В средней полосе (между высокой и низкой температурой зимы: где-то от минус десяти до "холодно, бля!" и между высокой и низкой температурой лета: где-то от +25 до "какая сука выпила последнюю бутылку пива?!") был лес. Дремучая чаща со смешанным типом деревье (по предварительном сверкам лес был офигительно глухой, по результатам научных расчетов около двух, 403 -х или 10 тысяч гектар). Ну, там, кустики, земляничка, грибники - живые и не очень, змеи, белки, водяной, два дикобраза, болеющих воспалением простаты, погрязший в болотах советский танк Т-34, который облюбовали кикиморы, и непосредственно, садово-огордническое товарищество Могильщика. Жил он в двухэтажном пентхаусе - порядком подгнившим, с протекающей в северном углу крышей, допотопной печью и трансформаторной будкой неизвестного происхождения на крыльце. На изгороди, окружающей населенное пространство, висели черепа со вставленными в глаза лампочками на 180 Вт и дырявые носки Могильщика. За домом располагался огород с грядками, высаженными в форме пентаграммы, а лучший друг Могильщика по причине своего плачевного финансового состояния временами подрабатывал там пугалом. Но основную площадь занимало, собственно, кладбище ...
***
И мать спросит, что случилось, но слезы душат. В стены, в окна, наружу, только бы отцепиться, отодрать, как ногтями пожелтевшие обои - кольца, письма, цифры с экрана мобильного, даже засос с шеи и запах табака с рубашки. Рывком к компьютеру - рыдания рвут где-то под ребрами, задыхается что-то живое внутри, под одеждой - она все сделала, чтобы выглядеть, а не быть, всё, чтобы он только ее хотел. Калибровка на мониторе сбита - черт, он же обещал ее настроить, где эта чертова папка, он, он, он ... Срывает со стены календарь - через неделю был бы год. Delete, уничтожить, смять, только бы не, скорее бы.
-Вы действительно хотите удалить Love?
-Ненавижу.
***
-Би-бип. Получено новое сообщение.
Из-под стола вылезла шевелюра не первой свежести, являющаяся верхней точкой существа Могильщика. Оптическая компьютерная мышка взвизгнула и убежала. Последовал сильный профессиональный удар, способный ввести противника в абсолютный астрал, направленный остановить беглянку. Раздался мат. Со стола повалились бумаги. Мышь испуганно юркнула за монитор. Мягко говоря, Могильщик был слегка косоват, говоря же по правде, с ориентацией в пространстве у него было крайне паршиво. Потираю ушибленную ладонь, он выполз целиком и окончательно, водрузил на нос заляпанные очки и уставился в монитор.
Enter.
***
Как ездили на майские праздники к однокурснику на дачу: смех, солнце, листья, как манисты, переливаются в свете весны, отблески от бутылок, стекол, его глаз: так странно и коварно голубых. Он обнимает её, прижимает - сильный, красивый ... А вот она - тонкогубая змея. Как тогда не заметила, как она смотрела, как шипело ее дыхание от зависти и злобы. Всегда идеальна, ведь всегда кто-то лучше. А потом осенью - по классике: золотая листва, дурачились, кидали в листья друг друга и свою нежность. Он еще потом пририсовал на этой фотографии сердечко ... Мелькают цифровые картинки, история, разбитая на пиксели, чувства, разодранные по папкам. Сохранить, чтобы лучше. Потом. Но лучше не стало. Стало никак.
Щелкает "мои документы" - музыка, курсовая, а той папки больше нет. Уже спокойные слезы текут по щекам, раздражая раскрасневшуюся кожу.
-Никогда ...
***
-Никогда. - ухмыльнулся Могильщик. Переименовал папку "Love" в "Love_4583" и сунул в директорию "Брошенные девушки". Мышка, сообразив, что ночь предстоит насыщенная деятельностью, приползла обратно на коврик.
-Би-бип.
Кто-то, снося винду, заодно снес первый поэтический опыт и два бизнес-проекта.
To be continued ...
Благодарности
Для не догнавших фишку