Глава 7.
Игоря оставили в моей группе. Большого труда мне стоило уговорить Теплова пойти на это, но в итоге он согласился. Всего нас получилось пятеро: мы с Игорем, Моргана, которая сильно привязалась к здоровенному десантнику, Совенок и один из эльфов, Эндорилас, тот самый, который так не хотел вставать в строй в первый день моего пребывания в Кариолисе. Его выбор всех очень удивил, но отказывать никто не стал, тем более, что за срок обучения Андрюха – как его называл весь человеческий состав, - показал себя вполне неплохим напарником.
Ранним утром группы выстроились на плацу напротив казарм. Ротные и командиры взводов совещались с Тепловым, старшины бегали вдоль строя, последний раз проверяя снаряжение и амуницию курсантов, а курсантам было уже все равно, что творится вокруг них. Наконец офицеры разбежались по своим подразделениям, и тоже встали в строй. Все стихло и майор Теплов заговорил.
- Итак, курсанты, настало время последнего экзамена. Сейчас старшие групп получат индивидуальные задания, и вы будете перемещены в тестовые миры. Напоминаю, о вашей причастности к Кариолису никто не должен узнать. Действуете быстро, четко, оперативно и, что самое важное - скрытно. Задачи у каждой группы разные: у кого-то – боевые, у кого-то – разведывательные, ну а кому-то повезет – задачу группа выберет сама, по обстоятельствам. Замечу: ваше локальное время будет отличаться от нашего, поэтому – касается реальных людей, – отсутствия вашего, затраченного на прохождение экзамена, у вас дома никто не заметит. Итак, в добрый путь. Командирам рот – вывести группы на исходные позиции, провести инструктаж со старшими групп. Свободны.
Зашевелились ротные, посыпались команды и курсанты стали растекаться в разные стороны. Шагающий рядом со мной Игорь пробормотал:
- Ну вот, теперь еще минут пять инструктажа, а потом – вуаля! – и мы там.
- А на что это похоже?
- Переброска?
- Ага…
- На лифт. Ты заходишь, за тобой закрываются двери, а когда открываются – перед тобой уже совсем другая картинка. С той лишь разницей, что едва ты выходишь – лифт пропадает.
- А как мы обратно то попадем?
- А это уже каждый раз по-разному…
- В смысле – по-разному?!
- В прямом. То ли это будет пещера, то ли дверь в стене, то ли лифт, может быть, придется в пруд нырять… На инструктаже тебе дадут координаты выхода, поэтому не волнуйся заранее по этому поводу.
- Угу… Успокоил…
Я думал, что мы направляемся в казарму, но рота прошагала мимо – в сторону полигона. Я искоса глянул на Игоря – внешне тот выглядел спокойным и невозмутимым, лишь желваки на скулах выдавали его. Другие бойцы моей группы внешних признаков беспокойства не проявляли, лишь только Совенок изредка нервно сглатывал да казался ростом чуть меньше, чем обычно.
Мы вышли на полигон – огромных размеров поле, поделенное на секторы – по количеству всех взводов Кариолиса. На территории сектора уже поджидала нас бригада техников. Однако ротный не торопился распускать людей, лишь скомандовал «Вольно» и принялся ковыряться в своей полевой сумке, извлекая оттуда списки. Также я заметил стоящий поблизости стол, накрытый тканью.
- Задания лежат там… - прошелестел рядом Игорь и кивнул в сторону стола. – Сейчас роту перестроят по группам, вынесут его на середину и начнется…
Так и случилось. Когда последняя группа заняла свое место, а стол вынесли на середину строя, ротный развернул список и начал зачитывать имена.
- Сержант Заяц.
Заяц вышел из строя и неторопливо направился к командиру. Даже такой ответственный момент не смог сбить с него его вечной сонливости. Ротный торжественно вручил ему конверт, Заяц так же неторопливо откозырял, сунул конверт подмышку и пошагал обратно. За Зайцем задания получили Олаф, Лаванда и Ратибор, потом к столу прошагали два эльфийских командира, потом еще три группы, командовали которыми хэлкары, потом снова эльф… По мере того, как уменьшалась стопка конвертов на столе, росло и мое удивление. Все чаще я чувствовал на себе настороженные взгляды моих напарников, но что им сказать, когда я и сам не понимаю, что происходит. Игорь тоже молчал, лишь только желваки на скулах у него заходили сильнее, да брови нахмурились.
Конверты на столе кончились. Ротный отдал приказ техникам и те разошлись по группам, увлекая их за собой. Сам же Любенцов направился в нашу сторону.
- Капитан, а наша группа что, не будет проходить последние испытания?
- Сержант, у нас появилась небольшая проблема. Вольно, ребята, - скомандовал он нам. Я отметил, что тон его изменился, потеплел, что ли… - Помнишь, сержант, ты как-то раз у меня спрашивал, зачем вам такая подготовка?
- Эээм… Помню, ага.
- Помнишь, что я тебе ответил тогда?
- Конечно помню, капитан. Вы сказали, что каждый патрульный теоретически может стать бойцом спецподразделения.
- Так вот, тебе, сержант, тебе и твоей группе предоставляется возможность стать бойцами спецподразделения. Практическая возможность, понимаешь?
Я не увидел, скорее, почувствовал, как напрягся и без того Читать далее...

Йа ф сети наканец-та!!!)))) Зато терь на квартире живем...))

Гладиатором быть просто: у тебя есть враг, есть цель - убить его, есть надежда - прожить еще один день. Я гладиатор. Я хороший гладиатор - уже много крови я пролил на этой арене, в угоду толпе. Меня приветствовали стоя, меня засыпали цветами. Все блага жизни были доступны мне - хорошая пища, вино, женщины… Все, кроме свободы. И в очередной раз я должен выйти на песок арены, чтобы порадовать публику и снова доказать, что я стою жизни. Я набрал полные легкие воздуха, ненадолго задержал дыхание, чтобы унять неприятную дрожь в пальцах, потом резко выдохнул, поудобнее взялся за рукоять длинного меча и вышел на освещенную площадку.
Мой противник, еще совсем мальчонка, держался настороженно. Из одежды на нем болталась только повязка на бедрах, да легкие сандалии, шнурки которых поднимались почти до колен, прикрывали ступни. Вооружен он был так же неброско - короткий меч да небольших размеров щит. Я невесело усмехнулся, и моя усмешка ужасом отразилась на его лице - видимо, ему сказали, с кем будет происходить его сражение.
Толпа взревела, когда мы шагнули друг к другу. Я вдруг заметил, что мальчонка то мой не так плох, как показалось вначале. Сейчас в его взгляде не было растерянности, весь его вид выражал решимость и сосредоточенность. Остановившись в паре шагов, мы начали кружиться - перемещаться вбок друг напротив друга, делая иногда пробные выпады и выискивая слабые места в обороне противника. Запоздало я отметил, что противник странно держит щит - обычно бойцы прикрывали им грудь, он же держал руку слегка на отлете. Сам он немного присел, выставив одну ногу в мою сторону и опираясь на вторую. С подобной тактикой я еще не встречался, поэтому не стал сразу рваться вперед, хоть с трибун и стали порой доноситься гневные выкрики - зрители требовали крови.
Момента, когда противник начал движение, я не уловил. Вот он стоит передо мной в своей странной позе, миг - и его меч просвистел всего в ладони от моего лица, спасло только тренированное тело, которое среагировало быстрее мозга, отшатнувшись назад. В ответ я наотмашь махнул своим клинком - не целясь, наудачу, лишь бы выиграть более удачную позицию. Удалось - противник немного сместился назад, а я, воспользовавшись неожиданным успехом, качнул тело вперед, на этот раз уже прицелившись мечом по выставленной вперед ноге. Резкий удар в голову отшвырнул меня, заставив кувыркнуться через голову. Еще раз кувыркнувшись назад, я резко вскочил и описал мечом вокруг себя сверкающую дугу - мне нужны были несколько мгновений, чтобы придти в себя и понять, что случилось. Этих мгновений мне дано не было - щит, которым мальчишка встретил мою сталь, зазвенел, отлетая, но клинок его летел мне прямо в горло. В последний момент я успел перехватить его руку и поднырнуть под нее, оказавшись за противником. Резко дернув его за кисть, я одновременно подставил ногу - мальчишка грохнулся всем своим небольшим весом на песок арены. Толпа взревела, но сейчас я меньше всего обращал на нее внимание. Сейчас мне предстояло убить человека. Человека, виноватого лишь в том, что он хотел жить.
Я занес меч, чтобы по обычаю отрубить ему голову, когда наши взгляды встретились. В этом взгляде не было страха, не было просьб о пощаде, я видел лишь отблески азарта, постепенно гаснущие. Рука моя уже начала двигаться вниз, когда я уловил необычный звук - треск и рычание. Кинув быстрый взгляд в сторону источника, я едва успел увести удар - в центре арены стояла клетка с тиграми, в которой они смогли выломать один из прутьев, и теперь по одному выходили на песок. Трибуны замерли. В наступившей тишине было отчетливо слышно зловещее рычание хищников, да хриплое дыхание моего противника. Стражники не торопились выходить к нам - четыре тигра, полукольцом охватывающие нас, явно не вдохновляли их на подвиги. Решение пришло моментально. Снова взглянув на упавшего мальчишку, я протянул ему руку и с удовлетворением заметил, что погасшая было в его глазах искра азарта снова начала разгораться. Рывком поднявшись, он кивком поблагодарил меня и подобрал отлетевший щит. Внимательно присмотревшись, я заметил на щите кровь и машинально провел пальцами по своему лицу. На пальцах осталась кровь - вот значит, чем он умудрился меня огреть. Звери подходили все ближе и ближе, хвосты их судорожно подрагивали в предвкушении легкой добычи. Шансов не было. Оставалась лишь надежда.
В нескольких шагах от меня в песок ударился щит - один из стражников, решил помочь. Довольно осклабившись, я подобрал подарок и повернулся к бывшему своему врагу. Он кивнул мне, и развернулся спиной, полностью переключившись на подбирающихся зверей. Мысленно обратившись к своим богам, я начал просить сил у них, чтобы выйти из этой схватки живым, но небеса снова остались глухи к моим мольбам. Значит, снова придется рассчитывать только на себя.
Звери атаковали одновременно со всех сторон. Мы, прижатые друг к другу, были очень ограничены в маневре, но это не помешало мне отсечь лапу одной киске, опрометчиво решившей меня потрогать. Раненое животное с Читать далее...

В колонках играет - Californication

Чтой-то мне красные полосы на зеленом фоне слегонца поднадоели, да и люди жалуюцо... Хотел сначала поставить красно-зеленые на синем фоне, но потом так подумал... Кароч, у нас лето, нафих..)) Пускай глазы на листве отдыхаютЪ)

Я не люблю осень, а сейчас вот почему-то захотелось... Осень - это ведь красиво... Если отбросить грязь, отбросить вечную морось - то получится очень даже приятная картина... Красно-желто-золотые листья на деревьях мешаются с зеленой хвоей... В воздухе - ожидание чего-то... Все готовятся к зимней спячке... А сон - хорошая штука сама по себе... Единственно, что в нем не особо приятно - он очень похож на смерть...

Когда сеть заменяет реал - это ведь плохо, да? Надо что-то менять...

Мы с тобою - две капли разные
Одной воды, слезы облака.
Разобьемся о землю стразами
Разлетимся, вокруг да около.
Бесконечное вниз стремление,
Награжденное солнца взглядом,
Принесет траве упоение,
Нас с тобою положат рядом.

Может быть, попадем на лица,
По щекам разотрут руками.
Нас не станет с тобой, сестрица.
Сохнет кожа воды следами.
Или может быть в стекла оконные
Сердцем осени постучимся,
Разбудить нам печали сонные
Тихим стоном души случится.

И нас с тобой не отыскать, все, что мы есть, - вода
Лишь остается ждать серебро дождя

Нам с тобою земли не коснуться
Мы исчезнем в горящем пламени
Чтобы еще один раз завернуться
В нежный шелк темно-синего знамени

Чтобы еще раз подняться
И чтобы опять пролиться
Только бы не остаться
В вечности льдом искриться

В колонках играет - Пока писал, там стока всего проиграло...
Настроение сейчас - Грустно...

Ну что же... Попробвать рассказать миру о себе? Тяжкое это дело - рассказывать о самом себе, ну а как иначе то?
Родился я в славном СССР в конце прошлого века. Как-то так сложилось, что родителей моих занесло на Кавказ, на БНО - Баксанскую Нейтринную Обсерваторию, где они и осели. Итак, прожил я в горах первую часть своей сознательной жизни - целых 9 лет. Наверное, сказалось это на всем остальном, ибо горцы по статистике народ более выносливый чем равнинники. В общем, когда началась перестройка, БНО стала разваливаться, поэтому мои родители решили скипнуть поближе к цивилизации, а именно - в Ставрополье, в город Пятигорск. Ясен пень, что и меня с собой зацепили, и сестренку мою малолетнюю.
Здесь, в Пятигорске, поначалу туго было - поселочек у нас маленький был, там если человек 1000 будет, то это уже вряд ли, а тут сразу на тебе!!! В общем, из первой школы, в которую я тут пошел, меня выгнали - все то, что мне пытались втюхать, я уже давно знал, а поэтому на уроках абсолютно нифига не желал делать. Следующая школа оказалась посерьезнее, там было интересно, там вдалбливали все основательно, там я окончательно перестал быть дикарем. Правда, потом я все равно в другую школу перешел, но это уже так, мелочи..
В выпускном классе у меня появилась мечта - поступить в военно-морское училище и стать офицером-подводником. Усиленная подготовка к вступительным экзаменам и провал на медкомиссии - это было тяжжелым ударом. Не прошел по зрению - глаза я себе сжег полугодом раньше, когда при восхождении ударился лицом о скалу и разбил солнцезащитные очки. Апатия и полнейшее нежелание поступать куда-либо в другое место продлились довольно долго - почти полгода. Однако я узнал, что в ТРТУ есть военная кафедра, и что готовят там именно подводников. Не мытьем - так катаньем, посему рванул я в Таганрог. И обломался - не хватило двух баллов до бюджета. Поворотив лыжи обратно, я заехал в Ростов и сдал документы в ДГТУ, куда, к своему удивлению, поступил совсем без проблем.
Год в Ростове многое изменил - у меня появилось множество друзей, да и головой чуть постарше стал... Однако это не помешало мне бросить учебу и вернуться в Пятигорск.
Я ушел в армию и попал туда, куда ну никак не думал даже попасть. БТВ, бронетанковые войска (пускай даже такой аббревиатуры не существует;)), наводчик орудия танка Т-72Б. Армия... Эти два года с успехом могут заменить собой целую жизнь, потому как и являются отдельной жизнью. Учебка, часть, стрельбы, наряды, караулы, командировки - где только не побывал наш славный гвардейский экипаж! Армейская жизнь кончилась, но граданка уже не была такой беззаботной и безоблачной. На многие вещи я стал смотреть по другому. Очень на многие.

"Вот уже и письма некому писать,
Вот уже и лица стал я забывать.
Пота вкус соленый, крови красный цвет
То ли это было все, то ли нет..."

Я тяжелый человек. Общаться со мной трудно, порой небезопасно, однако же люди тянутся... Вот и приходится прятаться в сети, за единичками и ноликами. Однако, что меня больше всего удивяет - как жена моя меня выдерживает...

Мы души тех, кого хоронят рядом
От бесконечно мертвых в сорока шагах
Насквозь пронизанные манной звездопадов
Мы отражаемся в бесчисленных зрачках...

Настроение сейчас - депресс

Как же жарко на улице... После снега, после того, как на морене нас чуть не посдувало к чертовой бабушке, после минусовой температуры вообще нахождение в городе делается проблематичным... Раскаленный асфальт, раскаленные крыши домов, дрожащий воздух, потные маршрутки... Стоит только вспомнить, как за доской остается снежный след, как шуршит он под декой, как ветер дует тебе в лицо... Пускай кожа отваливается потом пластами, пускай обмороженные щеки ноют от любого прикосновения, пускай, пускай, пускай... Я не люблю город...

В колонках играет - фигня какая-то
Настроение сейчас - спать!

Сопсна, вот... устал как собака, обгорел, как не наю кто... зато покатался всласть..
блин, от клавиатуры руки отвыкли..(

Все сведения о наших перемещениях Крокодил будет кидать на www.free-line.net

В колонках играет - Pain & prodigy VS Chaba & More.mp3
Настроение сейчас - фиг его... без поллитра не разберешь.

Завтра утром отъезд. Сегодня все суетятся - новички и значки уже собрались и теперь нервничают и вспоминают, а все ли они взяли, ничего ли не забыли... Более опытные, значкисы, тоже собрались, но нервничают не меньше новичков - они-то уже представляют, во что ввязываются, и не будет им покоя этой ночью...
Разрядники - это уже начинающие пофигисты. Они уже знают, чего им стоит ожидать, поэтому сходу отметают всякие шампуни и прочую хрень, которой так много найдется в рюкзаках новичков... Рюкзаки разрядников еще ожидают своей участи - где-то в районе 2-3-5 часов ночи-утра. Сами же разрядники сидят, квасят пиво, занимаются сексом, смотрят телевизор, просто фтыкают напоследок на городские пейзажи...
Старшие разрядники тоже нервничают. Они уже вышли на тот уровень, когда им вообще все фиолетово, они сами уже давно имеют право самостоятельного выпуска, но тут почва для нервных переживаний другая - ставки на то, кто из новичков и значков сдохнет первым, уже сделаны, и теперь старшие разрядники с нетерпением ожидают результатов. Рюкзаки их уже давно собраны - точнее, они не разбирались с прошлого выезда, который у них был два дня/три дня/неделю назад, так только, косметически - ну там посуда, носки грязные, пара-тройка маек и все. Поэтому они, как и положено старшим разрядникам, страдают фигней - висят на стенках, копаются в огородах, один сдает дипломную (или уже обмывает, не в курсе еще), один вот сидит в инете и пишет непонятную заметку в дневник...
Один лишь только инструктор на все забил и лег спать... И ведь дрыхнет, хад, и храпеть даж умудряеццо, да так, что даже сквозь наушники слышно...
А мне еще отчет писать, по майскому выезду... Отрицательная сторона частой работы в горах - все становится однообразным и выезды перестают отличаться один от другого... На дворе уже июль, а надо вспомнить, что творилось в начале мая...

[700x468]

- Ну а если бы я Вас спросил, что Локи был за человек?
В кадре, на фоне полной окурков пепельницы, появляется рука Макса, держащая тлеющую сигарету – видимо, он забыл о ней, раздумывая о чем-то. Постепенно становится виден весь Макс – он смотрит в окно. Пепел осыпается с сигареты, Макс поворачивается и по слогам выговаривает:
- Че-ло-век.
Появляется образ Локи, сидящего возле колонки. Парень улыбается своей чуть смущенной улыбкой.
- Нет, я бы сказал что он был гений.

«BLOW UP»
Подвал. Слышна оглушающая энергичная музыка. На фоне коробок сидит крыса и спокойно умывается. Параллельно с ней виден Локи – он вскакивает с кресла, натягивает майку, застегивает ремень, хватает фотоаппарат и сигареты, берет пульт и отключает звук, после чего подмигивает и идет к выходу. Возле самой двери он внезапно останавливается, лицо его искажается в гримасе неудовольствия, он поворачивается к музыкальному центру и снова включает звук. Крыса в этот момент пугается и взлетает по коробкам к потолку.
Слышна песня:

Опять седой асфальт
Стекает по ногам
Карманы по бокам
Меня не помнят

Локи выходит из комнаты, поднимается по лестнице и выходит на крышу. На красном закатном небе висит огромное желтое солнце, на этом фоне стоит на задних лапах крыса, которую парень и фотографирует. На фотографии крыса расположена на переднем плане, кажется, что она закрывает собой весь мир, даже солнце кажется игрушечным по сравнению с ней.
В фотолаборатории, освещаемой красной лампой, Макс и Локи разглядывают только что отпечатанный снимок.
Макс шутит:
- Хы, круто! Особенно название для серии – «Гигантские крысы-мутанты, настоящие хозяева города».
Скептическая усмешка на лице Локи постепенно сменяется на привычную улыбку, а Макс продолжает:
- Какому журналу предложишь на этот раз? Метрополитен тебя уже три раза посылал.
Локи хмурится и отвечает:
- Угу, им бы больше подошла «Пижамная девственность», ну, или «Первая помада в моей жизни».
Локи просматривает отснятые кадры и говорит, усмехаясь:
- Если все это стоит дороже пленки, на которой снято, то я – египетская пирамида!

Чаплин молча курит, держа сигарету кончиками пальцев. Слышится голос Пух, чуть позже появляется она сама:
- В общем, от него остался только CD-плейер и футболка. Все остальное разлетелось в клочья.
Девушка огорчена и не скрывает этого – по лицу ее стекают две слезинки.
Появляется Мэл, сосредоточенно высматривающая что-то на стене.
- Ну а если бы я Вас спросил, что Локи был за человек?
Девушка думает мгновение, после чего резко встает и подходит к окну.
- Он работал в мгновенном фото, знаете, такие небольшие кабинки, которые стоят в супермаркетах. – Девушка села на подоконник. – Туда садишься, задергиваешь шторку, щелк! – и готово. Никто же не знает, что там человек сидит.

«NOBODY KNOWS»
Слышна песня:
Холодная вода
Стекает на лицо
Которое число -
Меня не помнит
Снова всем привет
Слышишь или нет

Появляется огромный супермаркет. Внутри ясно видна вывеска «ExpressPhoto», висящая над дверью. В дверь заходит человек, кидает монетку, которая катится по запутанному желобу и приводит в действие механизм, к одному из концов которого прикреплена игла. Локи, сидящий за стенкой, подпрыгивает от неожиданности, хватает фотоаппарат и делает несколько снимков. Лицо его снова нахмурено.

- Ну а если бы я Вас спросил, что Локи был за человек?
Виден город. Отвечает Джей Ди.
- Буквально за день до трагедии мы говорили с ним о том, что ему необходим менеджер или директор. Людям только взглянуть на его фотографии, – на несколько мгновений появился Джонни, вытер нос длинным рукавом и снова исчез, - сразу понятно, что это – настоящее искусство.

«REAL ART»
По мосту едет хаммер, за рулем которого сидит Джей Ди. Локи сидит рядом. Джей Ди говорит:
- Знаешь, я уверен, что тебе надо лишь умереть, чтобы получить признание.
Парни выходят из машины, Локи закуривает. Джей Ди продолжает:
- Взгляни на историю сам, что ты там видишь? Великих мертвецов.
Локи одевает темные очки и смотрит на дорогу, по которой мчатся машины и пьет пиво из бутылки, спрятанной в бумажном пакете. Допив бутылку, Локи надувает пакет и готовится лопнуть его.
Джей Ди снова садится в машину и произносит:
- Когда ты мертв, это становится интересно.
Локи пожимает плечами и хлопает ладонью по надутому пакету. Слышен звук взрыва, следом за ним слышится голос диктора новостей:
- В результате взрыва на Большом Бульваре сегодня погиб выдающийся фотограф нашего времени Локи. – Появляется дверь, ведущая в квартиру Локи. На столе стоят бутылки пива, возле музыкального центра стоит кресло, на спинке кресла – пепельница. На кресле лежит фотоальбом. - Слава и признание настигли художника в последний момент, когда он заканчивал работу над новой серией фотографий неопознанных сумок и оставленных без присмотра вещей. Правоохранительные органы не сомневаются в версии террористического акта.
Снова появляется Джей Ди. Он остановил машину прямо посреди улицы, смотрит Читать далее...

В колонках играет - Ничего.
Настроение сейчас - Переваренное

Сегодня было жарко. Очень жарко. С утра сеня вообще кошмар творился: минут двадцать шарахался по комнате, пытаясь сориентироваться... Координация нарушена напрочь. Наверное, всетки надо выспаться... Хотя я уже начинаю на весну грешить, когда каской кирпич поймал. Вроде последствий никаких не было явных, но как объяснить головные боли, как объяснить частую тошноту и постоянную сонливость?
До выезда осталось 3 дня. Снаряга есть, но вот как-то все равно не по себе - копчик мой неприятности чует. Со мной в палатке будут жить две девчушки - малолетки, одной вроде 16 (при этом уже КМС по художественной гимнастике %|), другой нет и этого, но - ЗАВХОЗ. На меня возложена ответственная миссия - не дать им замерзнуть. Мне то пофиг - спальник на -12 комфорт, а экстремальная порядка -20, но, сдаеццо мне, в нем буду жить не я..)
Сегодня купил новый рюкзак. Маленький, правда, всего 100 литров... Кажется таким маленьким по сравнению со старым 130литровым... Не знаю, куда буду складывать шмот сдохших... Хотя, с другой стороны, мне даже проще - если на маршруте кто-то сдыхает - я ухожу с этим (этими) человечком вниз и там остаюсь. Типа сопровождающего, короче говоря. Весна повторяется, блин( Кстати, евочка, которую спускал весной, таки оказалась в больнице - месяцем позже, звезданулась на спуске, на скальных занятиях. Результат - перелом и смещение (кажись такой диагноз(?)) лицевой (лицевых(?)) костей, + хорошая рванная рана на руке. Так то вот...

Коробка оказалась на том же самом месте, где я ее оставил несколько лет назад. Я залез на табурет и вынул коробку из тайника, сдул пыль и принес в комнату. Скотч и оберточная бумага поддавались с трудом, пришлось сходить на кухню за ножом. Наконец обертка поддалась, я вскрыл коробку и извлек револьвер – тупоносого бульдога, блеснувшего вороненым стволом в приглушенном свете. Следом за пистолетом я вытащил пачку патронов к нему, вскрыл ее и вытащил только один патрон – больше мне сегодня все равно не понадобится. Отложив патрон в сторону, я взялся за револьвер, извлек барабан, откинул ствол. Оружие должно быть чистым – это вдолбил еще ротный за время службы в армии. Неторопливо протирая ветошью детали, я искренне поражался своему спокойствию – никаких мыслей, никаких забот, ничего вообще. Наверное, так и должно быть, когда собираешься начать Игру.

Я закончил чистку, убрал принадлежности и собрал револьвер, затаил дыхание и потянулся к патрону. Патрон легко вошел в гнездо, барабан, только что смазанный, завертелся, определяя результат игры. Ставка обычная – жизнь. С легким трепетом я дождался, пока барабан завершит свое вращение, после чего вставил его на положенное место и взвел курок. Итак, самый ответственный момент. Я подошел к зеркалу, поднял ствол револьвера к виску и взглянул на свое отражение. Глаза. Спокойные. Безжизненные. Когда-то мне это нравилось – холодный взгляд, горделивая осанка, гордость и холод. Сейчас… Сейчас не знаю. Что-то изменилось за эти годы. Что-то внутри. Кожа онемела слегка, придавленная стволом. Я начал медленно нажимать на курок. Он шел мягко, легко, но мои чувства обострились – я слышал, как прокручивается барабан, как взводится боек, как он начинает свое бесконечное падение с характерным щелчком, слышал, как ударяется по капсюлю патрона…

…револьвер выпал из скрючившихся пальцев и ударился об пол, следом за ним с грохотом свалилось тело…

…старенький врач из бригады «Скорой», приехавшей по вызову, развел руками со словами: "У нынешней молодежи такие слабые сердца - пуля то так в патроне и осталась..."

В колонках играет - Ордин - Сон Ц
Настроение сейчас - Убийца сиреневеньких бабочек. Серийный.

А вам когда-нибудь доводилось видеть, как играют в русскую рулетку? Мне вот - нет. Точне, видел, но это была не совсем русская, скорее, какая-то чукотская, потому как там не револьвер использовали, а обычный ПМ.
Не знаю почему, но я бы хотел это испробовать на себе. Щекотание нервов и всякое прочее бахвальство тут не при чем - сам себе я все доказал уже давно, а на мнение других (впрочем, и на отношение, в принципе) мне вовсе фиолетово. Интересно, какие мысли крутятся в это время в черепной коробке. Что начинаешь чувствовать, когда барабан револьвера начинает поворачиваться? Что чувствуешь, когда курок щелкает, но ты продолжаешь дышать? Что чувствуешь, когда выстрел всет-ки происходит? Точнее, успеваешь ли что-нибудь почувствовать? Эффект замедления времени в экстренных случаях - совсем не пустые слова, за это я могу ручаться, но вот можно ли данную ситуацию назвать экстренной?
Сейчас я не могу позволить себе такой роскоши - слишком многое зависит здесь от моего присутствия, а подводить людей я просто не имею права. Но однажды... Однажды, когда последние обязательства будут выполнены и у меня будут развязаны руки... Однажды, когда дети мои, еще нерожденные, станут самостоятельными, когда жена покинет меня, когда... когда... когда...
Однажды я решусь на это. И если будет возможность - опишу свои ощущения...

В колонках играет - Ни хрена там не играет
Настроение сейчас - наипаршивейшее....

Народ с группы притащил фотки. По хорошему, надо бы их запостить, но так впадлу, ежели по совести... Это же надо все по размерам делать, а мне сейчас вообще лишний раз извилиной шевельнуть лень. Сегодня даже сам с себя поражался - стакнулись с Харом в аське, консультировал его по поводу его рассказа.... Куда катится этот мир?
Хренов Капеллан не хочет воркать корректли.. Вроде и дрова новые для народа надыбал, и сам его переставил - однохренственно.. Пришлось по старинке заходить, и...
(продолжение через полчаса)
Все он работает, просто руки корявые не надо сувать куда не след. Так приятно понастальгировать порою...
Лан, счас вот еще рассказик один запостю - и на боковую, завтра снова тяжелый день..

Я знаю только одно:
Когда я сплю, я не знаю ни страха, ни надежд, ни трудов, ни блаженства...
Спасибо тому, кто изобрел сон:
Это единая для всех монета, это единые весы, равняющие пастуха и короля, дуралея и мудреца...
Одним только плох крепкий сон:
говорят, что он очень смахивает на смерть"
(с) Черт