Я лупила мальчика гнилой доской от забора
Мальчик такой хороший, добрый и милый
Но чем-то меня разозлил
Одна доска сломалась, она же гнилая и мокрая и грязная, пришлось выломать другую, такую же
Мальчик маленький, убегает
Приходится его догонять
А я в юбке, лето на дворе, с голыми коленками
Он на кучу шпал, я за ним
Поцарапалась
Но по голове попала доской от забора
Мальчик упал
Зазвонил будильник, и я проснулась

Ощущение ото сна очень приятное и мягкое
Все таки я выспалась J

это все лайвджорнал.ком, дружок
Уж и не знаю, реально ли вытащить самого себя за шкирку из болота депрессивной блевотины. Чем не попытка - сливать нытье в этот "комуникэйшн тьюб" с грамофонным раструбом на том конце, не задумываясь о мотивах и последствиях такого недостойного поведения, не ожидая ободряющих похлопываний по плечу (или ожидая?)

хочется рвать зубами все вокруг и отплевываться
рвать и отплевываться

все нарисовано

живу в элетронно-лучевой трубке
поражен до глубины души электронно-лучевой болезнью

лучше расскажу сказку про человека, который... который что?

Человек, одинокий, несчастный, - обычный в общем человек, - работал в школе учителем информатики. Он был неумный и смешной, нелепый такой - худой, сутулый, светлые реденькие волосы аккуратно, с пробором, зачесаны набок. Глаза прозрачные, развесистые уши, передний зуб сломан - поэтому он почти не улыбается, и разговаривает, стараясь не поднимать верхней губы. Это делает его еще смешнее.

Дети его не боялись, дразнили в глаза. Прозвища ему не требовалось, с такой-то фамилией - Тяпкин. Он не любил свою работу, часто срывался на крик, один раз чуть не подрался с хулиганом Панферовым. Чудом тогда не уволили. Он всегда носил старый коричневый, в мелкую клеточку пиджак, мятые серые брюки и изношенные кроссовки. Пиджак был ему великоват, обшлага доставали до кончиков пальцев, и он имел привычку сжимать их потными ладонями. Он был жалок.

У него не было друзей. С ним пытался подружиться военрук, человек со страшными, широко расставленными глазами навыкате, которого дети прозвали "Противогаз", но Тяпкин так и не научился дружить. Люди ему были не нужны, а он тем более не нужен был людям. Первое время Противогаз рассказывал ему про свой роман с химичкой, но Тяпкин только слушал и улыбался в нужных местах, прикрывая щербатый рот. Он не знал, что говорить.

Он жил в маленькой однокомнатной квартире в кирпичной девятиэтажке - разменялись с родителями. В комнате стояли видеодвойка "Sanyo", накрытая кружевной тряпочкой, облезлый книжный шкаф, старинный комод (от бабушки еще), подростковая кровать и стол с длинной, до пола, скатертью. Тяпкин приходил домой, переодевался в спортивные штаны и клетчатую рубашку, варил сосиски с макаронами и залезал под стол. Ужинал Сашенька (так в детстве звала его мама) под столом, там же он проводил почти все свое свободное время. На табуреточке стоял игрушечный сервиз из фарфора, к ножкам были приклеены спичечные этикетки и календарики. Поужинав при свете карманного фонарика, подвешенного к столешнице, Сашенька ложился на подушку и укрывался пледом.

Отдохнув, Сашенька отрывал от стоящего в изголовье рулона два бумажных полотенца, клал их перед собой таким образом, чтобы не забрызгать ковер, и начинал дрочить. Он представлял себе хулигана Панферова со спущенными брюками, на полу запертого класса. В руке Сашенька держал длинную деревянную линейку для черчения мелом на доске. Он звонко хлестал Панферова по круглым ягодицам, хмурился, дышал носом и забавно кряхтел. Точно так же кряхтел его отец, когда подтирал ему попу после горшка. Тяпкин хотел иметь детей. Он хотел мальчика. Он часто фантазировал об этом, хоть и понимал - будь у него ребенок, все тайные желания исчезли бы бесследно, или переключились на посторонних детей. Он положил Панферова на голое колено. Горячий член уперся в детскую ляжку. На бумажные полотенца капнуло.

Наконец, после просмотра кинофильма "Матрица" Тяпкин все понял. Знание придало ему смелости. На очередном уроке, посвященном графическим возможностям языка "Бейсик", Тяпкин рассказывал о комманде CIRCLE. "Следующая директива - ЦИРЦЛЕ", - начал он. Класс хрюкнул, с парты Панферова раздался наглый смех. У Тяпкина покраснели уши, он это почувствовал и разозлился еще больше. "Встать! Панферов!" Подбежал к нему, по пути больно ударившись ляжкой об угол парты, перевел дух. Панферов сидел и улыбался так, как будто тоже все знал про Матрицу, только отодвинулся подальше - не от страха, а оттого, что изо рта Тяпкина тянуло тухлой рыбой. Стало тихо.

Тихо стало.

Очень стало тихо.

Все замолчали. Замерли. Как в фильме "Матрица".

- Глупо! - рявкнул Тяпкин в лицо ученику и сжал кулаки.

Лицо Панферова разгладилось, он медленно встал и стянул с себя свитер. Задвигались стулья. Дети начали раздеваться. Не говоря ни слова, с нежностью глядя на Сашеньку, они снимали с себя джинсы, брюки, юбки, кофты, блузки, рубашки, носки, лифчики, трусы, трусики, цепочки, часы, все, все снимали с себя они. Тяпкин вспотел. Он задыхался. Ему казалось, что он кричал - "немедленно прекратить!", "вы срываете урок!", - казалось, что он хотел убежать, но он не смог бы за это поручиться. Когда Панферов взял его за пуговицу на пиджаке, он отбросил его руку. Панферов прикоснулся к его ширинке.

- Сашенька! Я тебя люблю.

У Тяпкина застучали зубы. Он заплакал.

- Сашенька, я тебя люблю, - сказала Полякова, тощая троечница, осторожно беря Тяпкина под локоть. На ее абсолютно плоской груди зябко Читать далее...

:
[показать]

я не хочу влюбиться

блять

разведенная овсянка - гавно

а ведь раньше ела

- Это ничего, что я с тобой на "ты"?
- Чего. Лучше на "хуй". И без меня.

я вообще человек терпимый

но иногда хочется взять вот вас всех
нагнуть
и уебать по роже сапогом

всех по очереди

уроды


так-так, спокойно, щас отпустит
ффуууу

спермы-то у меня на всех хватит
а вот запасы нежности строго ограничены

коктейль "секс-он-зе-бич": крем для загара, бычки, песок, морская соль, мокрые волосы, сперма

коктейль "любовь": шот спермы, море нежности

а если наоборот, то это что?

или хуй с ней с нежностью?
можно ведь и одной спермой нахуячиться
неразбавленной

кайф не тот, зато дешевле

То был Питер зимою 1998 года. День моего рождения. Январь. Скупое убранство гостиницы Октябрьская, что у Московского вокзала. Моя печаль, смешенная с последствиями вчерашнего вторжения в Санкт-Петербург.
…Именно вторжения, а не приезда; мы с Дашкиным, моей белокурой сообщницей, вылезли с «Красной стрелы», поозирались на вокзальной площади и, не долго думая, накурились на Лиговке, расправив лёгкие, как крылья; а после, всё также, особо не размышляя, вписались в самые, что ни на есть, незамысловатые аппартаменты a-la «впервые прибывшие в нашу Северную столицу – are welcome! - hotel/motel Октябрьская- налетай, турист!»… Ещё будучи на ресепшн- выпили по паре пива, а попав в номер, съели по полтора квандранта Дяди Хоффмана.
Как-то всё очень быстро произошло, необдуманно. Тут-то и проявилась «зудящая идея» – нужен нам проводник: дабы пройтись по изнанке Петербурга. Пока вменяемость позволяла, следовало срочно сделать звонок некому Алексу, единственному реальному другу, проживающему в нашей северной столице…. Вообщем, он оказался дома, и мы забились встретиться в каком-то кафе, которое мы, по его мнению «найдёте девочки даже и в флипе».
Яркие коктейли на витрине, желе и сливки – жуть какая; я и думать не могла, что это так противно на самом-то деле... На Алексе была шапка не то строителя, не то сварщика, синяя, стёганная ватой, и лыжный комбинизон. Он возник как-то очень тихо и незаметно, раз- и уже подсел к нам за столик, иронично вглядываясь в черноту наших глаз и искривлённость сумасшедших улыбок. Как истиный представитель холоднокровных пресмвкающихся, прозмеился сквозь шумную толпу пожирателей дрожащего желе и взбитых шевелящихся сливок. «Симпатичный» – отметила я про себя, с интересом наблюдая за калейдоскопом оттенков и теней всех цветов радуги, беспрерывно изменяющихся на его лице.
Мы пытались поговорить, но получалось то какое-то «ммм…эээ…», то смех (не «без причины», в данном случае) рвался из груди: «Привет, Алекс….эээ….уууу….». Алекс махнул рукой: «Да расслабьтесь!…всё, вы уже тут, вы в Питере». Он явно развлекался нашим обалделым видом. Я вообще не поняла к чему это он про «напряг» – я не напрягалась; меня наоборот, размазывало по всему зеркальному столику, в поверхности которого отражались мигающие светофороподобные тарталетки, торты, десерты в розеточках на длинных прозрачных ножках и прочие витрины с желе-продукцией. «Пойдёмте из этого ада»- сказала вдруг Даша и громко прыснула со смеху. Мы встали и, неуклюже воспользовавшись любезной услугой нашего потенциального проводника по одеванию зимних шкурок, вышли на улицу.
И Алекс повёл нас по изнанке Питерской, как я и хотела, да-да-да:… сменялись дворики квадратные, пустынные набережные, мосты со львами и сфинксами, всякие каналы-аналы, арки и лысые парки. Дядя Хоффман набирал обороты: «ну разве можно так быстро крутить педали, пока не дали?!… пусть дадут!….» – вот такие мысли в голове, целая философская система (или бред, по хую…)… С Алексом курнули гашиша на набережной Мойки. Всюду слышалась вода – была оттепель, хоть и январь… Везде слякоть, шум капель, гул водосточных труб, звуки брызг- целая симфония. Небо чёрное, низкое. Я тут же подумала о мередианах и широте; какие-то абстрактные идеи по поводу близости Северного полюса. Даша тяжело сопела и пыталась снять что-то на свою камеру. Я курила сигареты, одну за одной, иногда поговаривая «так-так….ага-аа…о-о!…ясненько…..», и прочее, и прочее.
Алекс улыбается, светяться его глаза, лучаться морщинки. Я открыто любовалась им, но мыслей, так сказать, плотских, при этом не было ни одной. Так, просто как образ: такой вот Алекс, Питерец, в шапке смешной… На тот момент для меня никого питерее Питерца Алекса и быть не могло. И ещё, я почему-то чувствовала, что тоже нахожусь «под прицелом»; меня тоже разглядывали. Кто? Не знаю, может, люди из окон; на улицах почти никого не было, так что явно «откуда-то сверху». Мне стало чуть-чуть не по себе, когда я задумалась о «верхе». Я сказала об этом Даше- но она как невменяемая бегала с фотообъективом и не поняла, что я имела в виду. Впрочем, я тоже. А Алекс мне сказал: «что вверху-то и внизу» и залучился, залучился весь… Я сразу вспомнила это древнее изречение и сконцентрировалась на Пути Дао, не замедляя шаг: шлёп-шлёп по лужам. Весь Питер прям-таки лостнился в тех местах, где не было остатков разлагающегося снега. Красивый такой, чёрно-вороной блеск и низкое небо без звёзд. При всей этой красотище я ещё и собственное дыхание видела… и ещё много чего. Мы шли и шли, болтали, а о чём не знаю; в основном это были реплики нашего проводника; прям экскурсия: « А вот это здание - дом, который…». Меня так приятно потрясывало – вообщеее…, если бы ещё не Даша… - а она что-то уже начала раздражать своей аутентичностью и фотоманьячеством; причём я-то помнила, что плёнку-то мы по-моему так и не купили, забыли со всей этой суетой и яркими пироженными. Бред какой-то…
Зашли в кафе. Такое дурацкое кафе, в подвале, внутри всё оббито промасленным на вид деревом, вместо Читать далее...

трудности перехода из одного окошка в другое

...
Olga_M (11:23 PM) :
Николай, а как Вам "Lost in Translation"?

Nikolai_S (11:24 PM) :
Знаете, Ольга, я получил истинное наслаждение. Сказка, добрая, нежная, трагикомичная. Благодаря таким людям, как София Коппола, американский кинематограф еще имеет право называться кинематографом.

Olga_M (11:24 PM) :
А мне фильм показался несколько затянутым. Как режиссер, согласна, Коппола талантлива, но как сценарист... Ваше мнение?

Nikolai_S (11:25 PM) :
да, сука, шире, шире я сказал, и глотай его глубже, так, чтобы твой нос упирался в мой волосатый пах... я беру тебя за волосы и насаживаю на свой хуй, головка проникает в горло, тебе хочется ее выплюнуть, выблевать, но ты не можешь - я держу крепко

Nikolai_S (11:25 PM) :
Ольга, простите ради Бога, не в то окошко сообщение отправил

Nikolai_S (11:26 PM) :
Затянут, Вы говорите? Да, фильм затянут, но ведь в этом как раз его прелесть, его изюминка! Эта неторопливость, эти несуразные токийские "cityscapes", бесконечные одинокие вечера... Коппола очень умело, на мой взгляд, передает атмосферу, которой дышат главные герои.

Olga_M (11:26 PM) :
Николай, я Вас не отвлекаю?

Nikolai_S (11:29 PM) :
Нет-нет, Ольга, что Вы, ни в коем случае. А что скажете об игре Мюррея?

Olga_M (11:29 PM) :
Мюррей бесподобен. Я им просто восхищаюсь.

Nikolai_S (11:30 PM) :
не отворачиваться блядь! пускай течет в рот, в глаза, смывает тушь и помаду, смешивается с твоими слезами и соплями - не отворачиваться! как тебе на вкус моя моча?

Nikolai_S (11:31 PM) :
Простите, Ольга, опять не туда ) Что-то я сегодня рассеян. Да, я с Вами совершенно согласен, я тоже Мюррея обожаю. А девочка? Йоханссон? Играет, по-моему, просто волшебно.

Olga_M (11:32 PM) :
Николай, не извиняйтесь, ну что Вы, я все понимаю. С Вашим мнением о Йоханссон тоже абсолютно согласна. Особенно та сцена у бассейна, помните? И прощание...

Nikolai_S (11:35 PM) :
о да
да
...

Драйзер
Достоинство, самоуважение, гордость, обязательность, ответственность, держит слово, чего бы это ни стоило, расчетливость, пунктуальность, дотошность, бережливость, элегантность, эстетичность, аккуратность, принципиальность
Верность превыше всего, не прощает предательства и измены
Упрямство, неуступчивость, воля, упорство, высокая работоспособность, собранность, подтянутость, мобилизованность, дисциплинированность
Нравственная чистота, нравственный долг, честь, честность, порядочность, этичность, традиции. Моралист (иногда воинствующий), резкость этических оценок ("если человек дрянь, то почему я об этом должен молчать?")
Эмоциональная холодность
Красота (страсть к красивым вещам, нередко вещизм), здоровье (важна красота физическая)
Вопиющий порядок, идеальная чистота (неприязнь пыли, разбросанных вещей)
Мстительность, злопамятность, помнит и добро, и зло. Ненавидит бедность
Осторожность, скрытность, настороженность, застегнутость на все пуговицы, подозрительность. Делится интимным только с очень близкими людьми. Друзей мало, но они "проверенные", "надежные"
Сексуальных свобод не признает, сохраняет верность не столько ради партнера, сколько из самоуважения, стыдится обнаженного тела
Нежелание входить в близкий контакт с людьми
Критика, даже справедливая, приводит к болезненным переживаниям
Жестко отстаивает материальные интересы свои и близких
Консерватизм, нелюбовь к переменам, хаосу, неопределенности

надо только подождать
[показать]

Результаты тестирования
Судя по вашим ответам на вопросы теста, вы:
I - Интраверт (16:4)
S - Сенсорик (11:9)
F - Этик (11:6)
X - слабо определены по оси Рационал-Иррационал.
Вы возможно являетесь одним из следующих типов:
ISFP (Дюма, СЭИ)
ISFJ (Драйзер, ЭСИ)

Результаты тестирования
Судя по вашим ответам на вопросы теста, вы:
X - слабо определены по оси Экстраверт-Интраверт.
S - Сенсорик (16:4)
F - Этик (11:9)
J - Рационал (15:5)
Вы возможно являетесь одним из следующих типов: ESFJ (Гюго, ЭСЭ)ISFJ (Драйзер, ЭСИ)

Результаты тестирования
Судя по вашим ответам на вопросы теста, вы:
I - Интраверт (6:4)
S - Сенсорик (17:3)
F - Этик (11:9)
J - Рационал (15:5)
Ваш вероятный тип: ISFJ (Драйзер, ЭСИ)
Прочитайте внимательно описания этого типа и решите, насколько он вам подходит.
Также обратите внимание на то, что следующие предпочтения у вас выражены слабо и возможно требуют дополнительного уточнения:
Экстраверт-Интраверт
Этик-Логик

I'll Say A Little Prayer

Julie:
The moment I wake up
Before I put on my makeup
I say a little prayer for you
While combing my hair, now
And wondering what to dress, now
I say a little prayer for you
Forever forever, you'll stay in my heart
And I will love you
Forever and ever, we never will part
Oh, how I'll love you
Together together, that's how it must be
To live without you
Would only be heartbreak for me

G: I run for the bus, now
While riding I think of us, dear
I say a little prayer for you
At work, I just take time
And all through my coffee break-time
I say a little prayer for you

J & G:
Forever forever, you'll stay in my heart
And I will love you
Forever and ever, we never will part
Oh, how I'll love you
Together together, that's how it must be
To live without you
Would only be heartbreak for me

X2J:
My darling, believe me (believe me)
For me there is no one
But you, and
I'm in love with you (answer his prayer now baby)
Answer my prayer

x3 J & G:
Forever forever, you'll stay in my heart
And I will love you
Forever and ever, we never will part
Oh, how I'll love you
Together together, that's how it must be
To live without you
Would only be heartbreak for me

G:
My darling, believe me (believe me)
For me there is no one else
But you,
Please love me too

G & J:
And I'm in love with you answer my prayer

название кафе

ЗЫГРЫШ

только потому что не работают все лампочки

ехала в метро
почти спала
и представляла как душу маленьгоко котенка

у него такая тоненькая шея
и острые когти
все руки в царапинах

нах

Коров специально накачивают
гормонами и держат их в состоянии перманентной беременности. Это неизбежные
телята, которые живут всего несколько месяцев втиснутые в тесные стойла.
Свиная отбивная означает, что свинья бьется в агонии и истекает кровью,
подвешенная за ногу к потолку, пока ее заживо режут на отбивные, шейку и
карбонат. Даже яйцо вкрутую - это несчастная курица, с искалеченными
ногами, потому что она постоянно сидит в инкубаторе - в клетке четыре на
четыре дюйма, такой узкой, что она даже не может расправить крылья. От такой
жизни она сходит с ума, но ей заранее отрезали клюв, чтобы она не заклевала
других наседок в соседних клетках. Ее перья вытерлись о прутья, клюв у нее
отрезан, она кладет яйцо за яйцом, пока ее кости не начинают ломаться от
недостатка кальция.
А потом их пускают на суп с лапшой и на всякие полуфабрикаты, этих
несчастных куриц, потому что никто их не купит на тушки - настолько они
искалечены и исцарапаны. Это и есть куриные котлеты. Кусочки в кляре.

"Умник, Ушлый и Умора", юридические услуги.
"Гренка, Грымза и Гаррота", юридические услуги.
"Псих, Полено и Пирог", юридические услуги.
"Дуля, Домбра и Дурында", юридические услуги.
"Мымра, Маркер и Муфлон", юридические услуги.
"Дурень, Демо и Дурында", юридические услуги.
"Мымра, Муфта и Макака", юридические услуги.
"Дюбель, Домбра и Дурында", юридические услуги.
"Дональд, Домбра и Дурында", юридические услуги.

Только годы спустя я понял, что нас
спрашивали о другом: Ты уверен, что это действительно именно то, чем тебе
хочется заниматься в жизни?

ЗЕЛЕНЫЙ ЗВЕРЬ
[ Харуки Мураками ]




Муж, как обычно, ушел на работу, и я осталась дома одна. Заняться было нечем. Я присела у окна и стала смотреть на сад сквозь щель между шторами, - просто бесцельно смотреть в надежде на случайную мысль о подходящем занятии. Взгляд остановился на моем давнем любимце и воспитаннике - вечнозеленом дубе. Мы вместе росли. Я часто разговаривала с ним, как с другом.


Тогда я тоже мысленно беседовала с дубом. О чем - сейчас не вспомню. Даже не знаю, как долго это длилось: когда смотришь на сад, время течет точно вода в стремнине. За окном совершенно стемнело. "Н-да, засиделась", - очнулась я от глухого звука сотрясающейся земли. Сначала показалось, что он исходит из моего собственного тела. Как слуховая галлюцинация. Тело охватило мрачное предчувствие. Я затаила дыхание и насторожилась. Гул медленно, но верно нарастал. Даже не знаю, на что он похож? С такими жуткими раскатами, что по телу пошли мурашки. Я замерла.


Вдруг земля вокруг корней дуба вспучилась, потрескалась и развалилась на куски, - изнутри показалось нечто похожее на острый коготь. Мои ладони сжались в кулаки, взгляд застыл на /этом/, а в голове пронеслось: "Сейчас что-то будет!" Коготь энергично разгреб землю, и из образовавшейся норы выкарабкался зеленый зверь.


Первым делом он отряхнулся, и со сверкающей зеленой чешуи посыпались комки земли. Его удивительно длинный нос, темнеющий к кончику, торчал тонким хлыстом. И только глаза - совсем как у человека. При виде этих глаз я невольно содрогнулась: в них жили мысли - как у меня или, скажем, у вас.
Зверь приблизился к дому и постучал в дверь кончиком носа. "Тук, тук-тук", - раздался сухой стук. Тайком, чтобы не привлечь его внимание, пробираюсь в дальнюю комнату. Кричать смысла нет: в округе ни души, а муж припозднится. Побег через черный ход невозможен: в доме всего одна дверь, и в нее стучится отвратительный зеленый зверь. Остается только затаиться и сделать вид, что в доме никого нет: быть может, он смирится и куда-нибудь уйдет. Но зверь не отступал. Он согнул кончик носа, сунул его в замок и… Замок поддался, лишь слегка щелкнув, дверь приоткрылась, и в щель неспешно проник нос. Он внимательно изучал комнату - как змея, приподняв голову, осматривается по сторонам. "Эх, стоять бы сейчас с ножом у двери да отрубить этот кончик по самое основание", - на кухне полно острых ножей. Но зверь, словно услышав меня, только хмыкнул: "Б-б-бестолку все это". Странная речь! Похоже, он с трудом подбирает слова. "Этот нос яко хвост я-я-ящерицы: руби, не руби, все будет расти. Чем чаще рубить, тем си-сильнее и длиннее станет. Так что, з-з-зазря это все". Жуткие глазища завращались словно волчки.


Да он читает мысли! Ну, это уж слишком! Никому не позволю рыться в моих мозгах, тем более /такому/ непонятному и жуткому зверю. Меня прошиб холодный пот. В самом деле, что он собирается сделать? Сожрать? Или утащить с собой под землю? "Хрен редьки не слаще", - подумала я. Хорошо, он не совсем безобразный: хоть не страшно на морду взглянуть. А когти на этих долговязых лапках ничего так, если присмотреться, весьма даже симпатичные. Странно, но он совсем не агрессивен...


- Разум-м-меется! - сказал он, выгибая шею. Зеленая чешуя перекатывалась с легким звоном, будто слегка качнули стол, уставленный кофейными чашками. - Н-н-неуж-то думаете, что я в-в-вас съем? Не-а, - не буду! Пошто вы так? Я против вас ничего не имею. Не такой я в-в-варвар"!!


Ну, точно, он понимает все, о чем я думаю!


- Эй, хозяюшка! Хозяйка! Я пришел сюда сделать предложение. Понимаете? Я нарошно выполз из глуб-б-бокого подземелья. Не простое это дело: пришлось сполна разгрести земли. Вон, все когти ободрал! Будь у меня злой умысел, злой умысел, злой умысел, разве ж я смог такое сделать. А сюда пришел, пошто вы мне нравитесь, нравитесь. Я думал о вас в глуб-б-боком подземелье. Но не мог больше выносить и в-в-выполз сюда. Все отговаривали, а мне не терпелось. Я собрал всю свою х-х-храбрость, - я знал, вы подумаете: "Ах, ты ж - зверь такой! Набрался наглости делать мне предложение!"


- А разве не так?! Такой нахальный зверь, и еще требует моей любви!


Тут морда зверя сразу же помрачнела. В унисон эмоциям цвет чешуек поменялся на фиолетовый. Тело съежилось и стало с виду на размер меньше. Я скрестила руки и уставилась на сжавшуюся тушу. Может, его тело изменяется с переменой чувств? И под этим жутко безобразным видом кроется нежное, как свежее пюре, и легко ранимое сердце? Раз так, у меня есть шанс на победу! "Попробуем еще раз. Но ты же безобразный зверь!" - подумала я громким внутренним голосом. Таким громким, что в сердце отдалось словно лаем: * "Но ты же безобразный зверь!" * Чешуйки прямо на глазах полиловели. Глаза его, точно всасывая мою неприязнь, расширились, вылезли из орбит, и из них ручьями инжирного сока полились слезы.


Страх пропал. Тогда я на пробу представила, насколько это было возможно, самую жестокую сцену. Мысленно связав его, я по одной ощипывала Читать далее...