Это цитата сообщения
Evgraph Оригинальное сообщениеО любви,лжи,призраках детсва и настоящего,мечтах,страхах и правде озябших мальчиков.
Если бы ты только знала, как мне хочется - поднять тебя над небом северным, и чтобы ты была живая, простая, дышущая. Если бы только знала, как мне хочется - чтобы за спиной твоей хоть раз распустились не жухлые, увядшие, страшные линии мёртвых цветов, но яркие, ломкие, хрупкие, такие, какие хочется целовать, прекрасные, удивительные цветы.

Зато, знаешь я влюбляюсь в девушек в зелёных пальто, они улыбаются мне, и чувствую, как поднимаются вверх кровоточащие по ночам уголки, как расслабляются пальцы на миг. Я влюбляюсь в их рыжие, ярко рыжие волосы, их вечно зелёные, столь прекрасные очи - а мне говорят "У самого зелёные, посмотри на себя", ты не поверишь- мои всегда серо-синие, вдруг зеленеют, словно трава. Зато знаешь, я хожу по краям в метро, ловлю испуганных людей взгляды, и, иногда мне кажется, что даже такого веселья мало. И тогда, я поднимаюсь ввысь, к верху, на самые крыши, и сижу, мотая ногами, провожая самых, чёрных самых, самых ярких в мире птиц - глазами, уже цвета неба, любимого, серого, столько спокойно-покойного. Зато знаешь, тот мальчик, которого читала и восхищалась которым два года назад вновь вернулся к себе в дневник, и я вижу сколь чист, но избит, бывает мечтающий человек. Зато знаешь, моё горло болит, и от слёз отсырели глаза, но, знаешь, я всё время шепчу, что совсем не люблю, не люблю уж тебя. Я варю себе чай, пью таблетки свои - анти -биотики, - депрессанты, как-то дышу, перевожу страницы из книг, ежу больной на олимпиады по воскресеньям в восемь утра, и как-то уверен, что если идти, то только туда - где стихи, где слова, где истории даты, где сражались пираты, где враги убивали, и где были убиты, где злобные короли и лживые королевы, где строка кусает себя за хвост, и не знает покоя пронзительно-белый лист, где сердце - не так, а в серьёз, где напротив тебя - человек, где здороваются только с теми, кто дорог, но по сто четырнадцать раз на дню, где только любимым шепчут в закрытые уши "я тебя больше всех люблю". Туда, где снега, холода и метели, а ты у камина озяб, где среди ночи у голой постели стихи над главами звенят, где не важен твой рост и цвет, вкус твоих губ и сердца печаль, где говоришь и слышишь - не ложь, но правды кобальт. Туда, где воды, где волны, где бьётся лёд о пристани старость, где под ногами скрипят половицы, где уже не нужны спицы, чтобы втыкать в защищённую грудь убивших, где не нужно стареть, но лишь дождём рисовать, в перезвоне капели пылать, раненной птицею петь. Я знаешь, совсем простой, я, знаешь, совсем пропащий, и когда беру в руки нож, то заранее знаю, где руку мою он пролащет, и когда начинаю писать, заранее горько плачу, оттого, что строкам не хочется, забиваться к тугой клетки ящик. Я знаешь, совсем насквозь, совсем нараспашку, просто ты должна знать, что внутри меня зима пляшет, что льды, что снега - всё во мне, на развалинах чудных, жасминовых, незабудковых, пронзительно лёгких, бумажных. И знаешь, мне хорошо в чужой маленькой кухонке, где пахнет чем-то горелым, где можно распустить слова, и не стараться быть весело-милым, где два шага до двери, где ветви лезут в окно, и можно представить, что за стеклом - синий-синий, пронзительно родный, столь отчанно голубой - атлантический океан снов холодных, обуревающий берег весной. Я, знаешь, свосем не вру, я не врал тебе никогда, с моего языка, срывались лишь правды слова, срывались боли, и страха, отчаянья, злости, беды, но никогда, нигода ты не найдёшь меня по запаху к тебе направленной лжи. Ты знаешь, ты знаешь, это всё ещё давит меня, но внутри, под множеством ран, под язвами, криками боли - растёт всё ещё душа, застыла под плетию недоступной, в чужой сундук запрятанной воли. Я знаешь, ещё хочу - так чтобы шёпотом, правдой, но весь мир, так чтоб каждый услышал, порочёл и понял, но иногда, мне кажется, будто вгоняют не в клетку, а хуже, будто кричу-кричу и никто не слышит меня, тогда я закрываю глаза, затыкаю руками уши и шепчу, и шепчу слова, пока братья дышат упрямо в раны спины, пока на кухне, сквозь двери трепеща, пробирается рвотный запах еды, пока пахнет водкой из домашних стаканов. Но я, знаешь, ещё как-нибудь есть - с тобой, без тебя, но я делаю новый шаг, и каждое утро, в любого месяца день, я ступаю через порог, говоря своему псу "просыпайся, дружок. Пойдём со мной, Рей". И по ночам мне сниться, будто он - мой верный и рыжий лис, будто я уродился в лесу и живу среди юных нимф, и лист дерева моего син, и цвет моих глаз - далёк. Иногда мне, знаешь, кажется, что я не совсем мёртв, и тогда меня очень ранит, что ты хочешь меня менять, и боли моей печаль приписываешь странным местам, проклятым даже пусть, даже пусть 7 лет я хожу по ним, но, знаешь, мне кажется, я
Читать далее...