пить не рекомендуется
курить не рекомендуется,
из радостей жизни остался один секс.
впрочем, судя по моим запросам и "маниакальной"
избирательности......трахаться придется с самим собой гы

мной играет жизнь.
Я расслабляю плечи, и закрываю глаза и она уносит меня туда, за темную линию горизонта, где было солнце.
Там, я знаю точно, Питер.
Там Нева ласкает мои глаза,
Там туманное раннее утро отзывается моими гулкими шагами в сплетении арок, Там мосты разводят руками и отпускают чувства по ветру, там не нужно лишних слов, там место, где свет.
Там, где я был. Там, где я нашел себя.......

Странные мы, люди. Задаем и задаем вопросы. Друзья, случайные встречи, самовыражение, настроения, книги, спорт, секс, дебаты, фотография, машины, зимний воздух, снег на земле, уютные кофейни, позвонки в ночной час всем подругам с целью расстаться, рисование в душе, коллекции классной музыки, горячий чай в кремового цвета кружке, концерты любимых групп, новые горизонты, границы и визы — игра в жизнь.
п.с. стыдно, проводил селекторное совещание с сибирью и дальним востоком и сорвался на грубость.

каждый день одно и тоже
день сурка , какой то гы
п.с. а над москвой светит самое красивое солнце.;)))))

можно или нельзя.
Можно.
Всегда и все можно.
И каждый пусть решает для себя, хочет он или не хочет.
А осуждать ни ту ни другую сторону не надо.
Вот это не можно.
п.с.Счастье это полное отсутствие надежды на лучшее.......
2п.с. суббота и воскресенье объявлены рабочим днем, причем только для меня.
бля , как же я счаслив ;))))))))))))

Бесполезное бывает совместимо с неприятным.
Это обо мне и моей работе.
Редкостный похуизм, вперемешку с ленью и цинизмом умудряется сосуществовать где то внутри меня с маниакальной страстью выполнить все те вещи, которые
…..по большому счету….на хер никому не нужны.
п.с. не возможность послать в бесконечность, пораждает необходимость работать в выходные. фак перефак.

Некоторые девушки так любят пользоваться косметикой,
что на их лице не остается даже места для улыбки.......

их звали никак.
Читать далее...

Призраки не остаются надолго...
Ведь это Призраки.
Помнишь, однажды, и у тебя был свой собственный Призрак. Разумеется, он есть и теперь, но только не у тебя. А ведь это было так здорово - иметь своего Призрака.
Только с Призраками, как и друзьями – не только брать, но и отдавать. Поэтому-то он и ушел.
Иногда ты продолжаешь ощущать его присутствие. Когда он этого хочет.
Ты вспоминаешь, как безмятежно смеялась, играя с ним, как улыбалась, чувствуя его прикосновения.
Сквозь его глаза ты видела звезды.
Он редко одобрял или осуждал твои поступки, но ты всегда чувствовала его радость или недовольство.
Ведь ты была счастлива с ним, каждую минутку осознавая это, ощущая, как счастье бежит по венам светящейся жизненной силой, пробегает мелкой дрожью по всему телу. Ты впитывала прохладу его пальцев, и танцевала в его снах. Помнишь, как ты боялась потерять его в тумане?...
А потом он ушел. Так же внезапно, как и появился.
И ты поняла, почему...
Поняла, к сожалению, слишком поздно...
Но все проходит, правда?
Проходят и Призраки.

Мимо.

Рядом.

Насквозь.

старею.......;)

У тебя завтра день рождения – сказал ангел, - Ты родишься и не будешь помнить ничего, что происходило до этого дня. Кроме одного.
Мы подошли к столу. Он ловко впрыгнул в свое кресло и стал щелкать клавишами. В его глазах отражался синий экран, по которому бежали буквы и цифры. Ангел перестал щелкать клавишами и с видом победителя ударил по «Enter».
Завтра ты начинаешь жить. Но ты должен помнить всегда, что жизнь ничто без Главного. Жизнь это слишком дорогая вещь, чтобы прожигать ее на пустые развлечения и забавы. Ты рожден, чтобы служить Главному. Отдать Главному свою душу и сердце. Тебе было дано время на себя. Время окрепнуть, время подняться. Но сейчас ты предстанешь перед Великим и тогда ты поймешь... Ты пожалеешь, что это не случилось раньше. Помни, что ты счастливый человек.
А теперь приготовься, я покажу тебе. После того, как ты это увидишь, ты уже не будешь помнить ничего другого.
Ангел повернул экран компьютера в мою сторону:
- И знай, Главное и в жизни и в смерти, то ради чего ты живешь даже, когда не подозреваешь об этом, имеет имя. Что имя Главного в жизни всегда было, есть и будет Любовь.
А с экрана на меня смотрело твое прекрасное лицо...

Жил-был мальчик. И были у него крылья. И все думали, что он ангел. Но он был просто мальчик.
Жила-была девочка. Это она подарила мальчику крылья. Но никто этого не знал. Иначе все бы подумали, что она богиня.
И были бы правы……

Ты смотришь в зеркало и думаешь, что видишь себя.
Ты находишь в себе недостатки.
По крайней мере, ты так считаешь.
Глюпая.
Зеркало не может показать тебе того, что видит оно.
Зеркало же не безупречно.
Оно может только отразить белые лучи, не более.
Оно не отражает волшебные божественные и сверхъестественные твои черты, все то, что делает тебя созданием неземным.
Хочешь увидеть себя, такой как есть?
Посмотри в мои глаза.
П.С. Я звоню тебе не для того, чтобы спросить, как у тебя дела, а чтобы сказать: я тебя люблю ;)

Один мальчик каждый день приходил на берег моря и палочкой на песке писал кому-то послание. А волны немедленно смывали каждое написанное им слово. Большинство слов смывало еще до того, как мальчик успевал их написать. Но он старательно выводил буквы на мокром песке, высунув язык и забывая обо всем на свете.
А на следующий день он опять приходил, разглаживал рукой следы на песке, и опять начинал писать.
В общем дурак был этот мальчик.

В глубине океана рождалось солнце. Волны переходили с блеска на грусть, как радиостанции на старом приемнике моей старой машины. Я слушал ветер, и он молчал. Океан мерно дышал внутрь и извне, брызгая остатками былой романтики перед появлением первых лучей. Внутри становилось холодно: переступая с ноги на ногу, я замечал, что остывший песок отбирает тепло. Значения ненужных слов плыли вокруг, мешались в тучи и скалистые мысли, в торшеры зеленого цвета, в цветные обручи над головой.

Я стоял и гадал, сколько спичек нужно ветру, чтобы устать от попыток помешать мне. Я стоял и гадал, сколько тебе нужно писем и смыслов, что бы понять: нас не было. Были только вздохи. Были мои рассветы и твои океаны. Мы все равно одни. Мы все равно сами по себе. Мы дарили тепло, но оно едва ли доходило до адресатов. Теперь стрелки наручных часов умирают в левом кармане серых потертых джинсов, их сердце не бьется, поиски себя, зарытые замки, воздушные поцелуи. Адью, счастье.

Накатила дикая тоска по ней. Она наверняка теперь где то за границей. Сижу, как дурак, уставившись в стекляшку монитора, пью непомерно-задолбавший кофе, рассматриваю чьи-то дурацкие письма, совершенно случайно замечая, что я думаю о ней, о ней и только о ней. Что же я делаю?

Я вспоминаю черты ее лица. Чувствую, как много месяцев назад касался ее мягких губ. Волны уходят вверх и разбивают миражи и представления, уверенности и некоторые принципы, вбивая в наушник длинный гвоздь „здесь и сейчас“.

Ее волосы, ее улыбка, ее нежность, ее сводящее с ума поведение. Внутри о черепную коробку бъется опьяневший мозг; наверно поэтому в тело отбивает настолько непривчный пульс. Это хреновое состояние — я его ненавижу, оно мне нравится, потому что оно необычно. Сводишь с ума?

Рисуй меня, время. Стирайте меня, мои мысли. Я так далек от счастья. Единственное счастье, с таким нежным именем, с такими наивными глазами..........

Диалог с сотрудницей. В начале рабочего дня.
Она: Ты знаешь, что такое церебральные сношения?
Я: Нет.
Она: Ты не знаешь, что такое церебральные сношения? Фу, да ты тупица, ты тогда вообще ничего в жизни не знаешь.
Я: Ну и что это?
Она: Да хрен его знает....
Я: Не, ну серьезно.
Она: Церебральные - это мозговые, понял?
Я: Нет. Не понял.
Она: Что ты не понял?
Я: Что такое мозговые сношения?
Она: Это то, чем мы сейчас с тобой занимаемся - мозги друг другу ебем
Я: марш работать;)

Я долго сидел у серого окна, облокотившись рукой на давно не крашеный подоконник. Я долго смотрел вдаль, стараясь ухватиться за мелькавшие вокруг мысли. Я долго ждал, когда ты придешь и коснешься меня своим голосом.

Я долго чувствовал дыхание холодного мертвого ветра. Я долго мечтал, что ты, находясь где-то далеко-далеко, все равно видишь, как я сижу у серого окна и думаю о тебе.

Я долго не мог понять, почему ты не придешь и не разделишь со мной сладкие минуты этой тихой печали.

Ты мог бы показаться Наполеоном, запертым в маленькую железную комнатку, обитую изнутри войлоком, или всем известной птичкой, которая пела только раз в жизни, раздираемая шипами терновника, но

оказалось, что ты просто ждешь......

Сыпля искрометными шутками, вперемешку с плохим чувством юмора, ты всё больше стал походить на школьника, лет так 10—12, увлеченного барышней из своего класса, и желающего обратить на себя внимание не только завуча

когда что-то будет происходить…....

До тех пор, пока однажды, с тихим скрипом, повернется шестеренка мироздания, и ты… дождешься.........


в москве ожидается похолодание.......и мне опять будет не хватать тепла...

Я беру трубку. „Алло?…“ Я слышу твой голос. Ты говоришь, и сердце моё бьётся. Ты говоришь „нет“, говоришь „не смогу“, говоришь „в другой раз“… Мир, построенный на мечтах, умирает, едва родившись. Ты говоришь, „прости“, но я уже не этого слышу…

Мне больно. Ты этого не слышишь — я молчу. Пространно смотрю на трубку. Между нами расстояние, мне даже неизвестно — какое. Кажется, бесконечность. Где ты?

Ты говоришь „пока“, и кладёшь трубку. Мои мысли улетают вон. Звонок из ниоткуда в никуда. Монолог собственных чувств — молчание. Неизбежное разочарование, конец улыбкам. Стекленеют глаза, отображая душу……..