Чёрная тушь.
Беспокойная тишь.
Над чердаками —
Летучая мышь.
Под облаками
Над скатами крыш
Мечется-бьётся летучая мышь.
Вязкая тень.
Заповедная даль.
Тянется снами
Нездешняя ткань.
Было — не с нами,
И снится — не нам
Быль, приносимая небыли в дань.
Мы же — не сон,
Свет — наш секрет.
Солнечной песни
Помним завет.
Розовой вести
Полон рассвет.
...Или я сплю и не выключил свет?..
По Руси колокола
Водят перекличку.
Эх, оставить бы дела
Заложить бы бричку,
Вместо свитера надеть
Полушубок ватный,
Крикнуть, гикнуть, полететь
По Москве закатной.
По булыжной мостовой
Прогреметь на Пресню
И под ветра свист да вой
Загорланить песню.
Так бы всё катить и петь,
Песни, что есть мочи,
Стать счастливым — хоть на треть,
Ну а ближе к ночи —
Где-то денег подзанять
И, сбив наземь шапку,
В кабаке чаи гонять
С сахаром внакладку.
… А над городом плывёт
Перезвон малиновый.
Грусть-тоска меня грызёт.
«Да» и «нет» — как Сцилла и Харибда,
Ищешь между ними коридор.
Только жизнь жестока, как коррида:
Время — бык, а ты — тореадор.
Бейся, или ляжешь на манеже.
Ты попался в тупике судьбы.
И умрёшь. Или врага зарежешь.
Так или иначе — крови быть.
В стороне никак не отсидеться,
Не стряхнуть, как сон с ресниц, кошмар.
Выбирай: или ответишь сердцем,
Или печень разорвёт удар.
«Да» и «нет» горят вокруг, как метки.
Красный или белый носят бант.
Так зачем тебе ужасно редкий,
Невозможный третий вариант?
Июнь 2024
Художник: Петер Бёйте
Карты устарели, ссылки биты.
Мы поднаторели в переменах.
Что нас жгло экстазом, то — забыто,
Что-то — сразу, что-то — постепенно.
Мы себе искали основанье,
Прошлое листали — где же корни?
И затёрли все воспоминанья,
Так, что не нашлось теперь, что вспомнить.
Май 2023
Великих стран прощальный облик
В песках скрывает обелиск.
Так кротко дремлет грозный сфинкс...
О камень трется светлый отблеск, —
Костёр играет пляской искр,
Лик освещая чужестранца,
Увязший в чёрной бороде.
В неё зарывшись, вязнут пальцы,
А взгляд, блуждающий в нигде,
Сквозь искры, поднятые в танце,
Готовится для новых встреч
С ожившим в камне отраженьем,
Где прошлое пришло в движенье
И сфинкс намерился прилечь
За миг, как стать изображеньем.
Август 1995
Иллюстрация: Карл Хаг "Сфинкс в Гизе", 1874
Мудрец скребёт затылок
И трёт широкий лоб, —
Достаточно ль посылок,
Не сомневаться чтоб?
Мир так велик и чуден,
Пойди его пойми —
Что было в нем, что будет,
Что прячется в тени?
Что есть его основа? —
Не воздух, не вода...
А, может, Божье Слово,
Каким Он мир создал?..
Сравнил сей мир с рекою,
Но снова образ вял.
Мудрец вздохнул с тоскою
И вновь писало взял.
Июль 1991
Иллюстрация: Гераклит Эфесский
Туман крадётся улицей, как вор,
В мешок заплечный пряча, что найдётся.
Исчезли дом напротив и забор,
И лавочка у старого колодца.
Пропала яблоня. Смородины кусты
Растаяли, как призрачные тени.
Мой огород исполнен пустоты,
Предшествующей миросотворенью.
В ней — все значенья, тысячи имён.
Предметы прячут сущности и лица.
Мир для того в тумане растворён,
Чтобы потом как заново родиться.
И медлю я сойти в туман с крыльца,
Поскольку абсолютно мне понятно,
Что вряд ли я таким же до конца
Из недр тумана возвращусь обратно.
Июнь 2024
Автор фото: Igor Do
Два мешка
Золотого песка
С жерновов
Песочных часов...
На казну мою не сшить кошелька,
Но и снег не стряхнуть с висков.
Дом сложил —
Надорвал десять жил.
Жить бы век,
Да повсюду снег.
Цепь, как пёс, тянул — лаял, сторожил,
Ну а как сорвал — так в побег.
Снег хрустит,
Вяжет ноги. Пути
Мне ясны,
Да занесены.
И на темный лик тьма из тьмы летит,
Хорошо — есть цветные сны.
Соберу,
Прежде, чем помру,
Цвет в мазок, —
Пали тени синих век.
Облака по кромке неба
Катятся, как булки хлеба.
Спит небесный человек.
Ночь придет — покров долой.
Вспыхнут тысячные очи
Тем, кто, как и прежде, хочет
Жить под собственной звездой.
Август 1995
... Ещё, страшась в себе разлада,
О Боге помнила душа.
Земля и небо плыли рядом.
И от земного шалаша
До кущ небесных было близко.
Молитва шла тогда легко.
Не то, чтоб небо было низко, —
Земля стояла высоко.
И на краю дворцовой крыши
Подумал царь, зря облака:
Когда б взойти немногим выше, —
Коснётся их моя рука.
И молвил слово. Бросив пашни,
Забыв, что пота стоит хлеб,
Народ притёк, и строил башню,
Чтоб небо покорить земле.
Горя ожесточеньем битвы,
Спеша к небесному венцу,
Они оставили молитвы,
Чтоб Бога зреть лицом к Лицу.
Будущее созревает внутри
(Ну а потом выходит наружу).
Не важно, что ты себе говорил.
Важно, чем ты годами недужил.
Не архитектор ты, а канал.
Точка прорыва. Слабое место.
Ты удивишься, как мало ты знал
Того, что тебе было известно.
Найдёшь ли в себе достаточно сил,
Чтобы признать (желательно — рано),
Что завтрашний день уже наступил —
Вне твоего прекрасного плана?..
Май 2023
«Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло...»
(1-е послание Коринфянам апостола Павла, 13:12)
Со всеми слеп и я,
Хоть каждый — зряч по сути.
Мой образ бытия,
По-видимому, мутен, —
Как мутен мира холст,
Когда очки снимаю,
Как смутен мой вопрос,
Которым ум ломаю.
И те, чья жизнь — не зря,
Как говорит Апостол,
Не многое здесь зрят.
А кажется — так просто...
Июль 1995
Прозрачен воздух. Горизонт далёк.
Огромно небо. Облака игривы.
Неспешно разгорается денёк.
Ты тоже можешь жить неторопливо.
Размеренно трусит соседский пёс.
Торжественно качаются люпины.
Ты суету сюда с собой привёз,
С вещами второпях в рюкзак закинув.
Так много дел. Всё хочется успеть
К тобою же назначенному сроку.
Но нет такого дела — подсмотреть,
Как скачет по обочине сорока,
Подслушать, как гудит пчелой цветок,
Глядеть вослед пушинке-космонавту.
А дел своих ты сделаешь пяток —
И сто ещё останется на завтра.
Июнь 2024
Иллюстрация: Сергей Рёвин "Летом на даче. Люпины", 2016
Площадь. Вокзал.
Серое здание.
Кассы да зал
Для ожидания.
Пытка души
Замедлением времени.
Жизнь не спешит,
И в уме затемнение.
Стулья вдоль стен
Частью порушены.
Жду перемен —
Обязательно к лучшему,
Что нашептали
Чувства-обманщики.
Чай остывает
В бумажном стаканчике.
Небо светлей. Знать,
Не долго уж мучиться.
Хочется спать,
Да боюсь за имущество...
Я тону в пассажиропотоке,
Каждый день пробиваясь домой...
Слава Богу, что вышел высоким, —
Свет никто мне не застит спиной.
Вижу лица. На лицах — усталость.
Друг о дружку затёрты сердца.
И от трения ранняя старость
Проступает в гримасах лица,
Набухает в мешках под глазами,
Залегла в очертаниях рта.
Мы живём — как несём наказанье,
Всё за то, что бежим от креста,
Что не Богу работаем — страсти,
Потому и напрасен наш труд.
В лотерею не выиграешь счастье,
Да и денег мешок не дадут.
Всё мечтаем: вот кончится давка
И своё мы получим сполна,
Но всё туже на шее удавка,
И душа, как и прежде, черна.
Ты в блеске чужеземцев при дворе,
Изысканных в одежде и манерах,
Не находи для сердца квартирьера,
Не поддавайся пагубной игре.
Не заблудись среди их верных шпаг,
Среди улыбок вкрадчивых и дерзких.
Не отвечай им холодно и резко,
А просто отступи еще на шаг.
Пускай они растают, как во сне.
Их красота, кураж и лоск породы,
Изыски обхожденья, знаки моды
Останутся при них, а ты — при мне.
Январь 1995
Открывший смерть увидит мирозданье
Живущим по канону века — в долг.
Пусть договор утаивает сроки,
Зато подписан кровью каждый лист...
Так основательно кредитованье
Вести способен тот, кто знает толк
Во времени, и, подводя итоги,
Смерть в плюсе, как заправский финансист.
Замылен взгляд. Нам знаки разложенья
Видны повсюду. Звезды, человек, —
Всё склонно к смерти. Кажется реликтом
Способное хотя бы зеленеть
В горшке на подоконнике растенье,
Навстречу солнцу новый свой побег
Пустившее так дерзко и открыто,
Что вместе с ним смерть хочется презреть.
Обыденность... Но вижу как впервые,
Жизнеспособность жизни осознав.
Смерть не дает привыкнуть к долголетью,
Но цепь рождений ей не оборвать.
Смерть — лишь среда для жизни. Мы, живые,
День колесом.
Летний мой вечер —
Наглый и рыжий —
Глуп и беспечен,
Руки мне лижет,
Словно щенок,
Вьётся у ног,
Косточку точит —
Ночи огрызок.
Сны всё короче...
Вот уже слизан
Лишний часок...
Май 2023
Игорь Родионов «Тёплый майский вечер в городском парке», 2023
Ты теперь, батенька, — старая косточка,
А не надёжа земли.
Жизнь, как забор, разобрали по досочкам —
Что не трухляво, сожгли.
Завтра здесь будут другие обычаи,
Свежим железом блестя.
Вспомнит ли кто тебя для приличия
Лет эдак тридцать спустя?
Будет ли кто перекапывать прошлое —
Массу слежавшихся слов,
Чтобы, отбросив пустое и пошлое,
Сердцу доставить улов?
«Ну-ка, смотри — и присядут на корточки, —
Что тут такое у нас?»
Да ничего, просто — старая косточка,
А не бесценный алмаз.
Июнь 2024
За щекой катая карамель,
В несуразном мокром балахоне,
Дождь гоняет улицей капель,
Как мальчишка — мячик на газоне.
Отразившись в лужах-зеркалах,
Что разбиты брызгами на блёстки,
Он, чуть-чуть запутавшись в ветвях,
Вдруг поправит модную причёску.
Дождь — затейник первый на миру.
И, смахнув с ресниц своих дождинку,
Засмотрелась на его игру
Встречная красавица в косынке.
Июнь 1991