,
[500x500]

А мне вот хочется звезду с неба. И еще простить себя хочу очень. И ромашек хочу, много ромашек чтобы мне подарили.
Может, много я хочу, но это живое.

Осенней ночью небо не бывает желтым. Хорошо. Не люблю желтое небо. Не желтый, радостный, жаркий. Нет, желтое небо больно. И как хорошо осенью.
Пусть тоскливо иногда, пускай. Пусть дрожь колотит и неопределенность и ошибки свои вспоминаются, пускай. Это осень, ей можно.
Жалко, что грозы редко осенью, это было бы красиво. Молнии, молнии на синем небе. Рыжим огонь деревьев снизу. Ветер и дождь.

,
[500x500]

Скоро, скоро в сон. Осени жду от снов. Нашей осени. Бегу, бегу, бегу, нет, на месте. Все мелочи. Кидаю в пустоту мелочи. А пустота мне пустым отвечает. Пустота пустоты ответ. А было, помню, верю, бывает такое, когда пустота и не пустота вовсе, а сверкающая бесконечность.

Страшно, за звезду, которая одиноко висит в небе. Страшно за осень, которая собирается стать зимой.
Желтый лист. Для кого-то желтый – радостный. Для кого-то желтый – больной. Страшно.

Хочется свежего. Хочется поставить музыку, но насколько я знаю, она еще не написана. Та самая мелодия, в которой все, где есть место и покою и радости и сомнению и злости для техногенной души.

[500x500]

Зачем все это, ползанье, шевеление, мысли всякие, зачем. Наверное, саму память уже пытаются выжечь сигаретными бычками. Ну и ладно. Цветы.

,
[500x500]

,
[500x500]

И не знал я его совсем. И еще этот пост мой глупый, про выбрасывание окон из окна.
Пришли люди в сером, огородили, измерили и накрыли простыней. Капли и листья падают сверху. Прохладно. Если бы осень длилась года два, я, пожалуй, полежал бы так, подумал.

Под окном лежит сосед. Местный алкоголик, хороший человек. Постоянно стрелял денег, но в отличие от некоторых всегда немного и всегда возвращал быстро. Наверное, он уже совсем холодный.

Бессмысленность черноты за окном опровергаю сигаретным окурком в ночи.

Не перестает меня удивлять выдумка соседей. Каждую ночь что-то новое выкидывают из окна, дня три назад окно выкинули. А сейчас пролетело очень большое что-то, серое. Пролетело ломая ветки. И упало оно с таким гулким бумом, как если кусок бетонной плиты на землю. Но летело не очень быстро. Интересно, с утра посмотрю что там такое было. И, наверное, ничего не увижу.

Незачем о главном. Незачем о личном. О осеннем чувстве потерявшем своего хозяина. Представляешь, оно там, чувствует, живет, прячется от людей. У него нет того, кто смог бы его почувствовать.

Музыка, музыка, музыка.
Жду прозрачного гостя.
Открываю окно и освобождаю табуретку.
Достаю вторую стопку.
Сдуваю пепел со стола.
Осенью сквозь окно.
Жду.

Ветер не осенью пахнет. Зимой, тем вариантом снежного запаха, когда только вышел из бассейна. Резкий вкус чистоты белого.

,
[500x500]

Как приятно ярким светом окна бить по жухлой листве деревьев. Слушать угасание звуков улиц. Смотреть в закрытые окна напротив. А они там, там, напротив, в этой кирпичной громаде прячутся, остекляются, шторами завешиваются от ночи. Шторами и стеклами от ветра. Мой вечер. Другой. Грустный.
Разные у нас вечера.