Любить нельзя - и не любить невмочь,
Есть где-то грань, что преступить не вправе...
Но ведь не преступив - не превозмочь,
А сердце не живёт в такой оправе,

Где жизнь - нерастаможенной тоской,
И километр-минута каплет кровью...
Конечно, легче, если есть любовь,
Но как же это сложно - жить любовью...

Я давно бы ушёл
за последний закат,
И разбился давно,
если б не был крылат,
Если б не было той,
отпустившей грехи,
Если б не было той,
для кого все стихи,
Да и не было б света,
любви и тепла,
Если б не было той,
подарившей крыла...

Я сижу у облака на краю -
Свесил ноги, болтаю весело...
Хорошо-то, Господи, как в Раю,
Дурака валять в поднебесии!

Хоть и нету крылышек за спиной -
Голова от страха не кружится!
Океаны с облака - как весной
На асфальте прогретом лужицы.

Рядом зоркий птиц пролетел стрелой,
Увидал меня - как шарахнется!
Не пугайся, птиц, я совсем не злой,
Это только с налёту кажется...

Не вини меня, ни в каком грехе,
Ни в незнаемом, ни в заслуженном!
Просто вышел из дому налегке
На прогулку я перед ужином...

Одинокие люди мне ближе всего,
Потому что я сам одинок.
Уважаю тебя, враг врага моего,
Ты как я, ты не в стаде, ты Волк!
Пусть пока нету сил изменить колею,
Но ты веришь и помнишь о том,
Что настанет момент когда весь этот мир
Отойдет на второй горизонт.
И вся серая масса безликих людей
Перестанет мешать и уйдет,
Ты окажешься лишь в окружении теней -
Это время покой принесет...
А пока ты молчишь, наблюдаешь и ждешь,
Ты готовишься к Судному дню.
Я желаю удачи, ты достоин ее,
Потому что обрел суть свою.

Потусторонний наблюдатель
Сквозь непрозрачное стекло
Выводит кровью указатель
Туда, где нету ничего.
Под мокрый ритм дождливых песен,
На фоне серых облаков
Поэт, что миру не известен
Напишет стих для никого,
И обесцвеченный художник
Поддержит рифму на холсте.
И прозвучит аккордом ложным
Звук флейты в полной тишине.

Я был своим среди своих, я жил как все и был как все,
А стал чужим среди чужих, всего лишь контуром в окне.
Когда-то был я молодым, не знавшим боли от потери,
Теперь же стал совсем другим, и разучился в бога верить.

Беспечно жить и рисовать картины,
Писать стихи и думать о еде.-
Двойная жизнь. Две разных половины
Живут в моей уставшей голове.
Быть анархистом и тонуть в режиме,
Смеяться радостно и помнить о беде.
Двойная жизнь. Две разных половины
Живут в моей уставшей голове.
Быть смельчаком и прятаться за спины,
Мечтать о небе, стоя на земле.
Двойная жизнь. Две разных половины
Живут в моей уставшей голове.

Мы не знаем дневного света,
Мы считаем, что солнце - рампа,
Что слова - это лишь сонеты,
Свою жизнь исполняем по актам.


Мы по улицам ходим в гриме,
Постоянно играем роли:
То патриции в Древнем Риме,
То цари в картонной короне,


То властители, то плебеи,
То тираны с гневливым взором,
То монахи, а то злодеи,
То крестьяне, солдаты, воры...


Мы обличий сотни сменили,
И под масками были маски,
И в конце концов позабыли,
Кем мы были в начале сказки.

Принципиален кто -
Тот парень очень смелый!
Украсть - так миллион,
А спать, так с королевой!
А если жизнь пошла -
С гармошкою в присядку,
То лучше пусть съедят,
Чем высадят на грядку!
И если мир вдруг стал
К тебе не очень добрый,
То лучше штык, кинжал,
Чем умереть от кобры!
Когда ж случится выбор
Совсем уж очень мерзкий,
То предпочту я смерть
От кобры королевской!

Я оптимист, в натуре - я романтик,
Что делать, так заведено:
Отбросив жизнь, как бесполезный фантик,
Тогда лишь истины ты ощущаешь дно.

Постылый день. На коже холод будней,
И в чувствах ночь. Не станет веселей:
Вот росными слезами истекает утро,
И вечер мне нисколько не родней...

Сияющих вершин желанная свобода
Избавит нас от глупой пустоты,
И примет всех в объятия природа,
С суетным миром обвалив мосты.

Но если в руки вдруг возьмут мой череп,
Когда в бокалы налито вино,
То знаю, да и просто верю:
Я клацну с вами заодно!

Да, эта тема не нова,
А кто в ней был оригинален?
Молчит народная молва,
Не даст ответ товарищ Сталин...

О, лет младых златые вехи:
Луна, любовь, обман, оргазм...
Свистят дыряво злые мехи:
Ну, здравствуй, старческий маразм!

Мечтал я стать крутым и сильным,
Геройства в жизни совершать.
Я был тогда слегка дебильным,
Ну, да не мне о том писать...

Вишня расцвела, и тут мороз
Лепестки осыпал на лугу.
Мне бывает жалко, аж до слёз,
Цвет надежд, умерших на снегу...

До чего безжалостен склероз
К людям благородной седины.
Сохраняет крепко, как мороз,
Тайны неискупленной вины...

Расстояния... Расстояния...
Паутиной на старом глобусе.
Неназначенные свидания...
Неотправленные автобусы...

Землю меряем километрами,
Океаны - морскими милями.
Нас уносит попутными ветрами
И попутными автомобилями.

И опять... И опять возвращаемся
За ножами, стаканами, спичками.
Разбегаемся... Разлетаемся...
Самолётами и электричками...

Мы теряемся и находимся.
Безнадежно надолго влюбляемся.
Расстаёмся и снова сходимся.
И прощаемся... И встречаемся...

Где ж ты, станция наша конечная?
Закольцованы воспоминания.
Бесконечна дорога млечная.
Расстояния... Расстояния...

Ветер в моей голове.
Нити в замёрзших руках.
Как сказать пролетевшей стреле,
Что мишень обратилась в прах?

Я не прав, я опять не прав...
Или прав, но не больше чем...
Но все нити в твоих руках,
А в моих только хлад и тлен...

Всё мне чудятся миражи,
Но не сбудется, коль не сбылось...
Отвяжи меня, отвяжи,
Оторви, урони и брось!

Растворюсь, как круги на воде,
Лишь останутся рифмой в словах
То ли ветры в моей голове...
То ли нити в замёрзших руках...

Не хотел из Вас давить слезу бы,
Ни к чему мне жалости слеза -
Я себе когда-то вставлю зубы,
Вставлю руки, ноги и глаза.
Я сошью себе костюм двубортный,
Лысина исчезнет без следа,
И, пожалуй, выучу аккорды,
Сразу оба, раз и навсегда.
Встану перед Вами, словно витязь,
Неспособный трусить и грубить...
И тогда Вы сами удивитесь,
Что смогли меня не полюбить.

О, искусительницы милые мои!
Ко мне являетесь из адова чертога?
А может быть, вы ангелы от Бога,
Вы, искусительницы гадкие мои?

Не вас люблю, но вам слагаю песни,
Но снова, снова думаю о вас.
И от чего - не понимаю всякий раз.
И оттого ещё мне интересней

Вы, искусительницы бедные мои.
В вас утолить хочу свои желанья,
И в вас найти взаимопониманье,
И с вами беды поделить свои.

А вы уходите - приходите меняясь,
И жизнь меняется, но жду я сентября,
Когда остыв, не веря, не любя,
В объятья ваши снова возвращаюсь.

И снова в вас ищу я красоту,
Улыбку, нежность, ласку, обаянье.
Я с вами, а в душе воспоминанье,
Желаю вас, а вспоминаю ту...

О, искусительницы властные мои,
Пожалуйста, за всё меня простите
Или совсем скорее искусите,
О, искусительницы милые мои!

Ко мне во сне явилась Фея
Восходом трепетной звезды.
Я оглядел её, робея.
Навстречу к ней навёл мосты.

Она вошла неторопливо,
Уютно села в уголке
И дожидалась терпеливо,
Пока стоял я в столбняке.

- Привет, сказала, как живётся?
С кем мысли делишь и еду?
По ком сердечко громче бьётся?..
Так ты не ждал, что я приду?

- Не ждал, ей Богу! Но нежданный
Ещё прекрасней Ваш визит
Мне этой ночью окаянной.
За окнами пусть моросит,

У нас же здесь тепло и сухо.
Я заварю душистый чай
И внемлю средоточьем слуха
Ваш голос. Если, невзначай,

Произнести решусь нелепость,
Меня одёрните тотчас!
- Ну вот, уже построил крепость.
Не трону я ни бровь, ни глаз!

Расслабься, Фея говорила,
Ведь никого здесь, кроме нас.
Не суетись, всё очень мило
И времени не мал запас.

Наш разговор и тих, и ласков
Был обо всём и ни о чём.
Слагал я были, Фея - сказки,
Я прижимался к ней плечом...

И слышал неземные звуки,
И видел я небесных сфер
Сияние. В восторге руки
Я к миру горнему простер!

И плакал, на коленях стоя
Тому, кого мне не понять.
...И величайшего покоя
Дана была мне благодать...

Любовь в пределы источая
И странно сладостную грусть,
Мы оба захмелели с чая
И так уснули... Ну и пусть!

Я завтра, от предчувствий млея,
В сон полуночный уплыву...
И снова рядом будет Фея!..
А лучше, всё же, наяву...

Я не буду святым,я им не был
И раскалываясь изнутри
Без тебя заплываю в небыль
Ты приди,на меня посмотри

Посмотри я меняю портянки
Запотевшей своей души
Я устал бесконечною пьянкой
Поспеши ко мне,не спеши

Не спеши в этой жизни зыбкой
Всё растает и отцветёт
Одари ты меня улыбкой
Нежность тела-пахучий мёд

Нет! Не было ни горя, ни вина,
И сердце не сжималося от боли.
Не потому, что далека она
От сих страданий и от горькой доли.

О нас страдают - нам ли то не льстит?
Самодовольство хуже сквернословья.
Нет! Ты не знала: что во мне горит,
Когда скрывал и злость свою, и боль я.

И в самых диких муках и в нирваной,
Когда и не понять: как выжить смог,
Не звал тебя ни милой, ни желанной.
Любви не нужно столько шума и тревог.

Когда покинул город сказки,
Который создан для детей,
Какой-то друг принёс мне маски,
Наборы пудры и теней.

Грим лёг - лицо моё другое:
Себя я в зеркале не узнаю.
Когда оно снаруже злое,
Тогда внутри смеюсь, пою...

И если в зеркале улыбка,
То грим скрывает от других,
Что это вовсе не ошибка,
Когда я радуюсь за них.

Спасибо, друг, тебе за маски, -
Спасает грим меня от стуж.
Но только от случайной ласки
Из глаз подтёки - льётся тушь...

Я поспешил. Я поспешил.
Мне не хватило пол души
И пол-любви, и пол надежды.
Пол слова я не досказал
И пол улыбкой испугал -
И вот один, как прежде.

Но половину чувств моих
Возьми, ведь для тебя я их
Хранил. Мне хватит полу мук.
Я полусладким утолюсь
И, даже, полу удалюсь.
Я поспешил. А вдруг?..