нашла в почтовом ящике, подпись- Аноним.
Дорогой Аноним, недеюсь, опубликовав Ваше посвящение, я не обидела Вас?

Оленька, милая малышка, должен тебе признаться.... я давно хочу тебя. Мне хочется целовать тебя в твои нежные губки и чтобы они меня целовали. Ощущать твою гладкую, нежную кожу. Я представляю тебя нежной 16-летней девчушкой с хорошенькой фигуркой, хоть тебе и 22. В последнее время я с удовольствием наблюдал за тобой, смотрел, как ткань обтягивает крепенькие половинки твоей попочки, когда ты наклоняешься. У тебя хрупкая фигурка, но при этом заметные половинки попочки, небольшие, но явно упругие холмики грудей с маленькими аккуратными сосочками. Хочется называть твою киску пиздочкой а попку жопкой, мне кажется это очень точным. Нежная пиздочка и миниатюрная упругая жопка с очаровательными половинками, которая так и просится в руки. Жаль, что ты ходила всегда в штанах, и ен всегда в обтягивающих, а то, как интересно было бы стараться заглянуть тебе под юбочку, пытаясь увидеть трусики, обтягивающие маленький, но заметный холмик пиздочки или видеть попочку, прикрытую лишь тканью трусиков.
А если тебе еще чуть-чуть поправиться в попке, ммм. Помню, как однажды вы оставили ключ от комнаты, чтобы мог посмотреть телевизор. Придя, я закрыл дверь и стал искать, где ты хранишь свои трусики. Нашел чистые, представлял, как ты переодеваешься, и ткань обтягивает твою попку и пиздочку. К сожалению, запах порошка выбил запах киски, а пользованые трусики я так и не нашел, чтобы оценить, как пахнет твоя пиздочка, поцеловать их, а может там застрял какой волос с твоего лобочка.
Однажды ты в черных штанах пришла после работы и легла на кровать, на спину, чуть раздвинув ножки, выставив свой лобок. Под тканью черных штанов угадывался пушистый холмик, обтянутый тонкой тканью трусиков. Мне так захотелось прижаться к нему лицом, ощутить холмик твоей киски, этот запах молодой пиздочки. А потом расстегнуть молнию и видеть, как тонкая ткань трусиков прикрывает холмик, нежный пухленький лобочек. Стянуть штаны и медленно стягивать трусики, вначале увидев светлые волоски, пушистый холмик и щелочку меж них. Полизать щелочку, языком проникнуть глубже, в горячие глубины твоей пиздочки. Твои соки, наверное, очень вкусные. Я гладил бы языком пухлые губки, раздвинул бы их, стал посасывать малые лепестки, набухающие от моих ласк. Вторая рука скользнула бы к попке, гладила полушария, раздвинула бы их и попала бы в горячую ложбинку. Пальчик нежными круговыми движениями приблизился бы к твоей второй дырочке и стал бы ее гладить. Потом бы я тебя перевернул бы, положил бы под животик подушку, чтобы попка больше открылась, раздвинул половинки и поцеловал бы тебя в розовый бутончик твоей попки, провел влажным языком от одной дырочки до другой.
Я так хотел погладить твою небольшую округлую попку и потрогать твои упругие грудки. Однажды я заглянул тебе под маечку и увидел молочно белые полушария с темными горошинками красивых сосочков. Так хотелось их поцеловать, ощутить упругость твоей груди. У тебя фигурка молоденькой девочки, а если бы ты еще пиздочку побрила бы, мм. Чтобы видеть голенькие припухшие губки, маленький клиторок. Хочу, чтобы т при мне пописала, видеть, как струя вырывается из твоей пиздочки. Меня очень возбуждает мысль, что ты тоже употребляла бы мат. Типа, хочу пописать на твой хуй. Вообще вид писающей Оленьки меня очень возбуждает. Ты раздеваешься передо мной, вертишь крепенькой попкой, я вижу, как ткань обтягивает холмик пиздочки. Я возбужден и поглаживаю член через штаны. Вдруг ты говоришь:
- Я хочу писать! Хочешь посмотреть?
- Конечно!
Ты в трусиках стоишь в ванне, терпишь, но не выдерживаешь и по трусикам растекается пятно, проступают капельки. Ты шире раздвигаешь ножки, пятно становиться больше, ты порозовела и вот уже капли срываются, а вот и струйка через трусики рвется наружу. Ты чувствуешь как горячая влага омывает твои губки и струится по ногам. Я просовываю руку в трусики к тебе. Как там мокро и горячо, по пальцам журчит твой ручеек. Я достаю хуй и начинаю яростно онанировать.
- Сядь под меня, просишь ты. Я сажусь, ты сдергиваешь мокрые трусики и струя бьет прямо мне в вздувшуюся, бордовую головку. Я не выдерживаю, беру тебя за талию и насаживаю на свой кол. Ты продолжаешь писать, и горячая влага стекает по моим набухшим яйцам, щекочет анус. Мы оба возбуждены, несколько движений и моя сперма смешивается с твоей мочой. Я достаю хуй и ты облизываешь его от своей мочи и спермы, а мои пальцы ласкают твою мокрую пиздочку и играют с анусом. Я беру тебя на руки, ты такая миниатюрная стройная. Несу на кровать, ложу на спину, ты широко призывно раздвигаешь ножки, открывая вид на мокрую пиздочку, волосики мокрые прилипли к лобку, и хорошо видны набухшие розовые половинки губок. Ты сгибаешь ноги в коленях и разводишь шире. Тебе нравиться так, чтобы видны были твои прелести, ощущать себя развратной девчонкой, это тебя возбуждает. Я вижу, как расходятся половинки попки, Читать далее...

Это цитата сообщения sex_is_violent Оригинальное сообщение

вот, например, бутылка - вроде бы фаллический символ, потому что можно бутылку засунуть в девушку,
(шутка из детских лет - "О! я чуть ли не стала женщиной от дезодоранта!")
но с другой стороны - широкая бутылка с просторным горлышком - это также и вагинальный символ, потому что в эту бутылку можно засунуть хуй. можно просто взять и оттрахать бутылку.
бутылка - очень двойственный символ.
или например пистолеты - вот ствол, совершенно определенно похож на хуй.
я действительно становлюсь влажная, когда расматриваю огнестрельное оружие или мне позволяют взять его в руку.
для меня сильнее любой порнографии кадры из фильма, где герой или героиня вставляет себе ствол в рот.
но с другой стороны, если подумать - в стволе пистолета тоже есть отверстие. Ладно, не хуй, но палец-то туда можно засунуть. А если куда-то что-то можно засунуть - то это уже получается вагинальный символ.


все же бутылка - это женщина. у нее есть горлышко. туда можно кончить.

Конечно же, я об этом слышала. Несколько лет тому назад Грейс Джонс изображала участницу этого действа в рекламной компании своего очередного альбома. Моя любовник и я частенько занимались любовью под ее "Теплую кожу".
Но настоящего пип-шоу я никогда не видела. Даже не знала, существуют ли они до сих пор или остались в прошлом, как журналы "Бетти пейдж" или "Тит битс". Поэтому должна признать, что предложение моего любовника меня шокировало.
- Ты действительно хочешь пойти в одно из этих мест? - я не могла поверить, что говорит он серьезно.
Кто-то из приятелей рассказывал мне, что побывал в подобном заведении в Европе, куда ездил в отпуск. Смеясь, он рассказывал, как кто-то пылесосил одну из маленьких кабинок, тогда как девушка на маленьком подиуме возбуждала клиентов, занимавших соседние. Но это Европа. Я не думала, что и в Британии попытаются искать столь жалкую замену настоящему сексу.
- Платить за то, чтобы смотреть на женщин, выставляющих себя напоказ? Это так... мерзко, - я представила себе темные, грязные кабинки, мужчин в плащах, подавшихся вперед, которые суетливо гоняли шкурку, не спуская глаз с незнакомой им женщиной за стеклом.
Но, несмотря на возражения, во мне вспыхнула искорка интереса. Мерзко, да, но и любопытно.
- Взглянуть, однако хочется, не правда ли? - он улыбнулся, чутко уловив мое настроение. - Я прослышал об одном заведении, оно только что открылось. И уже вошло в моду. Туда многие ходят. Будь уверена, нам не придется смотреть на старых шлюх в застиранном нижнем белье, которым платят по фунту за минуту.
Я обняла его, подставила губы для поцелуя.
- А откуда ты знаешь, что происходит в этих заведениях? - игриво спросила я, мысль о том, что мой любовник сидит в такой вот маленькой кабинке еще больше возбудила меня. - Ты там был?
- Естественно, - без запинки ответил он. - Как-то после работы пошли туда с приятелями. Ради смеха. Давным давно. До того, как я встретил тебя.
Я ему не поверила, но это не имело никакого значения. Я не хотела знать, чем он занимался в свободное от меня время. Те часы, что мы проводили вместе, а иногда и ночи в его роскошной квартире в Доклендсе, заметно оживляли мою довольно-таки обыденную жизнь. Его язык скользнул между моих губ и я всем телом прижалась к нему. Мне нравился идущий от него запах, нравились движения языка, изучавшего потаенные уголки моего рта. Я уже знала, что соглашусь пойти с ним. Я всегда делала все, что он хотел, потому что сама хотела того же. И еще потому, что он был молод и красив. Так что я с удовольствием потакала ему во всем.
По вечерам Сохо сияет, как портовый город. Мне нравится тамошняя возбуждающая атмосфера, запахи, плывущие из дверей ресторанов, разноцветные неоновые вывески ночных клубов, увеселительных заведений, секс-шопов, продающих пластмассовые фаллосы, резиновые куклы, эротическое белье и многое, многое другое.
Я шагала, прижимаясь к моему любовнику, мы оба наслаждались изумленными взглядами, которые бросали на нас. Наверное, многие узнавали меня. Я буквально читала их мысль: "Неужели это... Нет, не может быть". Мой любовник гораздо моложе меня, но и мне еще есть, что показать. У меня по-прежнему фигура и ноги манекенщицы. А платье знаменитого модельера вкупе с высокими каблуками максимально подчеркивали мои преимущества, уводя в тень недостатки.
Мой любовник указал на другую сторону улицы.
- Нам туда. Любопытное местечко, не так ли?
Я с ним не согласилась. Вывески над дверью оригинальностью не отличались: "Стриптиз", "Экзотическое шоу", "Видео для взрослых". Потом я поняла, что смотреть надо на соседнюю дверь, над которой переливались красным неоном слова: "Пип-шоу вниз по лестнице".
Помимо моей воли, сердце у меня учащенно забилось, когда я последовала за моим любовником в темноту. Лестница привела нас в подвал, в котором все было красное: ковер на полу, стены, свет. За конторкой сидел худощавый мужчина. Мой любовник протянул ему несколько купюр. Мы прошествовали дальше.
Почувствовав на себе взгляд мужчины, я улыбнулась ему и завихляла бедрами. Едва ли в этом заведении бывало много женщин, помимо тех, кто здесь работал. И, уж тем более таких, как я, зрелых, ухоженных, в черном шелковом платье от Версаче и подобранных к нему туфельках.
По коридору мы дошли до кабинок. Их было шесть. Пахло табаком и каким-то антисептиком. Мужчина средних лет окинул меня оценивающим взглядом. Я без тени раздражения улыбнулась в ответ. Некоторые из кабинок были заняты, их двери оставались открытыми. В одной я увидела молодого человека в пальто. Он сидел, наклонившись вперед, руки его совершали характерные движения. Этого, собственно. Я и ожидала.
Зрелище это я нашла грустным и отвратительным. Одна мерзость, никакого возбуждения.
- Сюда, - мой любовник взял меня за руку и потянул в одну из кабинок.
Темную и тесную. Понадобилось какое-то время, прежде чем мои глаза привыкли к темноте. Читать далее...

"Послушай, она вся уже потекла! Будет лучше, если мы подымемся в свободную комнату". С сиськами наружу повели меня два здоровых мужика по лестнице наверх, в "свободную" комнату.
Сергей обнял меня за талию, я вся прильнула к нему, охотно поставила губы для поцелуев, отдавая себе отчет в том, что я сейчас вся буду во власти чувств и забуду о стыдливости. Сразу несколько рук ласкали мое тело. Нетрудно было догадаться, что к нашим забавам присоединился кто-то третий. В том, что этот третий был мужчиной, сомневаться не приходилось: три торчащих палки тыкались во все мои места. Нетерпение моих кавалеров овладеть женским телом было так велико, что после непродолжительной прелюдии три пары мужских рук подхватили меня и бережно уложили на постель. С поспешностью, не лишенной, однако, должной аккуратности и деликатности, меня освободили от минимума предметов туалета (платье и минитрусики). Голая с широко раздвинутыми ногами, я вкушала наслаждение от мужских ласк: три жадных рта покрывали все мое тело бесчисленными поцелуями. Половые губы набухали от переполнявшего меня плотского желания, но партнеры, судя по всему, знали свое дело и не спешили, как неопытные юнцы, втолкнуть пушки в мою полностью раскрывшеюся пещеру. А тем временем две дубины уже стучались ко мне в рот. Пришлось сосать их сначала по очереди а потом оба одновременно. Шесть рук мяли меня одновременно повсюду: груди, живот, киску, ляжки, попку. Особо сильное наслаждение я испытывала от ласк мужчины, который находился у меня между ног: половая щель горела, казалось она извергает пламя. В мою вульву занял мощный и эрегированы, пенис, который работал не спеша, но более искусно: при каждой фрикции он касался моего клитора и уже через несколько секунд я достигла оргазма, хотя, как мне казалось, я и так кончала беспрерывно. Моему наслаждению не было конца. И тут я узнала моего Сергея: его манеру движений, темп, прерывистое дыхание. Теряя контроль над собой, я завопила: "Еще, еще, милый!" И услышала спокойный и уверенный голос Сергея: "Не беспокойся, дорогая! Есть еще один инструмент. Ты будешь кончать до тех пор, пока не попросишь о пощаде. А пока заглотни-ка глубже тот, что у тебя во рту." Услышав эти слова, мужчина, пихавший мне в рот свой вялый пенис, оживился и умоляюще произнес: "Ну, давай же, соси! Заглатывай поглубже и ласкай одновременно яйца. О-о, уже хорошо! Давай! А, все, кончаю!" Сильная струя спермы ударила мне глубоко в горло, которую я несознательно проглотила, т. к. в это же самое время Сергей взял бешеный темп и так колотил своими яйцами низ живота, что я подумала, как бы они не лопнули. Его оргазм сопровождался стонами и рычаниями. Не успел он слезть с меня, как в киску, переполненную спермой, вновь уткнулся мужчина, три пары рук продолжали ласкать мое тело. Все мои эрогенные зоны находились под напряжением, и мне действительно было очень хорошо, я испытывала наивысшее наслаждение!
Мужчина, который сосал вульву, пальцем возбуждал клитор и вызвал во мне новую волну наслаждения. Я вся выгнулась, оторвав зад от постели в предвкушении очередного оргазма, как вдруг мужчина оторвался от киски, а две сильные руки схватили меня за ягодицы и подняли еще выше над кроватью. Я раздвинула ноги еще шире и тут же в меня вонзился мощный фаллос, два других оказались у меня в ладонях, которые я принялась мастурбировать. Еще один пенис стучался мне в рот. "Боже мой, их уже четыре!" - только и успела я подумать и заглотнула его без колебаний. Я приоткрыла глаза и увидела, что тот, кто мощно меня таранил огромным фаллосом, был черным. Вновь закрыв глаза, я подумала, что от того, что он негр, мне хуже не стало, а, пожалуй, наоборот. И как бы в подтверждение моей мысли вскоре он выстрелил в меня горячую струю спермы.

Любовь Ивановна, вы женщина достойная, симпатичная, но вынужден вас оставить. Каждый раз после ваших угощений у меня получается понос. Любовь любовью, а жизнь - дороже (мужчина, 56 лет).

*...со мной в деревне произошло вот какое любовное приключение. Со мной девушка занималась в реке оральным сексом. Я стоял по пояс в воде, а она все делала под водой, как пиранья... (парень, 19 лет).

*..я часто наблюдала в жизни, что быку нравятся не все коровы, но покрывает он всех коров без разбора (сельчанка, 54 года).

лень писать, вот и отошла от темы @#$%

[показать]
говорила, что люблю пошлости

[показать]
на поднятие настроения

говорила Сашке: Не приезжай!
Сашка приехал и его выперли.
Когда теперь снова приедет?

(Вариант женской логики)

[показать]
люблю подсматривать. порой даже не важно за кем. процесс- это непередаваемо, особенно, если тебя обнаружат. :)

[показать]
я пошлая, ну и что?

[показать]
странное чувство охватило меня сегодня рано утром. я подумала о том, что я буду делать завтра?

подумалось в паузе: почему так бывает, если люди не имеют друг к другу никакого интереса, то они стараются показать себя в свинском виде, а если интерес появляется, то сразу- ой, какие чистенькие мы! ;)

Одна злая персона сегодня на вокзале не пропустила меня первой в вагон. Злая персона исчезла с перрона, а я вошла в вагон с чувством собственной полноценности. :)

dafna: ненавижу лифчики, а ты?
Murrenna: я их не ношу
dafna: а я ношу
Murrenna: ну и что?
dafna: Ничего, вчера обнаружила, что лифчики не только грудь держат на таран, но и греют
Murrenna: серьёзно?

Тело - это дом. Откуда нельзя уехать, прежде не умерев.

Дом надо содержать в чистоте и порядке. Мыть, убирать, делать ремонт. Если станет скучно, можно покрасить в другой цвет, или поменять обои, или изменить форму окон.

Износившиеся детали менять на новые, или "резать к чёртовой матери - единственный прогрессивный взгляд".

Дом, откуда нельзя уехать. Который нельзя поменять.
Стало быть, тюрьма.

Вот попали.

перелистывая старые газеты,
я искала в них своё прежнее я.
То я была карикатуркой буржуя с толстым пузом,
То я была седой англичанкой в очках.

+
[показать]

[показать]
-

+
[показать]