"Забудь зубудь забудь зубудь его!!!" - строчит мне подруга.
[604x453]
Не бойтесь собак. Они все хорошие.
Есть, конечно, и дурные, но и они вас не тронут просто так.
Я почти знаю, что такое быть собакой. Я прожила с ними полдетства, практически в одной будке. Я проводила с ними весь день, кормила, гуляла, играла, помогала выращивать и пристраивать их детей. Они меня любили и доверяли мне. А я до сих пор помню их всех в лицо, все их привычки тоже помню. Они были очень разными, но все они хотели, чтобы их любили. Кто-то не показывал этого и был менее эмоционален, чем остальные, но в глубине души все же возникало желание быть любимым, быть чьим-то, не смотря на всю свою тягу к свободе.
Знаете, что такое быть собакой? Когда все от тебя шарахаются, когда в тебя кидают камни и стреляют солью, когда кричат маленьким детям "не трогай, она блохастая!", а вы с этим малышом так понравились друг другу. Когда все против тебя, когда по ночам приезжают злые люди и пытаются тебя пристрелить, потому что ты много лаешь. На людей в том числе. А ты просто боишься этих людей. У тебя четверо славных щенков, они только недавно научились ходить, а вчера один из них чуть не потерялся. Им около месяца, а ты уже так их любишь. И ты просто боишься людей, потому что люди злые по отношению к собакам. А у тебя четверо славных щенков.
Не бойтесь собак. Они так хотят, чтобы их любили.
-Аааа....почему они все такие придурки?
-Один я нормальный, да?
-Нет, почему? Ты тоже придурок.
Как-то странно, что мне глубоко похуй. Я вот все жду, жду, когда на меня накатит, но мне похуй!
похуй, что 10 утра. похуй, что я звоню и говорю, что я сейчас приду. Похуй, что я говорила, что не хочу больше видеть, и не делала этого месяца 4 уже. Похуй, что пошел дождь и я долго шла пешком. похуй, что я говорила всякую ерунду и все время смеялась и кашляла. похуй, когда меня целует. похуй, когда трогает. похуй, что я разлила чай на пол. похуй на крики, что все бабы тупые. похуй, я обулась и ушла.
Когда мне уже станет низко и дерьмово? Почему мне все еще похуй?
Раньше я плакала, а теперь мне похуй.
Полпачки Кента,вот так с размаху,
Вдыхать.И кольцами выше,выше,
Послать никчемное утро нах*й
Тебя не видеть,не знать,не слышать.
Одна таблека спасает душу.
Звенят слова по немытым чашкам...
Молчи,ведь я не умею слушать,
А тихо - это не так уж страшно.
А 20- это не так уж много.
Какая дура?Причем тут годы?
Я так устала в душе от смога...
К чертям послать бы свою свободу!
И так по-женски спуститься низко,
И так по-детски бояться крови...
Какой ты нах*й родной и близкий,
Когда калечишь на каждом слове...
(с) Автор неизвестен
Желто-зеленые глаза. Никогда таких не видела. Как у большого наглого кота, уверенного, что рано или поздно он поймает свою жертву. Почти маньяк, кому-то показалось бы.
Даша не одобряла нашего общения, но не мешала. Да и не могла. Она тогда была в другом городе.
Более чем странные рассказы, многочисленные вопросы. И я почти научилась разговаривать, впервые разоткровенничалась и выложила все, что было. А было много. В смысле много чего ранее не высказанного никому.
Советы, почти установки и программирование. Мне все пошло на пользу. Во мне ничего не изменилось, просто я многое поняла. Благодаря ему.
Однажды я сказала, что если бы не его отъезд, я бы хотела быть с ним. Мы договорились встретиться лет через 5, мне тогда будет 22 и я буду еще прекрасней, чем сейчас. Мы обменялись признаниями, и я не разрешала себя целовать.
Мы встретились через год. Я все еще помнила все то, что смогла от него взять, но уже воспринимала это как само собой разумеющееся. Как будто бы никогда не была той 17летней девочкой.
Но я помню. Спасибо.
[269x393]
И в этот самый момент до меня дошло, что это конец, что я больше ничего не смогу сделать. Вокруг было много людей, мы очень громко говорили.
На мне практиковали пикаперские штучки чуть больше года назад. Я, как и положено, велась. Просто от него веяло уверенностью и нестандартным мышлением. Меня не таскали по кино и кафешкам, меня брали в те места, про которые я уже и забыла. Мы много разговаривали и часто ночевали вместе.
Нас не редко спрашивали, кем мы друг другу приходимся. Внешнее сходство, духовная близость и страсть – редкое сочетание. Мы учились в одной школе, наши бывшие классные руководители являлись сестрами, да что уж тут говорить, наши кошки оказались сестрами! Мы тоже иногда говорили, что мы брат и сестра, но чаще – муж и жена.
Мы искали подходящую турфирму, рассматривали различные варианты, страны, отели. Подруги качали головами, они не очень одобряли мои авантюры. Мне же было наплевать, что думают по этому поводу другие. Мне нечего было терять и, кажется, я нашла того человека, с кем мне не страшно было терять это самое «нечего». Мы придумывали, придуривались, притворялись, признавались. И нам это безумно нравилось!
Мы сошлись на одном и том же. На общих необходимостях, необходимостях замены, быстрой реабилитации за счет другого, необходимостях в любви и отдыхе.
Собственно, это нас и убило. Мои быстро удаленные смски, хотя он никогда не порывался их прочитать, его телефонные разговоры. Иногда его становилось слишком много, иногда мне хотелось проснуться раньше и уйти, иногда он совсем меня не слышал, иногда он говорил, что больше не придет. Иногда единственное, что между нами оставалось, это умение уживаться вместе. Мы прекрасно уживаемся в одном помещении, даже в одной комнате.
Рядом с ним я чувствовала себя девушкой. Красивой, молодой девушкой. Не чьей-то мамочкой, не «своим парнем», не рабой и птицей в клетке, я чувствовала себя девушкой, за которой ухаживают, о которой заботятся. И тогда я зажралась. Он не знал, что ко мне нельзя хорошо относиться.
«Мы приезжаем. У тебя своя жизнь, у меня своя. Все». Я была несправедлива и неблагодарна. Этим и обосновывались некоторые мои действия.
Находясь в тысячах км друг от друга, на разных материках, мы пытались разобраться и побыть друзьями. Я ходила по свадебным салонам, мерила несколько шикарных платьев… Потом мы решили, что пусть это была шутка, и я откинула идею посчитать, во сколько обходится свадьба. Я скучала. И не только я. Но самое интересное, что мои смски и его звонки в другие стороны не прекращались. Мы снова сходились на общих необходимостях, ну, и прошлом опыте.
Оказавшись в одном городе, в нескольких метрах друг от друга, а потом и сантиметрах, мы очень много говорили. И потихоньку начинала болеть голова. Я все время сомневалась, а когда, наконец, решилась, засомневалась не я. Отказ в косвенной форме меня обидел. Но я то отходчивая. Я быстро прощаю. В этом заключалось одно из крайне немногих различий между нами.
Мы были слишком похожи. Когда он говорил о себе, мне казалось, что он говорит обо мне. Мы ругали друг друга за качества, которыми сами обладали, за поступки, которые сами совершали. Мы были практически идентичны.
Это был единственный человек, который мог меня понять, единственный, кто мог мне помочь, единственный, на кого я действительно могла положиться. И я решила, что не хочу портить эти отношения сексом. Мы договорились.
Весь этот год, до сентября, он был единственным человеком, кого я не боялась назвать своим другом. Мы все так же общались по необходимостям, но уже не по тем, что раньше. Необходимость поделиться с кем-то, необходимость быть понятым. Иногда на меня обрушивались волны агрессии, по нарастающей. Я уже говорила об одном нашем различии. Я быстро прощаю. А он все помнит и не редко припоминает. Но я терпела, я знала, что пройдет, я знала его особенности, я давала возможность выплеснуть все это, даже на меня. Я сознавала, что когда-то была слишком не права. Он всегда во всем видел только плохое, не очень любил людей. В отличии от меня.
Вокруг было много народу, мы очень громко говорили. Иногда я переходила на крик. Он совсем меня не слышал. Но не потому, что вокруг было много людей. «Все знают, что у нас с тобой заебись отношения! А ты….». Дальше я уже не слушала. Не помню даже в какой именно тот самый момент до меня дошло, что это конец, что я больше ничего не смогу сделать, чтобы что-то исправить. Мы все еще были близкими друг другу людьми. «Ты же знаешь, что у меня никого, кроме тебя, нет, ты мой единственный друг». К чему это все? Я устала подставлять по очереди свои щеки для избиения, я устала быть объектом для спуска агрессии и негатива ко всему этому гребаному миру. И я
[466x699]
[466x699]
[484x480]
Что-то слишком много Сергеев стало в моей записной книжке. Раньше никого не знала с такими именем. Да и не нравится оно мне. Странное какое-то. Так вот, с одним из них я сегодня встречалась. «Сергей Бе» я его записала. Смотрел на меня в субботу, как я смеюсь и танцую. Я к тому времени уже более или менее протрезвела, но курить все равно хотелось (да-да! Я так и не бросила), а зажигалку я потеряла. Пришлось идти за соседний стол. Он предложил покурить на улице, только сам он не курит. Разговорились, я оставила ему свой номер и уехала домой, все-таки еще немного пьяная и с жуткой головной болью. Сразу же завалилась спать, даже не смогла ответить на смску сомнительного содержания. Что-то там про цветные сны.
Кстати, о снах. Приснилось мне, что я отрезала себе руку, и ее нужно было приготовить на ужин. Но никто не мог мне помочь это сделать, и я боялась, что рука протухнет, получается, что зря отрезала.
Так вот, про Сергея. Вызвонил он меня сегодня. А я телефон у Марины оставила, она смеется, говорит, что это за «Сергей Бе», и что это он так хочет со мной встретиться. А я сейчас взяла и рассказала. Не хочу. Мне вообще весь день плохо после таких бурных выходных. Отдавая телефон, Маринка кинула мне на прощание: «Удачно с парнем встретиться».
Парню этому скорей всего уже за тридцать. У него худое и измученное лицо. И морщинки вокруг глаз совсем не такие, как я люблю. Я боюсь сейчас это говорить, но у меня сложилось такое впечатление, что его каждую ночь трахают в жопу, и он дико не высыпается. Я его почти не слушала, пыталась не подавать виду, что у меня трясутся руки и ноги. Ну, там что-то куда-то они ездили, кто с женами, кто нет, пили, над котом издевались, Светка плакала, хозяйка кота. Он потом еще сказал, что в субботу я была повеселее. Еще бы! В субботу был тяжелый день после пятницы, а потом еще вечер, дежа вю, шампанское от тайного друга, которым в итоге оказалась Настя. Настя! Моя любимая девочка Настя! Я думала, что у меня совсем поехала крыша, и нужно бы меньше пить. Но это правда была Настя! И она приехала домой! В общем, одной бутылкой мы не стали ограничиваться. На какое-то время стало очень хорошо и весело, мне хотелось танцевать! Тогда то меня и заметил этот, Сергей Бе.
В продолжении о Сергеях. Точнее теперь речь пойдет о Серёёёжке, сидел он с нами, мы все его видели раз третий, а кто-то и впервые. Показывал фокусы и вообще хороший и милый мальчик. Но это так. Просто имя такое. Он меня розочки из салфеток учил делать. Вообще-то, я и сама умею, но у него они красивее получаются.
Я все время путала пятницу и субботу. Единственным ориентиром для меня была моя одежда. Если я не в платье, значит уже суббота, а вчера была пятница. Да, в пятницу я была красивая, в платье. Накрасовалась я до того, что познакомилась с блондинкой Яной (что-то меня в последнее время на блондинок тянет), которая мне названивала еще с утра, а вечером захотела со мной встретиться, и мои девочки спрашивали, не лесбиянка ли она. А потом я плакала. За барной стойкой, затем за столиком с непонятными личностями. Я ревела, а они меня успокаивали. «Меня никто не любит, я никому не нужна, я овца». Примерно так. Дура. Личности решили отправить меня домой. Я плакала еще возле такси. Звонила всем, но никто мне не отвечал, и вообще я не поняла, куда все делись. Катя сказала, что я говорила с ней по-английски, при чем очень долго и хорошо. Но когда именно это было? Дома я оказалась в целости и сохранности, как всегда умылась, почистила зубы, легла спать. Забыла заколки только снять. Мне повезло, что все так вышло. Один человек сказал, что после того, как я уехала, непонятные личности повздорили на этот счет. Вероятно, один из них хотел поехать со мной, и явно не ко мне домой. Но мне повезло, и я уехала одна к себе домой.
Просто я в себе это держала, вот и расплакалась. Я же редко плачу. Тот самый, что своим цветом глаз очень удачно подходит мне под новые туфли, так и не перезвонил. А он веселый, и я даже по нему скучала. Еще он поет в машине, а я пока что стеснялась. Но я же тоже люблю петь в машине! Машина у него большая, мне приходится очень сильно отталкиваться от земли, чтобы в нее залезть, а спускаться я вообще боюсь и не знаю, какой стороной лучше это делать. Но это не важно.
Не знаю, стоит ли делать какие-то выводы после всего этого.
Наверное, я не создана для любви. Для чего угодно, но только не для этого. Ну, еще я не создана для балета, потому что у меня кости таза как-то неправильно стоят, поэтому не могу на шпагат сесть.
Интересно, я дура, потому что глупая? Или глупая, потому что дура? Чувствуете разницу?
[570x401]У меня в ванной поселился сверчок. он сверчит по ночам, иногда мешает уснуть. и позавчера он не засверчал как обычно. Тихо было. Я подумала, что он умер. Мне стало жалко сверчка, мне хотелось его покормить и оживить, чтобы он снова начал сверчать. но я не могла никак выяснить, что едят сверчки, и не могла придумать способ, как найти сверчка в ванной. ведь он больше не сверчал. тогда я вот что подумала: там по соседству живет паучок. Я периодически смываю его семейство в ванну. Так вот. может быть, сверчок и паучок что-то не поделили, и паучок съел сверчка? Но вчера я снова услышала сверчка. Он сверчал. И я была счастлива, что он жив. Мама сказала, что он есть плесень. но почему-то не верится.
Что едят сверчки?
[показать]
[498x400]
Ты была должна ему слишком много. ты все оттягивала и оттягивала... Просто тебе было нечем отдавать. Ты брала у него все и никогда не отдавала ничего.
просто ты тратила на другое. просто ты подсела на другое.
Я знаю, как это, можешь не рассказывать, милая. я знаю. иди ко мне.
Она остановилась в 20 см от меня. У нее идеально чистое лицо, грязно-голубые глаза, ни грамма косметики и тяжелые светлые волосы. Я обняла ее, и она заплакала.
Я тоже не знала, что делать, когда так боишься отпустить. "А вдруг не вернется?"
Пойми, ты можешь уехать. Но ты зачем-то дергаешь стоп кран, и все рушится...
[238x269]