первосентябрьский прошел тихо, в планах на осень. в выборе цвета и обуви.
я научусь пить джин и курить мало, но крепкие. и хочу, хочу на собаках в москву. если не получится осенью, то ехать весной. москва москва. хочу туда даже больше, чем в питер. слишком я не доверяю последнему.
хочу, чтобы она любила меня. любила мои худые тонкие бледные пальцы. любила мои уставшие глаза, которые смотрят до красноты на нее, до невозможности. н.
думаю устроить себе поэтический сентябрь. может, опять смогу писать.
p.s.собираюсь всю ночь читать генриха белля. /снять линзы, смыть косметику/

просто падать в яшку, читать ее женские надтреснутые терпкие.
потому что здесь все на уровне грязных танцев. на уровне диеты табак+вода.
лето стерлось одним взмахом. (смотри переход к шерстяным с v-образным.)
прекрасен ижевск осенью. собаки лают, ветер воет.
время бессмысленных записей = нестройных аккордов.

все реализуемые осенью мечты сваливаются в тряпичный мешок с цветными заплатками, как у хиппи. радостно и страшно одновременно: сбудется? не сбудется? вино в барах, а когда она приедет, непременно пробовать ром, конечно, пригласить ее, надеюсь, будут деньги. еще отрастить волосы: ей так больше нравится. главное, не струсить, она же будет на каблуках и в плаще.
скорее покупать нитки и вязать теплые вещи. вот-вот нагрянут холода и тогда промозглая сырость (тогда уж никакой коньяк не поможет), но, если быть готовым, то можно торжествующе ощущать тепло в животе - немножно от счастья, немножко от скуки.
или наоборот окунуться до сухого и сильного покалывания, душить простуженные легкие непрерывными сигаретами, обругивая зажигалку, гаснущую на верту, а потом самый дешевый кофе в ближайшем как будто кафе с пластмассовыми столами (вам такие знакомы?).
сейчас, говорят, в моде длинные шарфы. но мне все равно теперь ближе мужские и широкие. благо есть любимый старший брат, который и не заметит, если аккуратно стащить.
лето прошло. черт с ним.

скамеечно. совсем немного коньяка и житан крепкий, как когда-то крепко держали меня за волосы. табу на имя, наверное, впервые.
люблю женщин. нежных хрупких. остаться в джинсах, да свитера обычные: с вами неважно. целовать в волосы, бровь, куда вы еще разрешите? держать за руку, смотреть, как улыбаетесь мне. скука с вами, юрий. подарите дни турбиных, а там решимрешу, что дальше.
leto cloze. смотри резиденция. смотри, не проспи, завтра рано вставать. но все неважно в ночи горького шоколада: горькие ночи с нестиранными простынями. хруст фольги, истерты все слова в клочья, не то, что те черные туфли на низком каблуке.
тьфу.
но все равно неспокойно. ветренно. (купить зонт, чтобы спокойнее.)
подарите изысканность глупому подростку. с горя кофе ирландский, да в линча.
в холодильнике, за банкой клубничного варенья, прячется московский четырехзвездочный.

"В губах признанья, в руках бутылки...
О, как мы бывали пылки!" (с) Яшка Казанова

мое утро начинается в 12. зелчаем и бобсом. кашель, так его и растак.
пастернаковское чтение приводит к полному непониманию простых слов.
день, конечно, обещает быть весьма не очень, но кто-нибудь, может, вечером вытащит напиться погулять. с радостью бы сходила в магнум )
третий день тянет в поезд. но завтра уже учеба (урааа), буду заниматься делами.

как же я не люблю отчаяние. от которого куришь много и крепкие. от которого ешь по ночам калорийное. от которого пьешь алкогольные и не пьянеешь или наоборот, слишком забываешься и тогда уже нарасхват любые твои слова и жесты, так как, знаете ли, правда, из первых рук.
сна нет (есть сон лет?), мамины шаги тяжелые, слова пустые.
и кто пуст: она или я? я нет, я наполнена, даже переполнена всяческой дрянью и ненавижу непрятные запахи.
сейчас бы курить судорожно, потому что занять пальцы вместо глупого барабанного по клавишам, зачем, зачем.
а не писать невозможно в такие моменты, просто удалю завтра запись, а если писать - ручкой по бумажным - то все равно ни слова не вытравишь, только начиркаешь какой-нибудь рисунок и обзовешь датой.

(ветер вдоль берега)

вырезала дп из жизни. даже не так - вырвала. с корнем, с кровью.

н. во всем права, конечно. если ты делаешь себя по чьему-то подобию, по домыслам о данном образе, вместо того, чтобы просто быть собой, то этот образ не разрастается целостно, а скорее обрастает полипами, и ты уже и не ты, и не тот, к кому стремился.
не умею писать чужие мысли чужими словами не дословно. возможно, это происходит потому, что я не совсем понимаю или не принимаю эти мысли.
это все к тому, что хочется поэтичности. то есть приятно ходить в серой вязаной футболке и писать по вечерам в блокноте, читать и курить на улице или зонтово ходить под дождем, еще можно много гулять одной и отдыхать в кофейнях.
так или иначе, хотя я все это люблю, но, кто знает, люблю ли из-за себя или из-за того, что где-то прочитала или подсмотрела.
так вот бредово.

а из списка друзей удаляют и удаляют. как глупо и еще раз глупо обращать на это внимание. она пишет для себя, только для себя.
не умею быть третьей лишней. не научилась. но пить сначала вино из бутылки, а потом еще раз и еще раз коньяк - это, наверно, маленькое счастье. черт знает почему маленькое: это неважно в 5 утра. пусть идут вдвоем от холмогорова на карла маркса, он ее хочет, а ей в общем безразлично. как же люблю ее и восхищаюсь ей. "питер, блядь".
скамеечные ночи, потом опять обзову одной из счастливых ночей этого лета, а на деле, как же было невесело, несмотря на втык.
люблю писать, что только приходит в голову. особенно по утрам. и даже не хочется кофе, хотя ирландские сливки, наконец-таки появились в этой квартире.
она говорит, что думает, она прекрасна в своем новом платье. как же я ее хотела этой ночью, наравне с этим странным мужчиной. и как хотелось разрыдаться, когда вспомнила о дарье. она никогда не оставляла меня одну. дарья, н., мор, женщины-мущины.
а я хожу по утрам в кофте от пижамы и ем котлеты. жизнь такая короткая: в ней нет времени спать.
хочу ее, блин. дождалась, когда осталось три дня.

hello, darling! )

если бы не спасительный кашленасморк, опять пошла бы на улицу делать глупости и пачково курить. но скоро позвонит н. (если позвонит, конечно), и я предложу ей вино, а она откажется. как же все меняется в жизни.
записи стали страннонепозитивные, причем с каждым днем как будто без просветов. но это же неправда: я умею и люблю радоваться жизни.
вот вчера был отличный день. сидела на набережной сигаретно и училась открывать бутылку пива) да еще вечером смотрела дурацкий фильм про америку 19го, убитых янки и музыка банджо.
а сегодня в душ, немного армстронга и почти готова вместо дм купить кб.

знаете ли, будет дождь.

насыпьте мне денег в шляпу, я пойду и куплю себе сигарет.
хватит рыдать. пора учиться быть дрянью.
просто я люблю мрачно курить.

она написала. смс.
теперь иначе. и, чтобы теплее, старые джинсы и носки шерстяные.
жаль, что нельзя ни сигареты, ни чашки чая. (кофе слишком уж дрянной).

немного до бога. на 6 миллиардов меня так немного.

ненавижу себя. ненавижу подобные посты. ненавижу NA. ненавижуненавижуненавижу.
не_хватает_ярких_красок
сумбур в голове. как когда ходишь по городу, а вокруг одни клозеты без задвижки и душ без полотенец.
не-бросайте-меня. бросать могу только я. эгоистки уходят плакать подальше, курят и ждут, когда за ними придут.
ненавижу. не умею по-другому. как у них: со скамейками и дешевым вином. с италией и прочим. они охуенные.
ну что за блядство. ненавижу телевизор. не люблю маму. мое прошлое непошлое.

уеду страдать в питер. ненавижу этот город. раз уж такая тема.
я буду ждать, ты звони. *дзинь.

иногда я думаю, что это из-за отсутствия дарьи. просто не уверен, нужен ли ты кому-то в этом городе. огромный город, когда такой пустой. я уже не знаю, как ко мне относятся окружающие. я запуталась и ужасно не хватает дарьиного "дура ты, ксюха!". не хватает встретиться-напиться жигулевского с честером и разговорами о жизни-пойти ночевать к ней домой, а утром с жутким похмельем на 9ом из строителя. правда, я тоже сейчас на 9ом из строителя нередко, потому что юра, но там как-то задумчиво и пусто. не так.
в общем, грустно. хочется, чтобы кто-то заставил поверить и сказал, что я сильная. потому что знает, что это так.
да еще н. я же люблю ее. но не могу, когда меня критикуют по каждому поводу, к чему-то обязывают и смотрят снисходительно.
осенью начнутся дожди, я буду пить и кашлять, потом скоплю денег, куплю браунинг и застрелюсь.
"кто смажет нам раны и перебинтует нас, кто нам наложит швы? я знаю, зима - в роли моей вдовы".
p.s. занять меня учебой надо. хватит уже думать о судьбах своей и мира.

у меня есть все условия, чтобы быть счастливой.
а ни хрена вот.

хочется включить снайперов, громко, и глупо так умереть, не дожив до осени и девятнадцати.
не вижу смысла в своей жизни. недовольная, как кто-то называл кого-то в 62.модель для сборки. мне же постоянно чего-то не хватает, а на деле я сама себя ограничиваю. свобода, бля. все мы потерянное поколение. мы отличаемся от поколения начала двадцатого, о котором это было сказано, тем, что они не признавали это, стремились опровергнуть, а мы признаем, да еще стараемся подтведить: да, мол, потеряннее некуда. кажется, этим выделимся и нас запомнят на века. запомнят, но как безымянную толпу пустых и прожигающих
как я мечтала прошлым летом? "Sea. Jazz. Summer. Sex". а у нас опять отключили горячую и приходится греть воду в кастрюле.
мне нужно людное метро. мне нужно, чтобы на моем теле писали стихи. мне нужно вырвать себя из семьи, а дальше читать ван гога и курить кб.
иногда мне кажется, что. а, впрочем, это неважно. мама опять бросает бутылки из окна. жуткий грохот, да.

когда я на лиру, мне кажется, что я сплю в своей кровати, но в чужой квартире. может, в квартире своих знакомых, но там все же надо быть аккуратнее и зачем-то следить за собой.

[227x324]
отращу волосы и покрашу их в рыжий.
хочу быть такой же потрясной женщиной, как тори амос.

(<=MadCreator)




look