Если дни мои, милостью Бога,
На земле могут быть продлены.
Мне прожить бы хотелось немного,
Хоть бы только до этой весны.
Я хочу написать завещанье.
Срок исполнился, все свершено:
Прах – искусство. Есть только страданье,
И дается в награду оно.
От всего отрекаюсь. Ни звука
О другом не скажу я вовек.
Все постыло. Все мерзость и скука.
Нищ и темен душой человек.
И когда бы не это сиянье,
Как могли б не сойти мы с ума?
Брат мой, друг мой, не бойся страданья,
Как боялся всю жизнь его я…
1931
Опять Христос! Что Он меж нами,
Что каплет кровь с Его креста
На нас, здесь, подле, пред глазами,
Не видеть – злая слепота!
Христос везде! В скитаньях духа,
В незнаньи – где Ты, Бог живой?..
В обманах мысли, взгляда, слуха,
В гордыне мудрости людской!
Он – в незаконности желаний,
Он – в криках страждущих больных,
В ужасной музыке рыданий
Бессчетных горестей людских.
Он – у безвинно-прокаженных,
Он – в толчее людских страстей,
Он – в грезах мыслей воспаленных
И даже в творчестве людей.
Крест – у безвременной могилы;
Крест – в безобразьи диких снов
И в нерешительности силы,
И в ржавой дряблости оков…
Да, снова слышатся пороки,
И рухнул всякий идеал…
Блестят евангельские строки:
«Я к вам приду!» Он долго ждал.
Не может быть, чтоб этот мир трехмерный,
куда-то уносящийся в веках,
мир святости, любви – и тьмы, и скверны,
и красоты божественно-неверной, -
чтоб этот мир был только прах…
Не может быть, чтоб огненная сила,
пронзающая персть, была мертва,
и правды благодатной не таила
испепеляющая вся могила –
все подвиги, все жертвы, все слова.
Не может быть, чтоб там, за небесами,
за всем, что осязает наша плоть,
что видим мы телесными глазами,
не веял дух, непостижимый нами,
не слышал нас Господь.
Старец афонский Иосиф Исихаст (1898-1959): "Все мы - люди, из праха рожденные, и все согрешаем. Глина мы, и нет у нас ведения. Глина у глины ворует. Глина глину оскорбляет. Глина на глину клевещет. Глина над глиной возносится. Глина глину обогащает. Глина над глиной начальствует. Глина глину бьет. Глина глину заключает в тюрьму. И вообще, глина перед глиной воображает себя мудрее, сильнее, богаче, благороднее, честнее, обогащаясь безумием и неведением собственного естества: откуда и где оказался? как родился? каково его назначение? где оканчивается? что после этого? Так вот, все это поглотило наше забвение и неведение. Возник хаос бесчувствия, поэтому мы, непокаявшиеся, скорбим и здесь, и в другой жизни".
Гора Афон. Келья старца Иосифа Исихаста:
Старец Ефрем Филофейский, ученик старца Иосифа Исихаста, основатель 17 монастырей в Северной Америке:
Гора Афон - ещё одна фотография. Место пустынных подвигов старца Иосифа Исихаста:
[570x420]
Ни с кем не говори. Не пей вина.
Оставь свой дом. Оставь жену и брата.
Оставь людей. Твоя душа должна
Почувствовать - к былому нет возврата.
Былое надо разлюбить. Потом
Настанет время разлюбить природу,
И быть все безразличней - день за днем,
Неделю за неделей, год от году.
И медленно умрут твои мечты.
И будет тьма кругом. И в жизни новой
Отчетливо тогда увидишь ты
Крест деревянный и венец терновый.
1915
Когда гоним тоской неутолимой,
Войдешь во храм и станешь там в тиши,
Потерянный в толпе необозримой,
Как часть одной страдающей души, —
Невольно в ней твое потонет горе,
И чувствуешь, что дух твой вдруг влился
Таинственно в свое родное море,
И заодно с ним рвется в небеса...
1857
Смотри, смотри на небеса,
Какая тайна в них святая
Проходит молча и сияя
И лишь настолько раскрывая
Свои ночные чудеса,
Чтобы наш дух рвался из плена,
Чтоб в сердце врезывалось нам,
Что здесь лишь зло, обман, измена,
Добыча смерти, праха, тлена,
Блаженство ж вечное — лишь там.
Аполлон Майков 1881
И Ангел мне сказал: иди, оставь их грады,
В пустыню скройся ты, чтоб там огонь лампады,
Тебе поверенный, до срока уберечь,
Дабы, когда тщету сует они познают,
Возжаждут истины и света пожелают,
Им было б чем свои светильники возжечь.
Аполлон Майков 1889