НеПринятия Букреевой.
Отчего-то Букреева не любила геев...
- Странные они, - жаловалась она Ангелу, - Почкуются поголовно... Не пойму я их...
Ангел лишь печально волновалась крыльями и молчала, она тоже была геем.
Букреева сверху вниз созерцала свои длинные ноги и не очень новые ботинки, всегдашнее и привычное отсутствие денег, вдруг навалилось и село на загривок. Букреева тягостно вздохнула и услышала в ответ:
- У вас очень модные ногти.
На днях Букреева покрасила их в актуальный цвет.
- Я знаю, - с достоинством ответила Букреева и стала ждать продолжения.
- А какую музыку предпочитаете? - говоривший был импозантен, сед, холен как иностранец и производил впечатление интеллигентного человека.
- Наверное, гей, - подумала Букреева.
- Я театральный художник, - объяснил Букреевой Гей, - а у вас, должно быть, южные корни?
- Нет, и я даже не наркоманка.
Гей так внимательно посмотрел на Букрееву сквозь стекла свои недешевых очков, что у Букреевой зародилось подозрение, что она станет сейчас валютной проституткой.
- И в торговле вы не работаете?..
Гей как-то сник и, похоже, растерялся:
- Знаете, - признался он, - с вами приятно было поговорить, - помялся и вышел...
Букреева перестала, что-либо понимать.

сегодея на остановке стоял дяденька с портфелем, весь такой приличный, и ел снежок . :)))))
Вспомнилось детство с такими вкусными сосульками :)) И как однажды на горе я уже почти решилась поесть снега, потому что оч хотелось пить, но потом успугалась, что снег может быть не совсем безвредный в наше время и отказалась от этой затеи :)))

Все, ушла в аптеку. не потому что хочется,а потому что так надо!

"Снег идет снег идет....."
Помню раньше по радио , в детстве, зимой крутили песню, про то как снег идет, идет пешеход и снег чего-то там не знает. Не знаю, что должен знать снег, но я знаю, что рада его видеть!! Пусть летит, садится, распологается на земле. Приземляйся дружок, комфортно!

Фу. Какое дибильное настроение. Сегодня большинство людей кажутся какими-то епанутыми.
Наверно дело во мне. Начало положил противный звон будильника. Порой хочется его швырнуть об стену.
хочется в тепло, в теплую кафешку, в теплую кампанию, со своими вполне пушистыми друзями.От одной мысли поднимается настроение

Букреева была стервой.
И она это знала. Правда, зная этот свой недостаток, она чистосердечно и искренне предупреждала о нем.
- Я стерва, знаете ли... - обычно говорила Букреева, печально моргая без-защитными ресницами, - ...так уж сложилось мое существование... - при этом она беспомощно разводила руками и пожимала своими широкими плечами. Никто не верил Букреевой.
А зря. Ибо Букреева была не просто стервой, она была стервой с боль-шой буквы 'Сы'. Впрочем, это не мешало ей оставаться человеком чистого нра-ва, по крайней мере, она так думала, точно так же думали и все остальные... по-ка не начинали хотеть с ней спать. Желающих переспать с Букреевой было на удивление много.
- Не пойму причину моего успеха! - оправдываясь, чуть не плача гово-рила Букреева.
Она ее и вправду не понимала. Однако желающие-переспать обычно на-тыкались на непреодолимое, и трудно для них понятное, нежелание Букреевой спать с ними, да и вообще с кем либо. Букрееву подозревали во фригидности. В недостаточной чувственности, и конце концов, в элементарной стеснительно-сти. Пытались брать бастионы штурмом - Букреева ссылалась на головную боль, это раз. На смертельную усталость - два. На то, что она вечером ничего не может, утром не хочет, а днем вообще занята - это три. Потом ей ссылаться на-доело и она просто спала мертвецким сном, и видела чудные сны, в которых она, между прочим, занималась любовью.
Такой вот стервой была Букреева.

Мысли обычно приходили к Букреевой во время еды. Поперхнувшись очередной Умной Мыслью (либо Мыслью, Достойной, Чтобы Её Записали), Букреева, забыв обо всём на свете, неслась искать Умную Ручку, чтобы увековечить в веках то гениальное, что озарило её. К сожалению, «забывая обо всём на свете», она заодно забывала и Мысль. И она, бесхозная и грустная, витала по её гнезду, тревожа ум и душу Букреевой и откровенна мешала ей жить.
Букреевой ничего не оставалось делать, кроме как приниматься за еду и поимку Мысли. Единственное, что смущало Букрееву, так это угрожающе огромное количество Мыслей, которое приходилось ей переваривать, что не очень хорошо отражалось на стройной фигуре Букреевой.
Диеты Букрееву пугали - они отпугивали Мысли и Букреева бродила голодная и тупая. Первое время Букреева устраивала на Мысли ловушки, уминая в качестве приманки диетический салатик и кефир - никаких результатов.
Катастрофически истосковавшись по мозговой деятельности, Букреева переходила на сало с чёрным хлебом. Мысли реагировали слабо, а после третьего бутерброда Букреева сама себе напоминала пень-во-всех-отношениях и мучилась совестью, обитавшей определённо в районе печени.
Третьей, заключительной и самой отчаянной попыткой, явилось для Букреевой поглощение размоченной в воде овсянки, что повергло в ужас и Мысли и собственный желудок Букреевой… Они объявили забастовку и настоятельно потребовали комплексный обед из трёх блюд плюс компот…
И Букреева сдалась, утешая себя Мыслью, что «Не Хлебом Единым Сыт Человек».

вот что мне удалось найти и наиболее всего понравилось. некоторые темы правда избиты, но все равно остаются the best

[показать]

в очередной раз обсуждая с друзьями планы на Новый год... был предложен вариант устроить карнавал. вариант совершенно безпроигрышный. и проверенный годами.
и опять надо ломать голову, что же одеть, чтобы быть лучше всехз и орригинальнее...
мучительно вспоминаю, что же было в прошлые разы....
тааак...снегурки-деды морозы уже были...мед сестры, ведьмы, феи, моряки, монахи, кащеии, зайчики, фрекен боки тоже были...
может быть подскажите что-нибудь вечедое и орригинальное?

- Мне опять приснился любимый, - грустно сказала Букреева завтраку.
Завтрак упрямо молчал и сочувствия не высказывал. Букреева решительно ткнула вилкой в глаз завтрака, и глазунья изошлась тягучей желтой слезой.
Букреева плакать уже не могла.
Доведя яичницу до истерики, Букреева слегка успокоилась.
- Черствый, черствый человек, - укоряла себя Букреева, жалея истерзанную глазунью, - Яичница, она ведь ни в чем не виновата.
Выпив кофе с молоком и банальной сигаретой, Букреева изрекла свою «утреннюю мысль»:
- Любовь, это невозможность быть без человека, быть с которым уже невозможно...
Каждое утро Букреевой начиналось одинаково.

Однажды Букреевой под ноги свалилась Рыжий Ангел, (они вообще последнее время распоясались: кидались и падали куда ни глядя и на кого ни попадя. Все-таки мода дурная штука, а ангелы в этом сезоне были актуальны...)
- Не бросай меня, - сказала Рыжий Ангел отчаянно. Она была вся в перьях.
- Я и не бросаю, - удивилась Букреева, - я тебя вообще не знаю.
- Потому и не знаешь, что все время бросаешь: - Рыжий Ангел утерла сопливый нос, - подбираешь и бросаешь, подбираешь и бросаешь...
- А-а-а... Это ты ... - Букреева посмотрела на Рыжего Ангела сверху вниз. От ангельского вида у Ангела, пожалуй были лишь грязные крылья, да еле заметное свечение над рыжей головой, - пойдем, ты, наверное, есть хочешь...
- Да-а, и пива! Ты ведь купишь мне пива?! - Рыжий Ангел радостно засеменила по лужам, на ходу подпрыгивая и заглядывая Букреевой в лицо. Они сидели на берегу Яузы, пили пиво с жареными сосисками в тесте, принимали солнечные ванны и наблюдали влюбленных воробьев. Рыжий Ангел облизала перепачканные в горчице пальцы:
- Ням, ням, ням! Как вкусненько я нынче состою, - она похлопала себя по животику, игриво кося на Иванова, - Ты где? - Я в думах... Мировая скорбь…
- О чем думы твои, отрок? - церковным басом нарочито строго спросила Рыжий Ангел, и рассыпалась мелким смехом. Это была бродячий Ангел, с определенным местом жительства и родом занятий: днем она каталась на крышах трамваев, дразня прохожих и постовых милиционеров, а по вечерам ходила в кино, где впотьмах выдергивала с-под незадачливых зрителей стулья...
- Определенно, весной жизнь хороша...- благостно сказала Рыжий Ангел, жадно созерцая остатки сосиски Букреевой. Рыжий Ангел подозрительно смахивала на разбойницу. Взгляд искоса, широченные джинсы и походка человека, который только что что-то стырил, порождали в постовых милиционерах непреодолимое желание тотчас же проверить документы этого сомнительного субъекта. И она постоянно влипала в истории. Сосиска и мысли-думы кончились у Букреевой одновременно, и она, с сожалением проглотив последний кусочек яства, обратила, наконец, внимание на разомлевшего Рыжего Ангела.
- Знаешь, мне третий день никто не звонит, - сказала Букреева грустя.
- Зато на тебя упала я! И заметь - совершенно внезапно! - Рыжий Ангел радостно затрепетала душой, - не каждый день на голову сваливаются ангелы!
- Просто ты хотел пива с сосиской.
- Да. Но, черт возьми, чем не повод для радости?!
- Повод... Разве нужен повод, чтобы просто позвонить... Позвонить и сказать: «Привет»?
- Поверь мне, Букреева, как Ангелу и человеку ОТТУДА, - Рыжий Ангел многозначительно ткнула пальцем в небо, усиленно вспоминая, когда же она ТАМ была в последний раз, так и не вспомнив, всепонимающе посмотрела на Букрееву, - Ты слишком многого хочешь от жизни!..
- Если ты будешь изрекать такие длинные мысли, - сердито сказала Букреева, - эта глава получиться самой длинной из всех глав. Рыжий Ангел обиженно уставилась на воды Яузы:
- Я вообще молчать буду. Пускай она будет самой короткой...
Весна была в разгаре, солнце припекало совсем почти по-летнему и люди бродили по набережной в ожидании чего-то хорошего и доброго. Редкие моржи открывали купальный сезон, голые и смешные пробираясь через крошащийся под ногами лед к черной и насыщенной бензином Яузе. Букреева сидела рядом с Рыжим Ангелом, подставив солнцу, бледное после зимы, лицо. Вздохнув, Рыжий Ангел разложила проветриваться свои крылья и, склонив голову на плечо Букреевой, умиротворенно уснула, убаюканная рекой, весной и пивом. Букреева была сволочью по отношению к Рыжему Ангелу. Она действительно постоянно бросала Ангела. Бросала и забывала об её существовании, потом спустя многие месяцы вспоминала, писала ей письмо, подбирала и вновь бросала. И вновь писала письмо... Букреева ничего не могла с собой поделать, все что она делала - она делала от чистого сердца... Впрочем, Рыжий Ангел тоже была хороша. Она была удивительно земным Ангелом, ей очень нравилось её бесхозное состояние, она любила ругнуться, выпить пива и пошляться по злачным местам.
- Я ищу там заблудшие души, - говорила Рыжий Ангел, проснувшись с головной болью после очередного «поиска». Для чего она их ищет, для Букреевой оставалось загадкой, вероятно, для спасения. Впрочем, по утрам приходилось спасать уже Рыжего Ангела, ибо её небесное нутро не выдерживало земной реальности - похмелья. Опохмелялась Рыжий Ангел роскошно - куриным бульоном и рюмкой водки. Где она научилась таким дурным манерам, Букреева не знала. Тучки-слоны игриво промчались стадом над головой Букреевой и разбудили Рыжего Ангела.
- Знаешь, я пойду, - Рыжий Ангел пристегнула крылья, - пора!..
- Пока, - грустно сказала Букреева, - и постирай крылья...
Не оборачиваясь, Рыжий Ангел торопливо заковыляла прочь. Пожалуй, она любила Букрееву.
- Я тоже люблю тебя, - нежно прошептала ей вслед Букреева, - но только - немного не так!..


[показать]

Гнездо Кирюхи.
- Гнездо, - творя шарлотку, говорила Кирюха Ангелу, - это такое святое место, где тебя никто не трогает, - и задумчиво строгала яблоки.
У Кирюхи, как и у любой перелетной птицы, случались периоды гнездования. Обычно это происходило внезапно, Кирюха вдруг понимала, что он устала, что хочет тишины и одиночества.
'Не кантовать!' вывешивала она на своем челе и удалялась.
В гнезде Кирюха больше всего ценила неторопливость и тягучесть бытия.
- Нирвана, - говорила Карюха, - это когда ты дома:
И только одна вещь заботила Кирюху:
- Для полной гармонии, - мечтала Кирюха, - гнезду необходима живая душа: Чтобы создавать уют и приносить мне радость и отраду:
'Живая душа', в представлении Кирюхи, была большим плюшевым котиком, милым и наивным.
- Наивные, не способны на коварство... Они добры, и поют по ночам песенки...
- И Кирюха представляла себе, как у порога её будет встречать Котик и радуясь, утробно приветствовать Кирюху:
- - Мур-р-р...
- - Мур-р-р... - счастливо повторяла Кирюха, запихивая шарлотку в духовку.
- - Мой Котик, будет единственным на всем белом свете, - честно клялась Кирюха, - и из всех Котиков, он будет самым мягким и пушистым... А когда на улице будет идти дождь... - Кирюха представляла себе мокрый асфальт, и запах осени, - ... мы будем вместе сидеть у окна и разглядывать цветные зонтики внизу... - и Кирюха счастливо вздыхала. Кирюха любила свое гнездо.
- - И только Котик никак ни найдется... - жаловалась Кирюха слоникам, но они негодуя и ревнуя, спеша высказать Кирюхе своё 'ФИ', забились на антресоли и демонстративно не замечали Кирюху, а Рыжий Ангел деланно равнодушно качала ногой.
- - А вот мой Котик никогда, ни за что, не обидится на меня... - наставительно сказала им Кирюха, доставая шарлотку из плиты.
- Рыжий Ангел хмыкнула, а Слоники не снесли такой обиды и зарыдали в три ручья.
- - Ну, будет, будет... - растерялась Кирюха, не зная как их утешить, - вы ведь у меня одни, единственные на свете...
- Слоники утерлись хоботами и многозначительно моргнули в сторону шарлотки.
- - Давайте пить чай, - предложила Кирюха, и они дружно уселись за стол.
- - Ну вот... все на месте... - Кирюха умиротворенно вздохнула, - и только Котика не хватает... - и тихие слезы застыли на её ресницах.
-


[показать]

есть у меня короткие рассказы обо мне...моих друзьях..отношении к жизни...
все это где-то немного преукрашено, где-то преувеличено, где-то откровенно перевернуто с ног на голову. те кто со мной знаком поймут некоторые из них... а для других - это просто милый, глупые, веселые, бредовые сказки обо мне.
Сказки эти написал мой Рыжий Ангел...такой она меня видит...любит и в глубине души надеется что я изменюсь

не верю друзьям. не верю врагам. не верю родным....никому не верю! не верю ни хорошему ни плохому! НИ ЧЕМУ!
верю только себе и своим глазам...а когда сомневаюсь спрашиваю у тех..к чьему мнению я не прислушаюсь...грустно как-то...жить и ни кому не верить

Съездили вчера в Углич... устали как собаки...8 часов в автобусе жутко выматывают, скажу я вам ;)
А вообще все было весело... хорошая компания, отличный экскурсовод. Городишко правда маленький, скорее напоминает деревню...с редкими 2-3-5-и этажными домиками.
Церкви и соборы красивые, но кажутся какими-то миниатюрными...да и все там какое-то миниатюрное и находится в состоянии ремонта...
в одном из соборов мы попали на выступление хора монахов...или не монахов, а послушников... пели очень красиво. акустика была потрясающая. В общем все остались довольны.
[показать]

завтра едем с Ильей в Углич...по церквям лазить...по развалинам.
в 7 часов утра нужно быть уже в автобусе... потом туда ехать целый день...потом эти церкви.... тягомотина...эх
а ему нравится... ему приключений хочется...хотя какие там могут быть приключения.... ну да ладно...на вкус и цвет, как говорится
ну ничего...я его летом на Валаам отправлю...вот тогда и посмотрим чьи затеи лучше, красивее и интереснее
а сейчас пора спать!:wsleep: а то завтра я не встану

ну все...завтра иду грешить!

купила себе наконец-то сумку!...даже две
одна такая...повседневная...черная...круглая... прикольная...
а вторая криатьивная...бело-красно-черная... с желтой надписью... и разноцветными кантиками. О как!

эх... так хочется чего-то нового...
на лево что ли сходить? благо есть с кем...
точно так и сделаю.... пусть меня накормят вкусным ужином, пусть мне делают комплименты, пусть меня хотят соблазнить...
и пусть Илюша ревнует
а то рассабился больно...цветов не дарит... в рестораны не водит.... хотя на ласку пожаловаться не могу...

ушла на экзамен.