Я сильно обжёг руки фаером... Я конечно понимаю что всем посрать... ))))

создавать или не создавать на форуме тему про выезд на ПТВП?.....

Кто идёт 12-го марта на Дистемпер? )))))

Да, в очередной раз убеждаюсь, что пути Господни неисповедимы.... )))))

Написал заявление о предоставлении мне отпуска.. )) Так что с 19-го две недели отдыхаю от работы, хожу на курсы и прочее и прочее.. ))))

Братишка (22:32:43 5/03/2007)

а мы в конце марта на птвп хотим съездить.. )))))

MarkA (22:32:50 5/03/2007)
)))

MarkA (22:32:56 5/03/2007)
наслышана)

Братишка (22:33:00 5/03/2007)
от кого???

MarkA (22:33:12 5/03/2007)
от роджера)



Ахтунг... Мы все под колпаком.... )))))

"Очень трудно играть роль Бога, - продолжал Пертос. - Может быть,
когда вы с вашей Лигой научитесь сами творить маленькие чудеса, то
обнаружите, что в действительности власть над жизнью и смертью других
отнимает больше, чем дает"

Блин, в очередной раз начинаю читать "Кукольника" Дина Кунца и снова не уверен что дочитаю... Дин Кунц - очень странный писатель. Его творчество притягивает, но я не могу сказать, чтобы мне понравился хотя бы один его роман, хотя я прочитал порядка шести-восьми...

А "Тёмная башня" всё-таки будет экранизирована...

http://community.livejournal.com/antifan_ptvp/105861.html#cutid1

полная дискография ПТВП включая живые альбомы... )))) и возможность всё это скачать... ))))

Это цитата сообщения DICKan_poWHO_ISt Оригинальное сообщение

Жизненные зарисовки...

"На остановке стоит батюшка, бородатый такой, в рясе и с крестом, поверх накинута легкая куртка. Тут к нему подходит нечто с фанатичным блескомв глазах и начинает вести разговор на тему «Не в то вы верите, батюшка. В Марию Магдалену верить надо, а вы в Иисуса Христа. Вот послушайте…».

Батюшка молчал, молчал, но когда миссионер сказал, что Христос вовсе и не Божий Сын, священник вдруг заговорил. Как и положено густым таким, распевным басом:
- Послушай, сын мой! Я ведь не католик, и не протестант. Я православный, могу и въебать!…"

Вчера мы с барабанщиком
Разъебали мою и без того разъёбанную гитару,
Причиной чего служат эти строки.
Я точно знаю, что никогда не стану
Знаменитым Русским Поэтом. Водки
Пить не умею и много ругаюсь матом,
Но вчера мы разъебали гитару
И как же начаться закату
Без этих слов, если нет струн, а курева больше
Чем можно себе представить?
Начальный размер выброшен,
Хотя он из стали.
И в самом деле, если фиксировать движение,
Потому что движение всё,
Воевать
Со своим отражением,
Быть поэтом без выебонов,
Мир разъебать как гитару,
Призывать к мировому пожару
И портить своё настроение,
Тем что пошлость это спасение...

хватит, прошу: отстань,
приступом смертной тоски.
рифмы такая дрянь.
я ненавижу стихи.

Блин, надо с фотками разобраться и выложить самые прикольные... Фотоальбом пустует.... ))))

ААААА!!!!!!!!!
15-го апреля в Tabula Rasa - 12 лет группе Ышо?Ышо! )))))))

Иисус вас любит, чуваки... ))))))

Загорелся мыслью 31-го марта съездить в Питер на ПТВП... Нужно: хорошая погода, удачное разрешение вопроса с курсами и хорошая компания.... ))))

Праздники прошли, нас догнали будни... ))))

-- Ба! -- воскликнул Воланд, с насмешкой глядя на вошедшего, -- менее
всего можно было ожидать тебя здесь! Ты с чем пожаловал, незваный, но
предвиденный гость?
-- Я к тебе, дух зла и повелитель теней, -- ответил вошедший,
исподлобья недружелюбно глядя на Воланда.
-- Если ты ко мне, то почему же ты не поздоровался со мной, бывший
сборщик податей? -- заговорил Воланд сурово.
-- Потому что я не хочу, чтобы ты здравствовал, -- ответил дерзко
вошедший.
-- Но тебе придется примириться с этим, -- возразил Воланд, и усмешка
искривила его рот, -- не успел ты появиться на крыше, как уже сразу отвесил
нелепость, и я тебе скажу, в чем она, -- в твоих интонациях. Ты произнес
свои слова так, как будто ты не признаешь теней, а также и зла. Не будешь ли
ты так добр подумать над вопросом: что бы делало твое добро, если бы не
существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с нее исчезли тени? Ведь
тени получаются от предметов и людей. Вот тень от моей шпаги. Но бывают тени
от деревьев и от живых существ. Не хочешь ли ты ободрать весь земной шар,
снеся с него прочь все деревья и все живое из-за твоей фантазии наслаждаться
голым светом? Ты глуп.
-- Я не буду с тобой спорить, старый софист, -- ответил Левий Матвей.
-- Ты и не можешь со мной спорить, по той причине, о которой я уже
упомянул, -- ты глуп, -- ответил Воланд и спросил: -- Ну, говори кратко, не
утомляя меня, зачем появился?
-- Он прислал меня.
-- Что же он велел передать тебе, раб?
-- Я не раб, -- все более озлобляясь, ответил Левий Матвей, -- я его
ученик.
-- Мы говорим с тобой на разных языках, как всегда, -- отозвался
Воланд, -- но вещи, о которых мы говорим, от этого не меняются

Мысли понеслись короткие, бессвязные и необыкновенные: "Погиб!", потом:
"Погибли!.." И какая-то совсем нелепая среди них о каком-то долженствующем
непременно быть -- и с кем?! -- бессмертии, причем бессмертие почему-то
вызывало нестерпимую тоску.



Иногда бессмертие не несёт ничего, кроме боли....

Молчание продолжалось долго, и нарушено оно было странным поведением
приведенного к Пилату. Он изменился в лице, шатнулся и, если бы не ухватился
грязной рукой за край стола, упал бы.
-- Что с тобой? -- спросил его Пилат.
-- Ничего, -- ответил Левий Матвей и сделал такое движение, как будто
что-то проглотил. Тощая, голая, грязная шея его взбухла и опять опала.
-- Что с тобою, отвечай, -- повторил Пилат.
-- Я устал, -- ответил Левий и мрачно поглядел в пол.
-- Сядь, -- молвил Пилат и указал на кресло.
Левий недоверчиво поглядел на прокуратора, двинулся к креслу, испуганно
покосился на золотые ручки и сел не в кресло, а рядом с ним, на пол.
-- Объясни, почему не сел в кресло? -- спросил Пилат.
-- Я грязный, я его запачкаю, -- сказал Левий, глядя в землю.
-- Сейчас тебе дадут поесть.
-- Я не хочу есть, -- ответил Левий.
-- Зачем же лгать? -- спросил тихо Пилат, -- ты ведь не ел целый день,
а может быть, и больше. Ну, хорошо, не ешь. Я призвал тебя, чтобы ты показал
мне нож, который был у тебя.
-- Солдаты отняли его у меня, когда вводили сюда, -- сказал Левий и
добавил мрачно: -- Вы мне его верните, мне его надо отдать хозяину, я его
украл.
-- Зачем?
-- Чтобы веревки перерезать, -- ответил Левий.
-- Марк! -- крикнул прокуратор, и кентурион вступил под колонны. -- Нож
его мне дайте.
Кентурион вынул из одного из двух чехлов на поясе грязный хлебный нож и
подал его прокуратору, а сам удалился.
-- А у кого взял нож?
-- В хлебной лавке у Хевронских ворот, как войдешь в город, сейчас же
налево.
Пилат поглядел на широкое лезвие, попробовал пальцем остер ли нож
зачем-то и сказал:
-- Насчет ножа не беспокойся, нож вернут в лавку. А теперь мне нужно
второе: покажи хартию, которую ты носишь с собой и где записаны слова Иешуа.
Левий с ненавистью поглядел на Пилата и улыбнулся столь недоброй
улыбкой, что лицо его обезобразилось совершенно.
-- Все хотите отнять? И последнее, что имею? -- спросил он.
-- Я не сказал тебе -- отдай, -- ответил Пилат, -- я сказал -- покажи.
Левий порылся за пазухой и вынул свиток пергамента. Пилат взял его,
развернул, расстелил между огнями и, щурясь, стал изучать малоразборчивые
чернильные знаки. Трудно было понять эти корявые строчки, и Пилат морщился и
склонялся к самому пергаменту, водил пальцем по строчкам. Ему удалось
все-таки разобрать, что записанное представляет собой несвязную цепь
каких-то изречений, каких-то дат, хозяйственных заметок и поэтических
отрывков. Кое-что Пилат прочел: "Смерти нет... Вчера мы ели сладкие весенние
баккуроты..."
Гримасничая от напряжения, Пилат щурился, читал: "Мы увидим чистую реку
воды жизни... Человечество будет смотреть на солнце сквозь прозрачный
кристалл..."
Тут Пилат вздрогнул. В последних строчках пергамента он разобрал слова:
"...большего порока... трусость".
Пилат свернул пергамент и резким движением подал его Левию.
-- Возьми, -- сказал он и, помолчав, прибавил: -- Ты, как я вижу,
книжный человек, и незачем тебе, одинокому, ходить в нищей одежде без
пристанища. У меня в Кесарии есть большая библиотека, я очень богат и хочу
взять тебя на службу. Ты будешь разбирать и хранить папирусы, будешь сыт и
одет.
Левий встал и ответил:
-- Нет, я не хочу.
-- Почему? -- темнея лицом, спросил прокуратор, -- я тебе неприятен, ты
меня боишься?
Та же плохая улыбка исказила лицо Левия, и он сказал:
-- Нет, потому что ты будешь меня бояться. Тебе не очень-то легко будет
смотреть мне в лицо после того, как ты его убил.