Вчера ездил стираться и забирать свой кальян к другу, семейной паре, которая складывалась на моих глазах, знакомство, встречи, свидания, скитания по квартирам, свадьба, ребенок.
Этот ребенок недавно выдал:
-Пап, а ты сколько от пола отжимаешься?

Серега почесал затылок и вспоминая свое атлетико-спортивное прошлое выболтал что раз 30, может больше...На что сын сказал, пап, а давай поспорим, если отожмусь больше то получу то-то и то-то...

Серега с долей скепсиса посмотрел на семилетнего сына и согласился, с условием, что если все таки папа выиграет, то сын будет делать то-то и то-то...рукопожатие, разбив, спор заключен.

Короче первым отжимался Серега(100кг, последние несколько лет сидячая работа перед компом, семейные плюшки и т.п.), получилось вполне неожиданно для него всего раз 20, но глядя на рахитного сынулю этого должно было вполне хватить.

Сынуля начал отжиматься и когда счет перевалил за 40 Серега обиженно крякнул и сказал:
-Ладно, ладно, сделал.

Что чувствуешь, когда, то что было совсем небольшим комочком в утробе любимого человека, начинает обгонять своего родителя, превосходить его умом, физикой, расторопностью...Гордость? Или смешанное чувство гордости с сожалением, что свой пик ты уже перевалил, начиная медленный спуск с горы...

Утро, кухня, дежурный кофе. Вторая чашка.
-Еще будешь?
-Нет, спасибо.
Разговор не клеился, я сидел за столом, крутил пальцами чашку с кофе, изредка поглядывая на висящие на стене часы. Надо начинать, а не хотелось. Но работа есть работа и я начал издалека.
-Я хочу остаться с тобой, жить с тобой, просыпаться каждое утро, видеть тебя, провожать и встречать тебя с работы...
-Перестань.Я не хочу. Она поставила кофейник на стол, сложила руки на груди и вжалась в угол стойки. Полная защита.Защита на грани нападения.И она начала.

-Ты все знаешь, мы все друг другу сказали, тем более ты сам этого хотел. Напомнить тебе твою последнюю фразу? Напомнить?
Дальше она сорвалась. Сорвалась на крик, в секунду выплеснув все, что скопилось за годы одиночества, пустого ожидания и непродолженной жизни.Секунды хватило, чтобы взорваться и вновь взять себя в руки. Гордая, победившая.

Я опустил на лицо маску, одну из сотен бывших в запасе на любую ситуацию. Хорошее начало, пока все двигалось по моему заранее раскопанному руслу.

-Ты знал, что у меня не было пути обратно, я доверилась тебе, я мечтала создать новую жизнь, семью, забыть прошлое...ты все знал и бросил меня тогда, когда ты был так нужен мне...

Еще полшага по руслу. Я молчал изображая обиду и стыд одновременно. Так надо. Такая работа.

-На следующий день чтобы не сойти с ума я завела дневник.Писала в него все, чушь, личное, обиды и мечты.Это не было очередным расспутьем, это был тупик. Ты ушел, а он бы не простил.Не принял бы меня, хотя горячо любил и постоянно искал встречи со мной...

Поворот под указатель, маска обиды сменилась маской уважения и восторга. Она повернулась к полке, уверенным движением схватила книгу и кинала ее на стол.Я едва успел подхватить чашку кофе со стола. Улыбка, стервозная улыбка ликующей женщины.

Я взял увесистый ежедневник и открыл первую страницу. Фотографии, молодые влюбленные лица, нервые комментарии на них поверх зачеркнутых наивно-безумных. Беглый почерк, записи изо дня в день, имногда скупые, иногда развернутые на страницу. Рисунки ручкой в конце текста.Вся ее жизнь, с рождения по сегодняшний день была записана ее в момент отчаянья, боли и тоски. Записав все, она рассталась с прошлым.Мы пришли в точку, дальше осталась самая малость.

-Ты знала над чем он работал в последние годы?
-Ты о чем?

-Перед смертью он прислал свои отчеты и дневниковые записи именно тебе.Ты не знаешь почему?

Она оцепенела, вцепившись пальцами в стойку чтобы не упасть. Мое появление несколько лет назад было не случайным, хотя ей все казалось наоборот.Романтическая встреча, флирт, знакомство, выставки, рестораны. Все это резко отличалось от ее реальной жизни. Муж, занятый своей трудом, невидящий ничего вокруг, бессоные одинокие ночи ожидая когда он вернется из лаборатории. скандалы, ссоры из-за мелочей, неустроенный быт и нежелание его устраивать. Он был гениален и безумен одновременно.А все гении страшные эгоисты.Эгоисты в квадрате. И несмотря на все она любила его, а он любил ее.И когда она забыла из-за чего возникла ее любовь, в этот момент появился я. Она страдала, была на грани помешательства, а я был рядом вытаскивая ее из петли. Прошло время и все улеглось, она все забыла и успокоилась. Муж-превратился в бывшего, озлобился на весь мир, заперся и в одиночестве полностью погрузился в свою работу. Теперь ему ничего не мешало и казалось этот развод был ему нужнее всего.

Проект Геном существовал уже несколько десятков лет, никакого официоза, бюджета и реальных лиц. Вы знаете как бывает, сытый разум -ленивый разум, неспособный на открытия, достижения и прорывы. Только поставленный к стенке, голый, нищий, стоя на табуретке в петле он начнет соображать как вырваться из этой тупика. Открытия делаются в шикарно оборудованых лабораториях?Бред. Сидя на старом стуле, поджав под себя ноги, с огрызком карандаша и бутылкой дешевого бухла на зяляпанном столе, одинокий, брошенный, отрешенный и безумный разум творит открытия, взрывая всю науку.

Сколько рождается гениев на тысячу населения?Один? Один им становится, остальные умирают, заплывают жиром и отключают мозги.Проект был создан для того чтобы вычислять самородков, отрезать их полностью от мира, ставить в такие ситуации, в которых голый разум начнет творить. что при этом будет чувствовать жертва никому не было важно. Что важнее, страдание одной личности или миллионов, умирающих от бесплодия? Кто определяет эту меру?

У меня маска беспощадности и целеустремленности.У нее впервые не было никакой маски, жалкая, сломленная женщина.Она еще не знала всей правды, но скоро все встанет на свои места.

-Он...работал...над своей теорией пространства, она должна была связать...не знаю, как объяснить...короче его бесила беспомощность человека перед материальным миром, он хотел освободить разум от бренности тела, мгновенные перемещения, управление потоками...полный бред. Над ним все смеялись и не принимали в серьез.Он смеялся всем в лицо, плакал и продолжал работу. Когда я встретила тебя и мы с Читать далее...

Влюбленным и любившим, ждущим и уже потерявшим, надеющимся и ослепленным, безумным и скромнягам. Короче, этот день, ну хоть как то должен запомнится и не быть серым и зимним.

У меня новый способ не просыпать, в 8 утра суровый мужской голос нашего водилы будит меня по телефону. В 8.30 процесс бужения повторяется, а в 8.31 звонят уже ВСЕ телефоны которые лежат у меня дома.
Жестоко?
Зато надежно.

[показать]

Наверно только я могу в один день проспать две встречи с разницей в 6 часов. У меня три или четыре комплекта ключей от квартиры, лежат на разных видных местах, чтобы всегда были под рукой, два комплекта у друзей, еще один постоянно привязан к ремню, ремень штанам, штаны ко мне. Когда не сплю.

Выпрыгнув из сна, я в полной темноте оделся и выскочил на лестницу. Лифтовая шахта, кабина, я в ней. Как патрон по стволу, доставляет из магазина и выплевывает в ствол-на улицу. маленький огень, вдох, выдох. Дым через нос, сигарета.

День закончился в два ночи, когда в баре сначало кончился Гиннесс, затем Бэкс, потом нефильтрат. Проводив минчан, взял машину и доехал до дома. Зашел по пути в магазин, купил продукты и остановился перед подъездом. Мутная лампочка, какое то чувство довольного отупения. Ключей нет. Отматываю весь день назад. Машина, бар, вечер, концерт, угар, метро, опаздываю, лифта шахта, дверь, оделся, проснулся, пришел домой. Стоп, назад. Я сегодня уже выходил из дома и соответсвенно уже входил. Проснувшись второй раз щза день я второпях нацепил не те шьаны.

То, что в три часа ночи в двух метрах от запертой квартиры приходят некое осмысление ситуации, нисколько меня не порадовало. Интересно кто будет рад меня видеть сегодня ночью? Дубли были еще у двух друзей. Выбор был недолгий, трубку взяли на втором гудке.

Вдох, выдох, синий дым. Машина, шахта лифта, звонок, дверь. Я отключаюсь до утра.
[показать]

Наконец то найдено средство от сна!

[показать]

Десятки сотен юнитов, каждый из которых чешется, кашляет, мерзнет индивидуально.

[показать]


[показать]

Пробежав пару пролетов я выбросился из окна, камнем рухнул вниз. Этажи, этажи, окна, свист ветра, слишком высоко, высота позволяла к сожалению одуматься, хотя это было лишнее, сделав свое дело тело было уже не важно, оно все равно было отравлено ольгиной кровью. Ее взгляд, по детски нахально надменный, гордо поднятый подбородок, плечи...Все зря, зачем?

Перед самой землей я раскинул руки и взмыл вверх, уверенно воспарив, почувствовав себя в родной среде. В голове был план, очень смутный, но желанный. Я улетел на крышу мира. Улетел умирать, точнее наблюдать смерть своего тела.

Прошел почти год, срок отмеченный человеку и прерванный хранителем. Чужая кровь забрала все силы, отравила тело и не отпускало разум. Я метался, незная чего же я хочу или боялся себе признаться или что то еще. Чувствуя конец я решил еще раз вернуться.

Большая темная комната, свет зеленых ламп, люди сидящие за столами и хмуро, увлеченно, тоскливо, непринужденно читающие, поглощающие книги. библиотека. Она сидела одна, без Ольги это выглядело очень странно, но меня уже ничего не удивляло и не цепляли никакие детали. Я сел рядом и почувствовал ее, хотя глаза уже ослепли и я ничего не видел. Чувствовал образ.

Она обернулась и узнала меня. Изумление, страх, любопытство. Последенее победило. Я уже не мог говорить, просто положил голову на ее колени. Это был образ, который я увидел в метре от земли и мечта, которая заставила раскинуть руки и уйти от быстрой смерти.

Я почувствовал ее пальцы в своив волосах. Нежность. Это было последнее чувство. Ольгина кровь била в висках, вырываясь через горло наружу. Тело умирало. Я отпустил его.


Они расстались, моя кровь дала Ольге спокойствие и умиротворенность, найдя мужа она обрела семью, которой посвящала все свое время. Время буйных праздников кончилось, а вместе с ними ушла их дружба. Она поступила в ВУЗ, ольгины уроки научили ее самостоятельности и коммуникабельности, она быстро стала душой всего курса.

Я зашел в поточную аудиторию, был перерыв, стайки по интересам сидели группами обсуждая выходные и делясь пустой информацией. Она опять была одна, сосредоточенно что то переписывая в ежедневник. Она не могла меня узнать, опять чужое тело, другой голос и глаза. Я подошел к ней и встал на против. Она на секунду оторвалась от конспекта, окинула меня взглядом поверх очков и спросила откладывая меня на полку:
-Мы знакомы?
Я не ответил, смотря на ее пальцы, мелочи, которые с каждой секундой скатывались в огромный ком, ком превратившийся в чувственный образ, который я запомнил перед смертью.
-Неважный грим, Рыжий-наконец ответил я.


[617x699]

Второй день борьбы со сном, из-за отпуска сбились часы, прошлую неделю халявил имея железный аргумент в виде дня рождения,в эту уже просто стыдно приходить на работу позже шефа.

Нашел простой способ не просыпать-не ложиться, пока работает, но днем отрубаюсь на 15-20 минут прямо на рабочем месте.

Обе фазы сна и все за 15 минут. Сон как железный ершик быстро пролетает сквозь ржавое горло бутылки срезая ржу и обнажая металл. Все кусками, рисунок не фиксируется, а если пытаешься сконцетрироваться, то просыпаешься.

Пока 2:0. Я на работе с понедельника с восьми утра. сон проигрывает. Жду выходных, чтобы выспаться.

"....Я никогда не видел ее живой, только на фотографиях и гранитном памятнике. Улыбка. Превосходство, задор, самостоятельность на грани образа жизни. Смелость, желание управлять, влюблять и изменять. Желание играть жизнью, своей и чужой. Путник, вышедший на чужой станции, готовый залить всех уставших ждать поезд на полустанке своим жизнелюбием, бьющим через край. Миллион решений, мнений в одной голове, всего лишь в одну секунду, которые невозможно почему то претворить в жизнь. Так мало времени. У нее было еще меньше. Никогда не жившая завтрашним днем, наслаждавшаяся сегодняшним до конца и ложившаяся спать позно ночью с грустью что солнце село, и радостью в предверии новых приключений.

Времени не хватило совсем, она даже не сопротивлялась, когда узнала, что завтра может не проснуться. Она угасла за пол-года. Яд-кровь отравлял ее каждый день, но не отравил ее душу. Говорят, что последними ее словами была шутка, конец которой она забыла, не могла вспомнить и от своей беспомощности рассмеялась. Она так и умерла, смеясь....

Она познакомилась с Ольгой, на акробатических танцах, долго смотрела на нее с восхищением через стекло, запоминая каждое движение ее гибкого тела, заучивала и на следующий день записалась в ее группу. Они стали партнерами, разница в 10 лет и то что Она училась еще в школе не смутили обеих. Она тут же заразилась ольгиным безумием, энергией и жизнелюбием. Она заболела ею, заболела и умерла на следующий день после похорон.

Больших подруг мир не знал, Ольга учила, Она училась, устраивая дикие вечеринки, танцы в вагонах метро, соблазняя и деля мужчин. В школе попозли слухи, что они любовницы, однокласники дразнили ее лезбиянкой. Она плевала на всех и вставила три серьги в ухо, после чего мать просидела два часа у директора школы. Но серьги остались.

Это все, что я про них знал. Очередной пьяный разговор в кабаке, политика, женщины, религия. Когда разговор заводится о религии, это последняя степень опьянения собеседников..."

Ольге остался год. Она еще нечего не знала, продолжая прожигать жизнь. Сегодня должен быть маскарад, туча гостей, подруг, обожателей, поклонников, просто незнакомцев. Очередная проверка урока соблазнения. Флирт, умение устоять, посеять сомнение и рассмеятся в лицо, выкинув записанный телефон.

Трехкомнатная квартира была готова к приему гостей, фуршет, причудливый марафет, свечи, плакаты на стенах. Они сидели на кухне полуобнаженными и разрисовывали друг друга красками. Она была рыжим клоуном, Ольга трагичным белым. Грим шел к завершению, обе были слегка накурены, они смеялись и закатывали истерику, когда рука с кистью промахивалась и грим сползал в сторон обезображивая лицо. Приходилось стирать и начинать все сначало.

Я стоял около двери. Пальцами провел по косяку, нащупал кнопку звонка, долго держал на нем палец и улыбался, слыша взрывы хохота из-за двери.

Я позвонил. Хохот стих, послышались шаги и веселый голос напевая на ходу сразу три мотива спросил и не дожидаясь открыл нараспашку дверь.

-Мы смеемся, потому, что мы жгем тряпки! После этой фразы Ольга рассхохоталась и пропустила меня внутрь.
-Кто ты, спросила она мою спину, когда я вошел. Я не ответил и оставив ее в коридоре прошел на кухню. Ольга вмиг потеряла ко мне интерес и ускакала в большую комнату увлеченная тысячью новых идей и напевая уже три других мелодии, одновременно отбивая такт руками по стенам.

Она сидела перед зеркалом, поправляя смазанный в очередной раз Ольгой грим. Она повернулась ко мне и несколько секунд смотрела мне в лицо. Я был оценен, взвешен и положен на общуюю полку с книгами для возможного дальнейшего прочтения.
-Привет-сказала она и вновь повернулась к зеркалу.
-Неважный грим, Рыжий-ответил я, и взяв ее за подбородок повернул лицо к себе. Грим и вправду был неважен. Резко дернувшись Она вновь развернулась к зеркалу надув губы.

Ольга вернулась на кухню и пройдя мимо меня уселась с ногами на широкий подоконник. Белый клоун получился лучше. Белое лицо, две черных полосы, делющих лицо на три части, витиеватые черные брови, треугольные глаза. На голове был парик, скрывая ее настоящие волосы. Грим полностью изменил ее лицо, маска боролась с характером, но последний побеждал. Ольга злилась.

Я подошел к ней, она оторвалась на секунду от своих бешенных мыслей и посмотрела глаза в глаза. Она задумалась перебирая в мыслях образы приглашенных гостей, я усмехнулся видя их в ее зрачках. Похоже меня не нашлось, но это ее не озадачило.

-Тебе отведен последний год жизни, и он начинается сейчас...

Произнеся эти слова я распылил оба наших тела на атомы. Маска исчезла уступив место ее реальному лицу, лицу виденному не раз на обелиске и фотографиях. Миллиарды частиц тел повисли в воздухе, создавая причудливые рисунки, сталкиваясь и разбегаясь вновь. Кроваво-красное облако заполнило всю кухню, пермешав наши тела. Хаос мыслей, страх, беспомощность. Она метались отражалясь от стен и не находя опоры. Я мысленно протянул ей руку и крепко сжал ее запястье.

Я Читать далее...

Большая темная комната с длинным белым чистым столом. За ним по обе стороны несколько человек, военные чины как памятники с звездными нашивками, цивилы в мятых костюмах, взлохмаченные волосы, красные круги под глазами. Все нервно курили, дым уже начал резать глаза. Все курили и смотрели на большой экран в торце комнаты, возле которого стоял человек с пультом и световой указкой и нудно комментировал мелькавшие кадры. Иногда он останавливал запись, увеличивал или уменьшал общие планы, концетрируя внимание аудитории на отдельных моментах.

Еще две сигареты сломались в пепельнице. Просмотр продолжался. Вытяжка не справлялась, но никто не мог выйти из комнаты или поднятьхотя бы жалюзи.

Оперативная съемка. Серебрянная высокая трава по пояс, замороженная инеем, камера выцепляет дальний план, на котором несколько одноэтажных бараков. Уход в сторону. Группа движется двумя колоннами, группа зачистки в герметичных костюмах, у цивилов белого цвета, у военных пятнистой саламандры. Камера перебегает в начало колонны, слева и справа мелькают пятнистые костюмы, лица в запотевших масках. Еле слышный хруст травы под ногами прерывает морозную тишину утра. Молчат.

Камера внутри барака. Бездвижные тела, беспорядочно лежащие, разбросанные по полу. Пятнистый серый камуфляж вперемешку с зеленым и детской одеждой. Кровь. Брызги на стенах, следы ногтей и пуль. Часть еще живы, но обездвижены. Камера скурпулезно снимает каждое тело, концентрируясь на ранениях.

Двое цивилов в белом склонились над одним из них, он лежит на спине, еще жив, перебит позвоночник, пуля в шее. Раскрытые кофры с никелировыными инструментами. Камера переходит в сторону на мгновение пропуская "саламандру". В следующую секнду дваое начинают операцию, отрезая руку целиком по плечу. Кровь струится по латексным перчаткам, лицо корчится от боли, он скусывает себе губы и язык, мычит и выплевывает кровавые ошметки плоти. Рука пакуется в кофр, камера уходит, мелькают обезображенные тела, вскрытые грудные клетки, полости, черепа, выпотрошенные органы. Всюду кровь. На площадку перед бараками садятся два вертолета, в один грузятся образцы, во второй спецы-саламандры и цивилы в перепачканных белых костюмах. Оба уходят на взлет, один с командой людей подрывется в воздухе, осыпая блестящую траву горящими обломками. Второй с образцами исчезает в тумане, мигая бортовыми огнями. камера гаснет, серый экранный снег. Операция закончилась. Полная тишина в комнате.

Свет в комнате загорается, люди испуганно жмурятся, не поднимая друг на друга глаза, щелчек зажигалки, кольца дыма. человек садится в торец стола и передает каждому листки бумаги. Сухой,сжатый отчет событий.

....детский тренировочный лагерь был атакован вечером случайным , проходящим рейдом. персонал был расстрелян в первые минуты захвата....видимого сопротивления не оказал....успел выйти на связь...порядка 30 заложников детей, раскиданы по отдельным баракам, началось минирование местности, подходов, систем жизнеобеспечения.
....после отказа принято решение о штурме и нейтрализации....предварительно распылен усыпляющий газ, давший побочные эффекты...операция вышла за рамки, началась бойня в результате которой погибли все заложники, группа захвата перебила друг друга, участники рейда начали резню....спустя час телеметрия не показала ни одного движущего объекта, ещу спустя час вошла группа зачистки, взяла образцы, образцы доставлены...

Далее сухие цифры, потерь, повреждений, графики, результаты анализов.Я тихо вышел из комнаты.

Опять тростник покрытый инеем, вид с вертолета, быстро и бесшумно проносящийся прямо над кромкой болота и камышей. Я сижу на полу, наблюдая проносящиеся внизу пеструю ленту травы. Вертолет быстро ныряет в сторону и я пулей выкатываюсь на землю, вжимаясь всем телом в иней. Я пролежал еще час, включил тепловизор и пополз к баракам, два часа до начала деблокады, когда еще что то можно исправить, две предыдущих мои попытки провалились , мне неудалось никого переубедить.

Проскользнув в окно я замер у стены.Четыре связанных ребенка сидели в кругу, спиной к спине, посредине комнаты. В углу горела переносная газовая плитка у которой грелись три фигуры. Двое мужчин, одна женщина, черный камуфляж, оружие на разгрузке. Постепенно, кровавая картина из оперативной съемки начала накладываться на чистую, прибранную обстановку барака. изуродованые лица детей, выпотрошенный живот женщины, безрукий, силуэт около костра. Лужы крови расползаются по полу, заползая по стенам и расплескиваясь с потолка.

Я встряхнул головой и видение исчезло. Нельзя терять времени, надо действовать. Я отошел от стены и демонтративно громко шаркая вошел в круг света. Вся троица вскочила на ноги, развернув на меня стволы. Я поднял руки и продолжил движение пока не уперся грудью в вытянутую руку с пистолетом.

-Вы должны уходить. Освободить детей, вывести их отсюда, тогда вы будете спасены.в подтверждение своих слов я передал картинку призошедшей через два часа бойни прямо в их мозг. Каждый из них пошатнулся, Читать далее...

Чуда не случилось. Снаряжение с трудом распихал по углам, но просторнее на душе не стало. Каждый заплатил свою цену сполна, но похоже каждый из нас остался доволен, что легко отделался. Всего один шаг назад за которым целая вечность.

Кто сказал прорвемся? Надо с чего то начинать все заново. Например с ремонта большой комнаты, теперь никто не помешает мне этим занятся одному и самостоятельно. В феврале получить деньги за отпуск и заказать дубовые окна, в марте их поставить, но до этого вывести в ноль стены, потолок и пол.
[показать]

Дерево и камень. Грубое и прекрасное. Как семейные пары, многие пары. Бывают и исключения. Наверное.
[показать]

Вот такой столб талой воды, стекавший через горный туннель. Миллионы микроорганизмов, разных жучков, гусениц и прочей горно-полевой живности, вымываемых из своих нор, замерзли нос к носу, чтобы проснуться весной. Прикольно было бы проснуться утром рядом с тигром?

[показать]

Что то в этом есть, интересно в какой момент струйка воды схватилась и остекленела?


[показать]

Спустившись до границы зимы и лета, а она была буквально границей, снег под доской резко оборвался и я въехал на пожухлую, выжженую солнцем траву, мы вышли на серпантин и стали ловить автобус до поселка. Но видимо автобусы тут видели последний раз вместе с Суворовым. В какой то момент мы вошли в горную деревню, весьма скромную. Даже очень, несмотря на то, что у некоторых домиков стояли новенькие бэхи, компрометируя своих хозяев.


[показать]

Пару домов еще и продавались, но видимо отсутствие автобуса отпугивает покупателей.

[показать]

Спуск занял не более часа, пришлось поработать полупроводником, так как рации было всего две, первому и замыкающему. Честно говоря поднимаясь в гору три часа, мы еще не знали что приползем домой уже ночью.

Вид с промежуточного спуска.

[показать]

Детей нет, дерева не посадил, дом не построил. Вот только след на снегу оставил, да и тот летом пропадет.

[показать]

Интересно, какой травы обкурился Ганнибал, когда решил, что протащит через эти хребты своих слонов. И ведь протащил. Наверное хорошая. И на слонов хватило. Ибо в горах не живут, только выживают.

[показать]

Последний рывок, хватаешься руками за ребристую скалу, подтягиваешься и ты на вершине. Тишину нарушает только сбивчивое, громкое дыхание четырех человек. Оглушающая тишина. Холод. Красота. Холодная, недоступная красота.

Вид с вершины вниз на долину.

[показать]

Хребет, по которому мы только, что ползли. Чертыхаясь и вспоминая мать.

[показать]

Первый день ознакомления с со всеми четырьмя горными долинами показал, что снега нет. Причем не просто нет, а нет нигде и конкретно. И неизвестно. Нашли три трассы с искуственным снегом, на которых катался народ со всех четырех долин, естественно после обеда его неоставалось и единственным утешением являлся Гинесс в ирландском пабе.

На вторую неделю, когда пиво стало ударять по почкам и кошельку решили завязывать. В таких случаясь есть только одно лекарство-внетрассовый фрирайд, вибираешь высоту и идешь, час, два, три, короче пока не придешь. Достали хорошие карты местности, распаковали горное снаряжение и пошли. Пошли на 2900, так толком и не поняв куда и когда мы с нее спустимся. Но мы были готовы уже на все, лишь бы не бездельничать.

Оставшиеся 30 метров открывается второе дыхание. Или четвертое. Забываешь обо всем, тупо переставляя ноги почти по вертикали, стремясь забраться на этот гребаный пик.
[показать]

Перед последним броском.

[показать]

Прилетел вчера, вытряхнул вещи из мешка посредине пустой комнаты, сижу и тупо смотрю на нее. Ничего не хочу, разберу по ящикам завтра. Или послезавтра, вот такая хандра. Так всегда, вернувшись домой после безумного отпуска состояния жуткого похмелья или передозы. Угарный московский воздух, толпы народа, постоянный фон из шума и разговоров. Почему люди постоянно говорят? Зачем вслух пояснять очевидные вещи происходящие вокруг? Так хочется обратно...
[показать]

Я очнулся от странного ощущения потери очень близкого человека. Так бывает, когда видишь дурной сон, покрываешься потом от несправедливости, неумолимо настигшей тебя и вмиг лишившей близкого друга. Раз и навсегда. Ты стоишь над его исковерканым телом, куском неподвижного мяса, секунду назад бывшим жизнерадостным и искрометным человеком. Тоска пронизывает тебя от сердца и отзывается в каждой клетке твоего тела. Но проснувшись тревога отпускает тебя, когда ты осознаешь, что это был всего лишь сон. Дико оглянувшись вокруг, успокоившись, ты вновь падаешь на подушку, сон, сон, сон..

Но в этот раз тревога не развеялась, более того, она нарастала с каждой секундой, по мере того как сон отступал. Что то было не так, начиная с того что заспанные опухшие глаза никак не хотели открываться и кончая тупой болью в затылке.

Прижмурившись от яркого света, бившего сквозь жалюзи, я наощупь стал пробираться в ванную комнату. Боль прошла, а вместе с ней все чувства собственного тела. Наступила дикая тишина, заставившая замереть на минуту весь мир за окном квартиры. Босые шаги гулко раздавались где то внутри черепной коробки и скорее ощущались осязанием, нежели слухом. Неужели я оглох или опять последствия двух бессонных ночей подряд?

Я попытался протереть глаза пальцами и в страхе отдернул руки, так как будто ищешь закатившиеся ключи под кроватью на ощупь и чувствуешь резкий укус на пальцах, боль и страх того, что случилось что то неожиданное и невероятное. Лица не было, лицо превратилось в маску, незнакомое и пугающее на ощупь. Это не мое тело и я дернулся к зеркалу.

Глаза открылись, меня поразило не то, а как, я увидел. Я видел широкую панораму, конец которой простирался за моей спиной и обычное человеческое зрение ввиду стандартного расположения глаз видеть не может. Подойдя к зеркалу я медленно поднял взор и попытался проснуться. Когда это не получилось тревога сна гулко отозвалась в теле, заставив выпрыгнуть сердце через горло.

Из зеркало на меня смотрело чудовищное порождение ада или чья то экспериментальная курсовая работа обколотого в хлам хирурга. Лица не было. Половину головы занимала пара огромных вытянуты блюдец красных глаз с желтыми зрачками. Вместо рта зубастый оскал, разрезанных до ушей губ, уши были тщательно срезаны, оставив после себя лишь свеже зарощенные рубцы. я пошатнулся ухватившись за раковину. Нет, этого не может быть, я сплю и это все сон.

Холодная вода в раковине ответила, что это явь. Я вновь взглянул на себя, на свой выбритый череп, на котором виднелись свежие рубцы хируга, безумного мастера трепанировавшего мой череп четким квадратным куском и пересадивший чужую крышку головного мозга. От пересадки вверх поднималась два мягких отростка, которые шли параллельно верх и затем опускались вниз за спину в лопатки.

Сердце бешено колотилось, выбивая из головы последние остатки разума, в каком месте что я упустил, как и где я мог попасть под жутких скальпель и почему я ничего не помню.

За спиной послышался скрип половиц, я невольно сжал голову в плечи, я не знал что делать со своим телом. Конечно она проснулась, проснулась после меня и не найдя меня в кровати пойдет искать. Шаги босых ног приближались, я стоял вцепившись в холодную полную раковину и не знал где спрятать свое изуродованное тело. Я был полностью потерян, пытаясь найти хоть каое то решение.

Она вошла в ванну и схватилась за косяк, я поймал ее испуганный взор, но больше она не позволила себе слабости. Она сделала один осторожный шаг, затем второй. Положила руку на мое плечо, внимательно изучая ее лицо. От нее пахло сонной, теплой нежностью, той которую я запомнил ложась спать. Мне было и стыдно и страшно одновременно.

Она подошла ко мне вплотную и втянула в себя воздух, уверенность в ее глазах полностью сменила страх. Я не двигался, пытаясь контролировать свое тело. "Я узнала тебя, это может быть только твой запах"-сказала она и чары вмиг слетели с меня. В ту же секунду она рухнула на кафель ванной, отдав мне последние силы.





[показать]