Наверное, не так важно то, о чем я думал, когда записывал то, что рождалось в моей голове на этих страницах, как важно то, к чему вы придете - если, конечно, прочтете эти записи - в своих мыслях. Или нет?
К чему ты приходишь?
На самом деле, я так много не успел сделать и так много не успел вам сказать. Оставил столько не посещенных мною стран, не взятых в библиотеке книг и не просмотренных в кинотеатре фильмов. Оставив сотни закатов, сотни бокалов красного сухого вина, десятки наших встреч, одно море и один дом, - опустевший, он вмиг постарел и покрылся слоем забвения, я потерял мечты, потерял веру, веру прежде всего в вас, люди.
Но я обрел независимость.
Я независим от погодных явлений, от песен, что крутят радиостанции, от той чепухи, что засоряет ваши мозги, когда вы включаете телевизор. Я свободен от того, что пишут в газетах, от акций и котировок, от того, насколько упал доллар и от военных действий где-нибудь на Ближнем Востоке.
Я независим от воспоминаний, от прогулок по утреннему, еще пустынному городу, оживающему в свежести выпавшей росы. Я независим от мыслей о тебе, от чувств, от каких бы то ни было чувств вообще. Я не знаю, что такое любовь и забыл, каким бывает осенний ливень или туман, укутывающий бескрайние поля.
Я не зависим от вкуса твоих поцелуев, и я обрел эту независимость, но потерял свою жизнь.
И вот сейчас, я лежу в этом деревянном ящике, на глубине, которую никогда не пробьют лучи солнца, капли дождя, и я независим. Я свободен. И прежде всего, я свободен от страха смерти.
Вот что: женщина безнадежно в соседнюю дверь стучится
так долго, что заставляет оторваться от чтения «Маленького принца»
де Сент-Экзюпери и, в то время как в кухне закипает чайник
на газовой плите, - думать о тебе.
Думать о том, что ничто не мешает напиться
этим вечером, а повод может быть хоть каким:
весна, одиночество или то, что ты далеко сейчас и с другим.
Или думать о том, мог ли я снова в тебя влюбиться.
Вещи, забытые тобой в квартире:
воспоминания о тебе, как солнечные лучи,
желания – неокрепшие и убедительные,
прикосновения твоей руки…
Ты видишь, на город ложится рассвет?!
Мысли легки,
в слова непереводимы
и счастливы мы.
А еще шапочка. А солнце прорвалось в квартиру,
пробегает по телу и все так красиво вокруг
- Аня,
утро…
Снег, взявшийся ниоткуда, заметает пустынные улицы. А через неделю мне должно исполнится двадцать четыре. Двадцать четыре – это какой-то ответственный возраст. То есть, я хочу сказать, что это совсем не двадцать два и, уж конечно, не двадцать. К двадцати четырем нужно более-менее представлять развитие своей жизни или, хотя бы, понимать, что делать дальше. А я сейчас:
- не понимаю, что мне дальше делать,
- не представляю даже в общих чертах развитие своей жизни.
С какой стороны на это не просмотри – выходит скверно. Многих своих одноклассников и друзей из параллельных классов я не видел давно. Знаю, что некоторые женились или вышли замуж, даже детей кое-кто успел завести. Практически все, о ком я слышал, как-то устроились в жизни, а я сам себе напоминаю ловца теней.
- Ловец теней, - говорю я и прислушиваюсь к собственному голосу.
Тишина. Только снег за окном и легкий дым от кружки с чаем – яблочным с корицей.
Мои дни проходят. В понедельник начинается работа, в пятницу она заканчивается. Обычная офисная работа – как у других. Старая техника, нервные клиенты, задержки с зарплатой. По вечерам – ужин и бокал пива в каком-нибудь баре или дома. Новая книга, новый фильм. Ни газет, ни телевизора.
В пятницу мы выпиваем где-нибудь. Иногда едем ко мне и разговариваем до глубокой ночи. С друзьями, в смысле. Выходные – это поездки, выставки, изредка концерты.
Что и говорить, от такой жизни впору зачахнуть.
Иногда в моей жизни появляется она. Я всегда чувствую ее рядом, но вижу крайне редко. Она приезжает ночью, она приезжает утром, и мы отправляемся к морю. Поспеваем к самому рассвету, смотрим на звезды. Затем я провожаю ее на маршрутку или мы приходим ко мне и засыпаем вместе. В эти моменты все становится на свои места, и я чувствую себя там, где мне и положено быть.
Но она всегда возвращается обратно.
"однажды человек решил увезти с собой море. он долго все обдумывал, строил планы. чертил схемы, но море за тысячу лет привыкло быть там,
где оно было. камни были отшлифованы, песок знаком, а птицы летели из далека, чтобы почувствовать его.
человек просил, умолял, проводил вечера в беседах с морем. он уже заведомо скучал, гладил серые волны,
а море успокаивало его и говорило "хочешь я покажу тебе шторм? и ты увидишь сколько во мне силы, услышишь шум моих волн,
а на твоих губах останется вкус соли и ты так полюбишь эту мощь, что останешься со мной. а хочешь будет штиль, я убаюкаю всех птиц и они уснут на моих волнах.
И ты услышишь мое сердце в этой тишине. только останься, останься со мной. но человек не мог. он смотрел на море и молчал.
ему хотелось запомнить каждый его всплеск. успеть за каждой волной. ему хотелось, чтобы море всегда было с ним.
-а ты знаешь, заговорил человек, а я счастливец. ведь есть люди, которые никогда не видели тебя. я всегда буду помнить о тебе. я закрою глаза и услышу тебя, как бы мы не были далеко друг от друга.
во всех ракушках я буду слышать твой шум, буду передавать тебе приветы через птиц и песок, который когда-нибудь ветер донесет до тебя.
человек встал и пошел. и море пошло за ним. человек остановился, закрыл глаза и представил море в себе, вдохнул его соль.
и тогда море наполнило его, пролилось в самое сердце.
я ни у кого больше не видела таких глаз.
можно было утонуть в их глубине, всматриваясь в тонкую линию горизонта вдали.
а иногда ветер приносил ему приветы от моря.
и тогда его сердце начинало биться чаще, а по щекам текли соленые слезы. а он улыбался и говорил, что это его море пробует здешний воздух на вкус"
Юля Васильева
Во мне: солнце, движущиеся поезда,
Карта звездного неба, опоясывающие берег моря
Чайки.
К тебе б сейчас. Посидеть в незнакомом кафе
Варить кофе. Прикоснуться к твоей руке
Своей рукой. Случайно.
Встречай меня!
Даже в облаке пара дыхания
В -12. Заснежены улицы.
Взгляды прохожих прикованы к тротуару,
А ты погляди на небо! Целуются
Облака друг с другом, гонимые ветром.
Не важно, с кем проснешься под утро
Не важно, кто принесет кофе в постель
Или не принесет.
Единственный может одним взглядом
Сердца остановить метель.
В тебе: весна, прогулки по крышам,
Улыбки, которые даришь Мише.
Настроение, звуки, ландыши.
Разбросанные по комнате карандаши
Цветные. Дождливое утро, воспоминания
Неба закатного, переживания.
Кручу диск телефона
- Алло, - мне в ответ твоим голосом нежным.
- Привет!
Безбрежное море, мечты космонавта
Выше, к звездам,
Что дарят малиновый свет.
В нас:
Огонь никогда не гас
И свет еще не потух, подожди!
Когда-нибудь я сорву фату
С твоей головы, отвечая «да»
На простой вопрос в поцелуе.
Через день наш паровоз
Привезет нас туда, где дожди
Никогда не идут, или изредка.
Где деревьев фруктовых стволы красят известью.
Где цветы распускаются снова, когда вечер близится.
Видно море из окон
Белеет маяк.
Из каких красок мир будет соткан,
Решать только нам.
Выше крыш, выше звезд, выше неба.
На флагштоке малиновый флаг.
Рядом со мной лежит листок бумаги и ручка. В те ночи, когда ты мне снишься, я просыпаюсь и записываю свои сны. Нет, я уверен, что не забуду их поутру, но все равно записываю; не доверяю себе. Когда бумаги и ручки нет под рукой, я пишу на телефон. Телефон всегда со мной. То есть, рядом с моей кроватью. В восемь утра включается будильник, и я просыпаюсь. Это если только я не сижу на подоконнике в ожидании рассвета. В тот понедельник, когда мы вместе встретили утро, прошел месяц.
Спускаясь, я закуриваю сигарету. Мне нужно кого-то убить, за этим я и пришел сюда. И как хорошо, что тебя нет в этом сне. Все перемешалось в моей голове. Прибой. Тысячи птиц вокруг.
«Прости меня», - это я шепчу тебе в темноте.
«Не надо», - это ты просишь шепотом в темноте. «Пожалуйста».
Но я продолжаю спускаться.
«Пожалуйста…»
Я оборачиваюсь, чувствуя твой запах, но тебя по-прежнему нет. Это всего лишь место, где ты когда-то была, а затем покинула. А сейчас здесь пасмурно и прохладно. Почему же не начинается дождь?
Делаю еще один шаг.
«Прости меня»
Я слишком люблю этот твой взгляд, но ни одним словом никогда не расскажу о нем.
Все оказывается таким, как и несколько лет назад. Я нахожусь в коридоре музыкальной школы на первом этаже. Вот она – женщина, что постоянно сидит за небольшим столом рядом со стендом, где ключи от кабинетов. Вот она, и я ей улыбаюсь, пряча от нее все мои мысли. И прохожу мимо.
«Прошу тебя…»
Осенний лес сковал гротескное здание из белого камня, площадку перед ним, с колоннами и пересекающее пространство рельсовое полотно. Мужчина, с которым я разговариваю, определенно умен, иначе стал бы он надевать фрак и цилиндр?! Кажется, он пытается что-то рассказать мне о птицах, но внезапно появляется поезд. От этой внезапности становится не по себе. Я достаю камеру и делаю фотографии. Ничего не получается. Птицы шелестят над прибоем, где никак не соприкоснутся наши с тобой ладони.
Какой пламенный лес.
Возвращается один вагон. Фотография удалась. Дети.
Я вскакиваю с кровати. Вокруг все белое:
белые мысли
белые стены
белый ветер
белые…
«Я в тебе», - это ты шепчешь мне в белой темноте.
2
Доброе утро, моя Марсианская девушка!
Как тебе живется на своем Марсе?
Какие вокруг происходят, события? Какие мысли рождаются в твоей голове? Какие чувства ты испытываешь?
Шлю привет и поцелуй тебе мой с Земли. У нас все хорошо, погода - туман. Подкрался незаметно и завоевал город. Стоило только поутру открыть глаза, а он - тут как тут. Притаился и ждет наших поспешных решений, наших шагов. Но мы вовсе не стремимся спешить. Мы сидим и обдумываем окружающее нас пространство.
Вот и все, что мы делаем. А туман пытается залезть в самые малые щели и створки. Тогда мы закрываем глаза и представляем прибой и тысячи в небе кружащихся птиц. Белых, как снег, птиц.
Я не знаю, кто такие Ангелы и почему они не являются ко мне. Все, что мне остается – это подключать все вокруг к этому миру в безупречно белой темноте и писать тебе письма. Знаю, что осталось недолго и туман, в конце концов ,проникнет в эту комнату, полностью заполонив окружающее.
Ангелы приходят туда, где их ждут.
Они никогда не стучат в двери.
Они приносят звуки гобоя…
Позови меня!
И пиши, прошу тебя, пиши! Не забывай писать! Пока я не растворился в небе! Пока не увидел их крылья, пока не превратился в дождь и не
Она красива.
Когда совсем без одежды. Рядом.
Когда за окном электрички идет мелкий дождь, столь незначительный, что когда спускаешься на перрон такого же им замученного города, не можешь понять, льет ли он или завис в воздухе. И, прижавшись к бетонным сваям, всматриваешься вдаль, а море, волна за волной, бьет в берег и фигурки людей, добывающих янтарь, горят на горизонте оранжевым.
И с севера дует ветер, и ладони черпают горсть песка, и выпускают его тонкой струей, а тот, раскачиваясь по ветру, сыпет вниз, туда, где похоронена моя надежда быть сильнее.
Она красива.
Ищу ее, пересекая кварталы не перечитанных книг. Пока нас не поглотил месяц, словно улыбкой Чеширского кота, разместившийся на ночном небосводе, пока прибой не накрыл с головой, пока я не дошел домой!
Она загадочна.
Что бы мне не говорили, самую прекрасную музыку пишут звезды, сияют нам, но никто по-настоящему не обращает на них внимания. Стоит лишь подставить лестницу повыше и нарисовать нотный стан, знаки альтерации и длительности… Выставить паузы.
Эту мелодию не каждый может сыграть - двое.
Наша пауза закончилась!
Она единственная.
Словно с другой планеты..
В ладони бьет дождь.
То ли бьет, то ли завис неподвижно в воздухе.
Весна.
необходимость писать.
я словно кот, застыл в ожидании дождя
на подоконнике,
когда крупные капли
с небес будут срываться вниз,
когда найду тебя
когда вдруг из-
за угла покажется девушка-почтальон
и, пересекая улицу, пропустит
мой дом
я вспомню
лето, жаркий день, трамвай знакомого маршрута... где сквозь звуки иногда с такою нежностью соприкасались наши руки.
остается ждать.
только представь:
лодка, которая стоит у причала.
пассажир, который никогда не сойдет с поезда.
когда я рядом с тобой – мне мало
прожитой жизни в написанной повести
в непринужденно открытой в кровати книге,
взятой из библиотеки.
бокал вина за ужином, глаза слезятся без сна
или от просоленного морем ветра.
и если сделаешь шаг назад, то рухнешь с перрона
под паровоз с единственным пассажиром,
состоящий из одного вагона.
Привет!
Привет, моя милая!
Слова совершенно не ложатся на бумагу,
но писать по сети не хочется.
Когда я приехал в город С. в полупустой маршрутке,
с неба сыпал пушистый снег.
Было красиво очень.
И я с радостью шел на работу. И с каким-то вдохновением.
Мне хорошо и я полон сил. Наверное, моральных. Потому что еще секунда – и я растянусь на столе в своем офисе и закрою глаза.
Спасибо большое тебе!
Мне кажется, ты меня от чего-то спасла.
И я нарисовал черту и перешагнул за нее.
Куда-то в новое.
У тебя уютно и спокойно. Те же запахи, та же дрожь пробегала по телу! Как не
хотелось уходить от тебя! Как хотелось
вновь и вновь прикасаться своими губами к твоим губам,
и пусть все остальное – весь мир – рухнет, разобьется!
Пусть хоть время несется, стремительно поглощая дни!
Только бы не отрываться друг от друга. Только бы не
уходить, не закрывать двери! Только бы продолжать чувствовать!
Твое тепло…
Наверное, все на свете можно отдать за это.
А потом спуститься по лестнице в снег и идти
по направлению к остановке. И мне приснился сон.
Я наконец-таки запомнил его. Ярко. Четко.
Неужели, оттого, что ты была рядом?! На расстоянии сантиметра.
Когда ты спишь, твое лицо сияет нежностью и спокойствием. И так
хочется дотронуться до него рукой. Очень осторожно.
Я замираю.
Я хочу тебя! Целиком и полностью! Без остатка. Без тормозов
отдаться этому чувству. Порыву…
Закрой глаза и ты увидишь меня. Будем сидеть на обрыве и,
свесив ноги, глядеть вдаль. И море будет расстилаться вокруг необыкновенно.
И мы вдруг подумаем одновременно
о какой-нибудь мелочи, которую
если сдвинуть, как кубик в игре, -
обнаруживается смысл. И мысли в голове – километр за
километром обгоняют орбиты спутников,
по всему свету хочется кричать о любви к тебе.
Возможно ли без тебя выжить?
На этот вопрос нет ответа.
А скоро весна и выглянут ландыши, зацветут цветы. Потом листья начнут на деревьях желтеть и опадать. Можно идя по тропинке куда-то шуршать ими. Думая о своем, раскрыв зонт. Хотя ты их не любишь.
Затем снова снег.
Я написал здесь несколько строчек,
все остальное – в письме.