Перес-Реверте опять не удивил: прочитав 3 страницы с 1/15 от конца выявилась вся развязка. (тут Ксеня посетовала на недостойный перевод вообще в целом)… но чтобы уже второй раз?!
Товарисчи, давайте бороться за качество перевода!
быть настолько чудовищно-разветвленной как… бездушный спрут, одним словом. еще напоминает множество мелко-мелочных туго переплетенных корешочков в горшке цветочном, которые душат сами же себя, чтобы выжить. *роясь в структуре той самой*
животное. Пока партнер ее держит, он в безопасности. Кажется, что если мужчина ослабит хватку или повернется спиной — она его убьет. Каким-нибудь очень не женским, совсем не коварным способом. Наверное, сломает хребет или прокусит сонную артерию. И так у Форсайта почти всегда. Вариации заключаются в том, что эта женщина может быть либо в сносном настроении, либо в плохом, либо в очень плохом. В любом случае — лучше ее не трогать. В любом случае — форсайтовский герой до нее дотрагивается. И уже больше не может выпустить из рук: как гранату с выдернутой чекой."
и…
"Загадочным образом Форсайт умудряется выдержать здесь тембр античной, а не житейской драмы. Как если бы Эдип предпочел не Иокасту, а Сфинкса. В этом союзе нет покоя, но, как ни странно, есть прочность."
скрадываются зеленоватой дымкой вуали. еще немного и клейкие листочки покинут сжимающую их коричневатую оболочку… развернутся, поражая богатством оттенков зеленого цвета.
я предпочитаю рыбалку. Когда ранним утром над рекой стелется клубами-космами сизый туман. Веет прохладой. Усыпляюще перебирает ветки ив вода. Пищат комары… и всплеск рыбы раздается на добрую сотню метров. Медленно выползает из-за горизонта желтое светило. Едва первые неровные лучи касаются земли, постепенно прогревают остывший воздух, как тишина наполняется нестройными звуками просыпающихся обитателей: шебуршанием, пронзительным стрекотанием насекомых, птичьим гомоном…
Какое блаженство… сидишь, обрамленный листвой-травой, гибкими ветвями… в руках весомеет удилище… наблюдаешь, как шевелит поплавок течение… И вдруг замечаешь, как он немного пошатнулся и резко ушел под воду. натяжение лески Подсекаешь и чувствуешь, приятную тяжесть попавшейся рыбы. Трепещется, переливаясь чешуей всеми цветами радуги на солнце и...к другим... к удовлетворению своего охотничьего инстинкта…
спешу… трясусь в нутрЕ автобуса. трезвон мобилы… а синяя фигурка с приложенным к уху телефоном семафорит на другой стороне дороги у метро. практически половина автобуса, сочувствуя-переживая: «Эх… жаль подземный переход не работает, а то бы она успела». незнакомый мужчины машет ей рукой показывая, что я в ЭТОМ автобусе. сердечный у нас народ попадается. и как-то тепло жить от понимания, что в нашей стране еще не все потеряно.
p.s. конечно, мы встретились под землей у гремящих электричек.
Рита, не буду говорить, что я знаю, что это ты.
Все одно это сразу по буквам ясно. Точно.
Тебя как никого другого буквы, складывающие слова, четко идентифицируют.
Специфика. елы-палы...
а фото... Надо мне позволять иногда сомневаться. И-эх... "Это не интересно" (с)Мара
что как в воду глядевши. И буду совершенно прав. опять. или снова.
А чего заморачиваться тогда было? - Интересно. не любопытно, а именно Интересно. потому как show must go on! (с) Queen
Не все зря, что пригодится. и на том, ладноть.
после прочтения 1/3 книги охота читать дальше отпала напрочь. тем не менее, добравшись до конца, попеняла себе, что "раз умерла, так умерла" и прав. Изнаночный выворотень. в считанные минуты Личность перемалывают госмашина, соц-комофициоз (иже "всемогущий совок"). Человек, его имя стирается и остается Аноним, сплошной поток соцтезисов с серо-однообразно-одноликих партийных заседаний.
Ведь не пройдет и нескольких лет, как от всей системы не останется камня на камне.
Итак. Себе – верить.
Ярко сверкнул в памяти "Страх" Рыбакова. и Замятин "Мы"… осознавая, что в этой стране порой жутко жить.