и населил Эль-
фами -- своими детьми. Толкиен тоже не терял времени даром и
создал Гномов и Людей, причем про последних распускал провока-
ционные слухи, что они тоже -- Илюватаровы дети.
Эру начал творить историю своего мира. Он сотворил бесс-
четное количество Эпох и еще полторы, когда снова вмешался
Толкиен. Профессор быстренько переделал плоский мир в круглый
и затопил огромное количество пахотных эльфийских земель, пос-
ле чего затеял какую-то мелкую интрижку с Кольцами. В резуль-
тате великий проект Эру был помещен в тоненькую брошюрку с не-
убедительным названием "Сильмарильон", и долгое время ни одно
издательство даже не соглашалось его печатать. Толкиен же сры-
вал миллионные тиражи и миллиардные гонорары на своих безвкус-
ных бульварных романах о хоббитах. Когда он успел создать хоб-
битов -- Эру даже не заметил.
Казалось, победа была за Профессором. Он очистил Среди-
земье от Эльфов и храмов Илюватара и спокойно перешел в иной
мир, пожиная лавры.
Но тут пришли Кристофер и толкинисты...

Горло болит, голос пропал, блин еще и на работу хожу. Вот ведь жуть какая. Поболеть не дадут:(

table border="0" style="width: 400px; border: 1px solid #EEEEEE;">Не удивляйтесь, но вы — ЭльрондВы – Владыка Имладриса, и современники отмечают, что от прожитых веков вы стали слегка рассеянным. Но ваша мудрость, по-любому, не имеет пределов, и к вам все в этой земле бегут за советом… и за Советом тоже.Пройти тест

У Аст Ахэ вновь распускаются розы,
В Барад-Эйтель нолфинги точат сталь.
При взгляде на нас у Вечных владык выступают слёзы.
А Мелькор утробно бурчит и Ортхэннер читает мораль…

Вот фалатримм, а вот нандор,
А это лайквенди и нолдор различных мастей.
Синий цвет Фелагунда, чёрный стяг Феанаро –
Не больше чем тряпки для наших детей.

Пока идёт война, пока жива страна,
Мы будем жить там, где есть...
Ползи же Фингон к Тангородриму
Вверх на западный клык, там, где рыжий висит
Нэльо на правой руке.
Виднеется вдалеке…

Шесть столетий одно и тоже…
А пришедшие застряли конкретно.
Натворили делов и курганов.
Мы уже победили, но это ещё не всем заметно.

И долго ль жить в галюциногенном кошмаре,
Всё может быть, вот только до коих пор?
И если я засыпаю у склонов Химринг,
То снится мне с похмелия злой Феанор.

Пока жива война, пока стоит страна,
Мы будем гнать всех подряд,
И растить своих драконов...
Вверх до самых высот, чтобы метров пятьсот,
И это ещё лилипут!
Ведь этого ждут… 

Выехал в Белерианд
Светлых нолдоров отряд,
Чтоб из тех, кто мучится,
Спасти, кого получится.
Берен с Люсей по лесу шли,
Ноги шаркали в пыли,
Просто так гуляют иль
Потеряли Сильмариль?
В Нарготронде же притом,
Сидит нынче Келегорм,
Сидит, песенки поет,
Берю с Люсей в гости ждет.
Он давно уж тем двоим
Две верёвочки навил.
Камень выдать гоже ль
Тинголовской роже?
В небе тяжкие крыла,
То Тхирингветиль пришла.
Для больной головушки
Ищет свежей кровушки.
Просчитав такой расклад,
Берен с Люсей йдут назад.
Пусть и в Ангамандо,
Будь оно не ладно.
Вот возвращается назад
Светлых нолдоров отряд.
Кого надо, тех и спас,
А всех прочих в другой раз.
Жалоба некой эллерэ Тано Мелькору
Вы не поверите, Мелькор,
каково здесь живется Эллери,
здесь, где понятие Тано
сводится лишь к Морингото.
Сколько ни припоминаю,
хуже нам приходилось
только в Барад-Эйтель,
и то далеко не всегда.
Вы не поверите, Тано, --
здесь на Эллери косятся.
И говорить как в Твердыне,
кажется, я разучаюсь.
С кем бы тут, впрочем, общаться --
разве с собою да с Вами,
ну а подслушает кто --
Я знаю, что будет тогда!
Впрочем, вчера ностальгия
овладела мною смертельно.
Вспомнились чёрные маки,
дождь и мокрый Аст Ахэ,
Гэлморна взгляд прощальный,
чёрные очи Курумо,
и, каюсь, тогда случилось
и что-то нашло.
И вот тогда я сказала
все про их мир и обычай
на классическом ах’энн
и, хлопнувши дверью портала,
ушла я из замка на площадь,
сижу там и жду возжиганья.
Вы не поверите, Тано,
как же нам здесь тяжело!
Shule shule shule agra
Shule I am sure he loves me
When he comes back he'll marry me...

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ-ПРИЗЫВ ДЛЯ КОЛЛЕГ: это не квалификация, как мы с Вами
понимаем ;), а просто ассоциации. Добавления, исправления и т.д.
приветствуются

Баллада Галадриэль – допрос
Как мы отреклись от Даров, как мы потеряли наш кров – миграция
Здесь надо быть как все – насильственная ассимиляция
Укравший камни умрет – подготовка к покушению на убийство
И всякий, кто встанет у нас на пути, за нами уйдет во мрак – умышленное убийство
Клятву скрепить о сильмариллах Вас призываем, Древние Силы – нотариальное удостоверение односторонней сделки
И тот, кто в живых, остался в живых, за всех остальных исполнит наш договор – переход обязанностей в порядке наследования
Путь
безнадежен, но так суждено – кабальный договор + pacta sunt servanda
(договоры должны соблюдаться) принцип международного права
Сердце дочери похитил, этим оскорбил смертельно нас с женой – оскорбление Величества + нарушение права на частную жизнь
Он сословья второсортного – расовая дискриминация
За душою ни гроша, в кармане ни шиша – банкротство
Их судьба не ниже, она иная – принцип равенства
Звездный камень из короны вражьей я его послал вернуть – подстрекательство к совершению преступления
Я его послал – высылка иностранного гражданина в административном порядке
Приход Берена в Нарготронд – незаконное пересечение государственной границы
Друг ты или враг? – допрос должностным лицом пограничной службы
Я прошу о помощи, государь – право на обращение в органы государственной власти
И свое кольцо ему отдал в дар – договор дарения
Чтобы отплатить потом той же платой – сделка под условием
Тебя я узнаю. Ты сын того героя… - установление личности в административном порядке
Он же не желает нас видеть вместе – нарушение права на частную жизнь
За нее он требует сильмарилл – торговля людьми (эльфами)
Я пойду к Врагу, что сидит на троне… Вырву сильмарилл из его короны – разбойное нападение
Я проклинать не смею выбор твой – свобода выбора
Не в том беда, что мне нельзя назад – лишение гражданства
Призывая под стяг ратный... – мобилизация
Ты не любишь смертных – национализм
И заплатишь нам, как заплатит каждый! – угрозы
Посмотрите
все, наш король свихнулся! – лишение/или ограничение дееспособности,
стойкая неспособность выполнять должностные обязанности по состоянию
здоровья
Вот венец и трон. Вам его дарю! – добровольная отставка
Я всегда считал, что достоин трона! – самовыдвижение кандидата
Слишком молод ты примерять корону – недостижение цензового возраста
- Что за наглый тон?
- Ты желаешь драки?
Выбирай слова!
- Не копти, как факел!
Никогда у нас с тобой согласья нет!
Как делить нам власть честно?
На двоих - одно место! Предвыборные дебаты
Видно, драки нам не избежать – подготовка к насильственному захвату власти
Хоть зови его обратно... – избрание на второй срок
Я отдам ее любому, кто ее от Берена оттащит прочь – династический брак, принуждение к вступлению в брак
А другого коронуем – инаугурация
Дочь родную продал за сильмарилл – опять торговля эльфами
И отвоюю то, что мне принадлежит – виндикационный иск
Неопознанные
лица вторглись в ваш предел – незаконное пересечение государственной
границы незаконными вооруженными формированиями с целью захвата власти
и/или покушения на убийство главы государства
Как посмел нарушить ты предел чужих границ – незаконное пересечение государственной границы
Плющом увился арбалет, сменили струны тетиву – разоружение
Таков закон – dura lex sed lex
Вспомни о том, кем ты рождена на этот свет! Род Феанора или гордец без имени - дай ответ! – установление отцовства
Плен
– пытки, унижающее человеческое достоинство обращение или наказание,
нарушение права на справедливое судебное разбирательство
Лютиен vs Саурон – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью главы иностранного государства, соучастие в побеге
Вам - пройти насквозь огромный мир – расширение шенгенской зоны

ПРоФСоюЗ MD добро пожаловать в скромный замок!
[500x474]

Шелест рваных знамен
Автор: Т'Айр Черный Ветер
Подбор: Ольга Тал Шиар




Am Dm F E
На своих и чужих этот мир мы все делим от века
Am Dm G
И на светлых и темных мы делим весь обжитый свет
Dm E Am F
И только в своих замечаем порой человека,
Dm F E
Как будто средь тех, кто не с нами, людей вовсе нет


В кровавых боях каждый день кто-нибудь погибает
И стонет земля вместе с небом от вечной войны
И те, кто остался - великий почет добывают
А тем, кто убит, остаются лишь вечные сны, сны E7

Am F C G
В шелесте рваных знамен, в крике ворон, в звоне клинков
Am F C G
Вечный один закон - кто не устоял, тот побежден!
Dm Am Dm Am
Зелень венков устилает курганы, только старые раны
Dm Am E Am
Да молитвы о мире в этом проклятом Мире

Dm Am E Am
Нам осталась лишь память, нам осталась лишь честь.

И в день изо дня идут цифры кровавому счету
На смену отцам, подрастая, идут сыновья
Но к миру, как к цели мы не подошли ни на йоту
Под щедрым багряным дождем засыхают поля

И надо бы бросить оружье и мир творить вместе
Чтоб детям своим подарить красоту и любовь
Но кто же оставит обет о праведной мести
Когда об отмщенье взывает друзей наших кровь, кровь!

В шелесте рваных знамен, в крике ворон, в звоне клинков
Вечный один закон, кто не устоял - тот побежден
Зелень венков устилает курганы, только стране раны
Да молитвы о мире в этом проклятом Мире

Нам осталась лишь верить, нам осталось лишь ждать.

На своих и чужих этот мир мы все делим от века
И на светлых и темных мы делим весь обжитый свет
И только в своих замечаем порой человека,
Как будто средь тех, кто не снами, людей вовсе нет

И снова гремят в поднебесье жестокие битвы
И счет потерялся всем тем, кто не вышел из них
Небес не достигнут о мире и счастье молитвы
Пока мы все делим наш Мир на своих и чужих, на своих и чужих!

В шелесте рваных знамен, в крике ворон, в звоне клинков
Вечный один закон, кто не устоял, тот побежден
Зелень венков устилает курганы, только стране раны
Да молитвы о мире в этом проклятом мире...

Нам осталось лишь верить, нам осталось лишь ждать, нам осталось лишь петь...

Молчи, когда звучат мои Слова
И платье вьется по ветру, как знамя,
Но после - губы отыщи губами
И дай забыть, что снова не права!
Трава и пламя. Пламя и трава...

Струной гитары зазвеню, лишь тронь -
Но Ты не тронешь, неприступно светел...
И словно стон, опять звенит в рассвете:
"Скачи быстрее, мой верный езвый конь..."
Огонь и Ветер. Ветер и Огонь...

Добро пожаловать Великий Звездочет!
[458x699]

И снова не будет света
В разрывах фиолетовых туч,
Заплачет осеннее небо
О тех, кого рядом нету
В ту ночь на излете лета.
И стены тонкими станут,
И звезды странного цвета
В забвенье, как в воду, канут.
Утихнут пустые споры –
И все мы иными станем,
И молча в окна заглянем,
Где свет одиноких фар
Дрожит на асфальте влажном,
И в том отголоске спора
Неважное станет важным…
Так плакал осенний Город,
Струясь по ночной листве,
Стекая по мокрой траве,
И ветви вздыхают печально,
И в этом шелесте веток
Я слышу плач по лету…
А дождь бахромой хрустальной
Глаза фонарей закроет,
Слепые окна затянет –
И тайну ночь не откроет,
И снова меня обманет.
Тот дождь, напоенный светом,
Всю ночь мне в окно стучался –
Так Город прощался с летом.
Так Город со мной прощался.

поменяли дизайн на лиру. Валар, какой-то он галимый!

Ну почему некоторые люди не понимают нормальных слов. Мне казалось, что мы все выяснили в прошлом году. Нет надо опять бередить старые раны. Не хочу я об этом больше разговаривать. Никогда. Никогда. Никогда. Нам нечего обсуждать – мы все решили. К тому же я поняла, что не надо опускаться ниже себя, что бы угодить кому-то. Это результат вчерашних размышлений, под аккомпанемент гитар.

Творящая торжественный обряд,
Как Жизнь желанна, как Огонь опасна,
Вплетаешь ты в свой праздничный наряд
Зеленый, золотой, багряно-красный.

Как свечи, эти листья догорят,
Но верю – гибель будет не напрасной.
Смотрел я – и нашел тебя прекрасной,
Сестра моя, я твой безумный брат.

Огонь и Жизнь, как лист и гроздь рябины!
За танец твой, что силу излучает,
Лишь малым одарить тебя дано…

Так пусть не золото тебя венчает,
Но камень, в коем слиты воедино
И лета мед, и осени вино!