Тупик & тупняк.
Я, знаете, стала таким разговорным словом, какой-то просторечной лексикой, но эмоционально не окрасилась. Это что-то из серии гололедицы, по которой каракатицей перебираешься, отморозив напрочь красные тельца в крови. Но всё равно не то.
А, может, и была всю жизнь этим самым Базаровым, хули. Потому что я, кажется, знаю, с какой Одинцовой хотела бы просыпаться каждое утро вместе и даже согласилась бы на штамп в паспорте. Но всё равно не то.
Ведь нам, юным нигилистам, циникам и похуистам, так стыдно признать наступление этакого пиздеца своему мировоззрению. Выход из всего этого, разумеется, есть. Пандемия (//катаклизмы//катастрофы//чума и пр.) вам в помощь. Но всё равно не то.
Склоняюсь, слава Блоку, к тому, что ошибаюсь и притягиваю подтексты за уши.
Всё-таки по-прежнему самое страшное - утеряспособностиговорить.
Очень много вводных слов. Очень мало выводов.
Это всё равно что, знаете, вот если бы Вы, всё тот же и там же, привычным жестом поправили ворот рубашки, а потом окинули всех присутствующих взглядом и сказали: "Совсем забыл. Вчера видел жизнь. Она сильно изменилась с того момента, когда мы последний раз виделись". Тут же кому-то пришлось бы объяснять, о чём идёт речь, потому что не все знают наших с Вами общих знакомых. Потом описывать то, как Вы познакомились с жизнью, может, даже показывать фотографии в социальной сети и прочее-прочее. Но главное, что на вопрос: "Ну и как она сейчас, чем дышит, чем занимается?" Вы бы, увы, пожали плечами и без тени смущения ответили: "Не знаю. Мы даже не поздоровались".
Вынуждена констатировать, что крайняя степень осточертения, впрочем, как и многие другие мелкие факторы в корзинке с моими глазными яблоками, приводят меня к одному и тому же вопросу, звучащему на протяжении нескольких тысяч лет из уст каждого скучающего//страдающего эгоиста. "Зачем жить-то?" - вопрошаю я вас и себя, ибо как себя не могу ставить в один ряд с другими латентными искателями истин. Говоря общедоступнее и более внесезонно, привожу к более привычному виду: "В чём смысл жизни?". Смею надеятся на осмеяние либо на ответ, данный с любой степенью анонимности, но с обязательной честностью и субъективностью.
Бля, это же теперь навсегда,
навсегда,
навсегда!
Ой, бесит, ой бесит!
Хуй проссышь ведь, а.
Смотрю.
Потом подумать, посмотреть, но вообще дура я. Оё.
Наверху заголовок должен быть ещё тут.
Тела много, дел по горло, КПД = 0, на КПП показываю пропуск с надписью "Press", не качаю пресс, качаю права, путаю право и лево, Левомеколь-гель не помогает при растяжении мышц, мышь пишется с мягким знаком, я жду знака свыше.
Товарищи, коллеги и все остальные, каким-то случайным образом попадающие в поле моего зрения люди! Я в тупике абсолютнейшем в плане мировосприятия. Прошу прощать и жаловать.
Выше - правда. А дальше ну просто проклятие какое-то. Что бы я ни написала, всё это перевирание, враньё и словесная рвота.
Здесь было много вариантов текста, который вы странным образом заметили, надо сказать.
А вообще, я плакать начала часто. Без причины. Если вдруг что, то скажите, что так и надо было, но на самом деле это всё случайности. Случайности - это же так прекрасно. Как орбит нежная мята. Не знаю, правда или нет. И это, ну ребят, ну девчат, на самом деле никто не виноват, кроме меня.
Всёкакулюдей. Всёкакулюдей. Всёкакулюдей. Всёкакулюдей. Всёкакулюдей.
Человечество летает в космос, лечит рак, стреляет лазерами, увеличивает груди, подковывает микробов и печатает деньги. Почему среди всего этого не находится места одной маленькой, но эффективной косметической операции - это для меня остаётся загадкой.
Равенство? Братство.
Какая уж тут свобода, если мы поколение женщин, воспитанных "Бойцовским Клубом".
И опять.
И снова.
Если предыдущая строка завершается
быстротекущей и свёртывающейся субстанцией,
которую мы назовём
для наглядности
просто кодовым словом
кровь,
то значится,
что следующей в списке будет
ну эта, как её там, тоже на -овь заканчивается,
тоже
в каждом стихотворении повторяется вновь
и вновь.
Жить стало тааааак скучно. Даже люди в окнах дома напротив начали вести себя прилично.
Шёпот чавкает. Йоу.
Хочу красивых слов, не хочу слова "красивые".
Мне нечего сказать. Не моё просто. Не могу, не умею и прочие "не".
Людям надо обниматься. Крепко и без повода - почти как выпивать. Но выпивать не надо.
Обниматься, значит, и засыпать в позе зародыша. Хоть иногда.
Сказать, что творится что-то странное, = промолчать на всех языках мира одновременно, ничего вокруг не видеть и заткнуть уши гвоздями.
А Москва (та, которая из рек, высоток, холмов и солнца) такая прекрасная, что хочется выбросить из захламленных сумок всё прошлое и просто тихо и спокойно сдохнуть.
Сраные рационалисты такие живучие. Ой, такие живучие, прям аж пиздец.
Дайте пластырь, пацаны, а то я купить забыла. Желательно почтой вышлите.
Жить стало как-то тревожно, а я ужасная-ужасная дура.
Было что-то среднее между осенью и вечером. Она говорила не обо мне, разумеется: "Он просто дошёл до того момента, когда так жить уже невозможно, а изменить что-то ты не в силах". Кухня, тучи, чашка растворимого. Год назад, вроде. Я тогда была чем-то типа: "А как дальше-то жить в таких случаях?" А она: "Ну, или застрелиться, или ..."
А что там было это второе "или" - не знаю, потому что поперхнулась. Кашель-до-слёз, местоимения, кивок головой, кривой жест ладонью. Но я, конечно же, догадываюсь, чем можно закончить то предложение. Не знаю, правда, как.
И, кстати, так и не допила тогда. Отвратительный был.
Трудно общаться нормально с людьми, которые не видели твоего настоящего лица.
Твоей кожи.
Легко разговаривать с теми, кто видел тебя любой. Кухня. Бутылки. Звонки. Смущениям - нет.
Боюсь только папиных слов, а так, ну, кое-чего боюсь ещё, но это не главное.
Пока что легко. Невыносимо бытие сие.
Тьфу-тьфу-тьфу, as usual.
Сочувствие госпоже Срач. Одноразовые опьянения. До свидания, разум.
Всё-в-самом-соку.
- ll -
Перешагивая и спотыкаясь (препятствия, мусор), выращивая новые цивилизации в груде посуды, да мало ли чего ещё делая,
Короче, пацаны, не в том суть. Не знаю, в чём основная причина и так далее, но мне начинает всерьёз казаться, что мне нужна жена.
Что-то повадилась я людям открываться, душу, так сказать, им изливать, ага.
Ну, ей-богу, не человек, а банка пива.
Не, что-то совсем не первое число. По поводу интернета и всего прочего, конечно.
Приняла решение о том, чтобы принять решение, но ещё не приняла решение, когда же принять это самое решение, по поводу которого приняла решение. Задуваю свечи, тушу свет и не рассказываю буквами беззвучными. А то не сбудется же, ну.
Кстати, жёлтые очки помогают общаться с кассирами и заваривать вкусный чай, а ещё меня раздражает, когда ожидают чего-то не того, но виду не показывают. Или показывают, но ожидают ещё сильнее.
Кстати (№2), я стрелок Джонни, а в доме такой срач, что я кашляю лёгкими и задыхаюсь от формата А3.