Без заголовка
21-12-2005 23:53
К истории про Ягенкинскую картину по Фраю... вспомнилось, как Мара рассказывала о спорах на тему внешности сира Куруша. Так вот....
[267x698]
комментарии: 1
понравилось!
вверх^
к полной версии
К истории про Ягенкинскую картину по Фраю... вспомнилось, как Мара рассказывала о спорах на тему внешности сира Куруша. Так вот....
[267x698]
10-12-2005 15:29
Из сумрака севера вновь в колдовские леса
Вернулась твоя звезда,
О, Даэрон.
В вечерней тени зазвенят соловьев голоса
Умолкла твоя весна
О, Даэрон!
Цветы и звезды в венок вплетай,
Как сердце бьется пламя свечей,
Прощай, любовь моя, прощай,
О, Лютиэн Тинувиэль.
Как под ноги сердце - ты песню бросаешь свою,
Последню песню,
О, Даэрон!
Легенды слагают о птицах, что лишь перед смерьтью поют,
Но смерть не излечит тебя,
О, Даэрон!
Полынью песнь в венок вплетай,
Горчит на губах золотистый хмель,
Прощай, любовь моя, прощай,
О, Лютиэн Тинувиэль.
Зачем тебе пить эту чашу до дна?
Вино золотое горчит как вина,
Шуршат как осенние листья слова,
И сломана флейта - но песня жива.
Прощай любовь моя, прощай
О, Лютиэн Тинувиэль,
Зачем тебе пить эту чашу до дна?
Два озера боли на бледном лице,
А звезды как камни в железном венце,
И память не смоет морская волна.
И в темных одеждах там скорбная тень,
Один лишь венка из цветов не надел.
Прощай, любовь моя, прощай,
О, Лютиэн Тинувиэль.
И в светлой земле, что не ведает зла
Истает ли тень, что на сердце легла,
Исчезнет ли боль, что как в сердце игла?
Прощай, любовь моя, прощай,
О, Лютиэн Тинувиэль.
И жжет предвиденье как яд
Тебе уйти на путь людей,
Ну пусть еще последний взгляд -
Поет безумный менестрель.
Прощай, моя звезда-печаль,
Прощай, любовь моя, прощай,
Прощай, любовь моя, прощай,
О, Лютиэн Тинувиэль.
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Из сумрака севера вновь в колдовские леса
Вернулась твоя звезда,
О, Даэрон.
В вечерней тени зазвенят соловьев голоса
Умолкла твоя весна
О, Даэрон!
Цветы и звезды в венок вплетай,
Как сердце бьется пламя свечей,
Прощай, любовь моя, прощай,
О, Лютиэн Тинувиэль.
Как под ноги сердце - ты песню бросаешь свою,
Последню песню,
О, Даэрон!
Легенды слагают о птицах, что лишь перед смерьтью поют,
Но смерть не излечит тебя,
О, Даэрон!
Полынью песнь в венок вплетай,
Горчит на губах золотистый хмель,
Прощай, любовь моя, прощай,
О, Лютиэн Тинувиэль.
Зачем тебе пить эту чашу до дна?
Вино золотое горчит как вина,
Шуршат как осенние листья слова,
И сломана флейта - но песня жива.
Прощай любовь моя, прощай
О, Лютиэн Тинувиэль,
Зачем тебе пить эту чашу до дна?
Два озера боли на бледном лице,
А звезды как камни в железном венце,
И память не смоет морская волна.
И в темных одеждах там скорбная тень,
Один лишь венка из цветов не надел.
Прощай, любовь моя, прощай,
О, Лютиэн Тинувиэль.
И в светлой земле, что не ведает зла
Истает ли тень, что на сердце легла,
Исчезнет ли боль, что как в сердце игла?
Прощай, любовь моя, прощай,
О, Лютиэн Тинувиэль.
И жжет предвиденье как яд
Тебе уйти на путь людей,
Ну пусть еще последний взгляд -
Поет безумный менестрель.
Прощай, моя звезда-печаль,
Прощай, любовь моя, прощай,
Прощай, любовь моя, прощай,
О, Лютиэн Тинувиэль.
Road Ahead [Dao?....]
22-11-2005 08:23
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
13-11-2005 17:43
Epistola
3 марта 2005. 13:46
...Поэтому пишу, строчу, дышу не потому что хочу, хочу не потому что ношу эту голову, эту мою с весом олова пепельную башку - хвать через рот лишкУ - хвать через глаз таёжный ворс — на моём веку хватит пространства мозга: здесь ку-ку, там ку-ку, а остальное вмёрзнет в землю... Мерси боку. Едем с тобой в Баку, и в магнитоле Озззи Озззборн - мозги в муку; с гор горемычных — сели. Это ль на нас глазели боги с седых вершин? Нет. Это барсы выли, а Бог — он всегда один. Ведомый и не очень, с истиной или без, точно — с войной, а впрочем - с тайной наперевес. Поэтому, наверное, ты при первой встрече говоришь, что однолюб, вырезывая на лоскуте экрана право первой ночи; поэтому, говоришь, невесел, поэтому тебе нет равных в этой твоей печали кислой, весною щавель тоже не сладок, милый мой, между нарядов складок не угадать ума. Полон сортир дерьма - слипшегося весьма. И от письма до письма - вечность, мгновений тьма, время, секунда стоп! не прекратив галоп, трудно сойти на рысь, рявкни-перекрестись старым двойным перстом. Ладно, я - не про то. Ладно, ты - не о том. Никто не вякнет, что суп-то, он был с котом, когда в нём кипит говядина, и кость от удара - с вмятиной, и текст по моде - скриптОм, и книги на рынке Оптом, и берег - справа по борту - инкогнитная земля, "Выкидывай ногу, бля!" — рвёт капитан аорту и - прыгает с корабля. У меня здесь родинка и здесь. У меня тут родина и там, и каждая - за которую не жалко выпить сто грамм, сто пятьдесят, двести грамм, - по шкале барнаульского горемыки, по шкале азиатского барыги, по шкале московского забулдыги, по шкале севастопольского моряка. Не ищи среди волн дурака. Не свищи по вЕтру. Вот: Святая Тереза, вот: её рука, которая лечит лепру, которая - на века. Вон: колокольный звон, вон-вон-вон уходит с наших земель ненашенский царь Гвидон - в бочке с больным сыночком, в бочке с больной женой. Кружево да сорочка. Колос да перегной. Почему ушёл царь? Потому что устал. Потому что не наш, потому что любит хаш, потому что пел наядам и играл под вечер в нарды. Потому что он красив, а красивым место среди волн морских - курсив, пенная невеста... Гераклит-Гераклит Гераклитович, что печалишься, будто сахарный, будто сахарный да не лакомый, будто лакомый да не ласковый, будто ласковый да не майский свет, Гераклитович Свет Печальевый? Говорил Гераклит Свет Печаловый: "Сто слезинок я проронил в тоске, во тоске своей гераклитовой. А слезинкам тем - веки вечные, муки мУчные, соли сольные". Так ступай давай, Свет Печаловый, на причал давай, отвечай давай - за историю. Но молчал Гераклит обездоленно, испугавшись Начал сверхсущественных, потому как они пели весело, танцевали они, куралесили и сушили печаль человечию модным феном таким с наконечниками.
Написалась история - сама по себе: были войны, засуха, бунт. На твоей судьбе, на моей судьбе тоже стынет истории грунт. И когда зима снегом вертит высь, мне всё кажется, будто нет Земли, будто это барс или рыжая рысь оставляют следы - ледяные нули.
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Epistola
3 марта 2005. 13:46
...Поэтому пишу, строчу, дышу не потому что хочу, хочу не потому что ношу эту голову, эту мою с весом олова пепельную башку - хвать через рот лишкУ - хвать через глаз таёжный ворс — на моём веку хватит пространства мозга: здесь ку-ку, там ку-ку, а остальное вмёрзнет в землю... Мерси боку. Едем с тобой в Баку, и в магнитоле Озззи Озззборн - мозги в муку; с гор горемычных — сели. Это ль на нас глазели боги с седых вершин? Нет. Это барсы выли, а Бог — он всегда один. Ведомый и не очень, с истиной или без, точно — с войной, а впрочем - с тайной наперевес. Поэтому, наверное, ты при первой встрече говоришь, что однолюб, вырезывая на лоскуте экрана право первой ночи; поэтому, говоришь, невесел, поэтому тебе нет равных в этой твоей печали кислой, весною щавель тоже не сладок, милый мой, между нарядов складок не угадать ума. Полон сортир дерьма - слипшегося весьма. И от письма до письма - вечность, мгновений тьма, время, секунда стоп! не прекратив галоп, трудно сойти на рысь, рявкни-перекрестись старым двойным перстом. Ладно, я - не про то. Ладно, ты - не о том. Никто не вякнет, что суп-то, он был с котом, когда в нём кипит говядина, и кость от удара - с вмятиной, и текст по моде - скриптОм, и книги на рынке Оптом, и берег - справа по борту - инкогнитная земля, "Выкидывай ногу, бля!" — рвёт капитан аорту и - прыгает с корабля. У меня здесь родинка и здесь. У меня тут родина и там, и каждая - за которую не жалко выпить сто грамм, сто пятьдесят, двести грамм, - по шкале барнаульского горемыки, по шкале азиатского барыги, по шкале московского забулдыги, по шкале севастопольского моряка. Не ищи среди волн дурака. Не свищи по вЕтру. Вот: Святая Тереза, вот: её рука, которая лечит лепру, которая - на века. Вон: колокольный звон, вон-вон-вон уходит с наших земель ненашенский царь Гвидон - в бочке с больным сыночком, в бочке с больной женой. Кружево да сорочка. Колос да перегной. Почему ушёл царь? Потому что устал. Потому что не наш, потому что любит хаш, потому что пел наядам и играл под вечер в нарды. Потому что он красив, а красивым место среди волн морских - курсив, пенная невеста... Гераклит-Гераклит Гераклитович, что печалишься, будто сахарный, будто сахарный да не лакомый, будто лакомый да не ласковый, будто ласковый да не майский свет, Гераклитович Свет Печальевый? Говорил Гераклит Свет Печаловый: "Сто слезинок я проронил в тоске, во тоске своей гераклитовой. А слезинкам тем - веки вечные, муки мУчные, соли сольные". Так ступай давай, Свет Печаловый, на причал давай, отвечай давай - за историю. Но молчал Гераклит обездоленно, испугавшись Начал сверхсущественных, потому как они пели весело, танцевали они, куралесили и сушили печаль человечию модным феном таким с наконечниками.
Написалась история - сама по себе: были войны, засуха, бунт. На твоей судьбе, на моей судьбе тоже стынет истории грунт. И когда зима снегом вертит высь, мне всё кажется, будто нет Земли, будто это барс или рыжая рысь оставляют следы - ледяные нули.
Северная (Байкальская) Аквилегия. ЛЮБЛЮ.
12-11-2005 17:18
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Без заголовка
22-10-2005 00:45
ТАК. Все заинтересованные могут успокоиться и заняться подбиранием челюстей с пола. Я не ругалась и не ссорилась с Марой№2, которая "Великая Жрица Хариталатлар", которая мисс Савонюк. Нет. Это не та Мара. Да и не ругаюсь я ни с кем так бурно. Да и не прошу прощений, если знаю что права. Есть другая Мара. Точнее - третья. Еще точнее - вне счета. Что, неужели никто так не увлекается славистикой?!! Не верю, но все-таки.... МАра - она же МарА, древнее божество смерти. Одна из. И, возможно, единственная.
Специфика моих мироощущений.
комментарии: 1
понравилось!
вверх^
к полной версии
ТАК. Все заинтересованные могут успокоиться и заняться подбиранием челюстей с пола. Я не ругалась и не ссорилась с Марой№2, которая "Великая Жрица Хариталатлар", которая мисс Савонюк. Нет. Это не та Мара. Да и не ругаюсь я ни с кем так бурно. Да и не прошу прощений, если знаю что права. Есть другая Мара. Точнее - третья. Еще точнее - вне счета. Что, неужели никто так не увлекается славистикой?!! Не верю, но все-таки.... МАра - она же МарА, древнее божество смерти. Одна из. И, возможно, единственная.
Специфика моих мироощущений.