Вы "Звездная ночь" Ван Гога.
Вы Покой. Холодные звезды на пронзительно синем небе пытаются увлечь вас в свой хоровод, но внутри вашего убежища, в темной башне, их музыка превращается в тишину. Что же, сидите, не шевелясь, по крайней мере, вы в безопасности - вы никогда не упадете в ночное небо и не утонете в нем. Покойное существование там, где с ума сходят даже звезды.

а вот и, собственно, шедевр :)
[показать]

Ездила стебаться над народом. Я не понимаю, зачем людям так необходимо общение. Кошки изумленными глазами зыркали поверх бутылки пива и сигаретный дым на людей беседующий, людей чувствующих, людей тут-i-зараз, ловящих кайф от сознания самого себя, отраженного и преумноженного в глазах себе подобных.
Попугали людей. Думали, полегчает. Как обычно ошиблись.
Поперлись домой с музыкой в ушах. Коллективно решили проехать собственную остановку и выйти "где-то там". Потом пару часов бродили.
Мой голодный город, всего ночь назад неистово жравший и исходивший химерами, вчера - только что не мурлыкал под пальцами. Сытый город предлагал помурчать с ним, терся дорогами и травой об ноги, ласкался ветром и тенями. Уже не ТЕНЯМИ. Просто тенями.
Я походя потрепала его по покосившемуся забору ближайшего темного домишки. Город уложил своих химер спать, оставив на улицах только самых любимых. Похвастаться. Мол, «смотри, как я могу. Неплохо, правда?». Мы с кошками улыбались, жмурясь на мягких свет фонарей и дарили городу свое присутствие и музыку.

- Звони, если что...
- Обязательно.
Прозвучало, как "щас, все брошу, и начну тебе звонить". Я знаю, что это не так, но отделаться от мерзкого ощущения сложно.
"она куда-то ушла и третий день не звонит.
ты почемуто один и почему то забыт.
и каждый считает виноватым другого,
хотя сделать шаг навстречу - это проще простого
и каждый хочет доказать что он лучше чем есть
и большая любовь превращается в месть
и безумные чувства превращаются в слова,
но это уже совсем другая война"

задолбали те, кто считает меня дауном и ради поправки довольно безнадежной ситуации моего полного даунизма, пытаются сделать из меня еще большего дауна.

Я не сплю - мое время, как смертник скребет по бумаге
Я в конюшне для птиц, я в плену отношений ко дну
(c)

Это холодная ночь в огне -
По той самой цене, что за небо у птиц,
За мир без границ,
Кто-то падает вверх и взлетает вниз,
Поднимаясь ниц,
Кто-то стучится в тюрьму, не зная к кому,
А преступник ушёл во тьму,
Кто-то, плача, зовёт из темноты,
Но не меня и не ты.
Это холодная ночь пустоты,
Это холодная ночь пустоты -
Мокнут кусты, капает с крыш, падают звёзды,
Ты, если не спишь, позови меня из огня,
Если не поздно...
(с)

ехала в метро. попеременно слушала это и дельфиновскую "я люблю людей" перемежая все дело раммштайновской "далай лама". оригинальный набор, ничего не скажешь.

procedure TForm1.MultiplyBtnClick(Sender: TObject);
begin
ResultEdit.Text:=FloatToStr (StrToInt(Operand1Edit.Text)*
StrToInt(Operand2Edit.Text));
Label3.Caption:='x';
end;

There is no overloaded version of 'FloatToStr' that can be called with these arguments

Какого хрена????????????


З.Ы. Спать. Спать адназначна.

И с чего это я такая злая и жестокая? может и правда поспать надо... шось мене все раздражает.

За@бали все. чтоли напиться пойти...

"Есть, конечно, на свете вещи, которых даже я боюсь. Например, когда зубы болят, а по ходу дела надо улыбаться, - вот это страшно, ничего не
скажешь."
(с)

То измена, то засада,
А то просто с будуна.
Что-то мне не очень рада
Моя верная жена.
Грустно глядя из окошка
Олицетворяю сфинкса
Заорала где-то кошка -
То-ли Майлса, то-ли Принца.

Зачерпну себе из жбана
Полну емкость до краев.
С одного хлебну стакана
За друзей и за врагов.
Что-то кошка приумолкла -
Видно все порвала связки
Я подпел бы ей, да только
Не пою я по указке.

бородатий мертв‘як-місяць –
може він риба?
тоді ми – пісок
а наші надійні багатоповерхівки –
просто каміння
лежимо раzом z ними
на дні
і думаємо
що місяць – супутник zемлі
одне z Божих очей
або й просто –
бородатий мертв‘як

(с)
Богдан Горобчук

Я без тебя умру
Просто закрою глаза
И только мне одному
Достанутся небеса
Взял бы тебя с собой
В этот далекий путь
Только вот ангел седой
Может не потянуть
(c)

Она спит, понимаешь, она уснула
Ее до утра нельзя будить
Ночь ее в комочек свернула
Глаза помогла закрыть
Она сама проснется, когда солнце захочет
Когда птицы начнут в небо звать
Ты ее не буди, я прошу тебя очень
Чтобы мне не пришлось тебя убивать
(с)

King of Worms
[показать]

Beautiful Victim
[показать]

Я намеревался пообедать и остановился, озираясь, где здесь ресторан. Около меня мгновенно возник портье.
– К вашим услугам, – нежно прошелестел он. – Автомобиль? Ресторан? Бар? Салон?
– Какой салон? – Полюбопытствовал я.
– Парикмахерский салон. – Он деликатно взглянул на мою прическу. – Сегодня принимает мастер Гаоэй. Усиленно рекомендую.
Я вспомнил, что Илина назвала меня, кажется, патлатым першем, и сказал: «Ну что ж, пожалуй». – «Прошу за мной», – сказал портье. Мы пересекли вестибюль. Портье приоткрыл низкую широкую дверь и негромко сказал в пустоту обширного помещения:
– Простите, мастер, к вам клиент.
– Прошу, – произнес спокойный голос.
Я вошел в салон. В салоне было светло и хорошо пахло, блестел никель, блестели зеркала, блестел старинный паркет. С потолка на блестящих штангах свисали блестящие полушария. В центре зала стояло огромное белое кресло. Мастер двигался мне навстречу. У него были пристальные неподвижные глаза, крючковатый нос и седая эспаньолка. Больше всего он напоминал пожилого, опытного хирурга. Я робко поздоровался. Он коротко кивнул и, озирая меня с головы до ног, стал обходить меня сбоку. Мне стало неуютно.
– Приведите меня в соответствие с модой, – сказал я, стараясь не выпускать его из поля зрения. Но он мягко прижал мой рукав и несколько секунд дышал за моей спиной, бормоча: «Несомненно… Вне всякого сомнения…» Потом я почувствовал, как он прикоснулся к моему плечу.
– Несколько шагов вперед, прошу вас, – сказал он строго. – Пять-шесть шагов, а потом остановитесь и резко повернитесь кругом.
Я повиновался. Он задумчиво разглядывал меня, пощипывая бородку. Мне показалось, что он колеблется.
– Впрочем, – сказал он неожиданно, – садитесь.
– Куда? – Спросил я.
– В кресло, в кресло, – сказал он.
Я опустился в кресло и смотрел, как он снова медленно приближается ко мне. На его интеллигентнейшем лице вдруг появилось выражение огромной досады.
– Ну как же так можно? – Произнес он. – Это же ужасно!..
Я не нашелся что ответить.
– Сырье… Дисгармония… – Бормотал он. – Безобразно… Безобразно!
– Неужели до такой степени плохо? – Спросил я.
– Я не понимаю, зачем вы пришли ко мне, – сказал он. – Ведь вы не придаете своей внешности никакого значения.
– С сегодняшнего дня начинаю придавать, – сказал я.
Он махнул рукой.
– Оставьте!.. Я буду работать вас, но… – Он затряс головой, стремительно повернулся и отошел к высокому столу, уставленному блестящими приборами. Спинка кресла мягко откинулась, и я оказался в полулежачем положении. Сверху на меня надвинулось большое полушарие, излучающее тепло, и сотни крошечных иголок тотчас закололи мне затылок, вызывая странное ощущение боли и удовольствия одновременно.
– Прошло? – Спросил мастер, не оборачиваясь. Ощущение исчезло.
– Прошло, – ответил я.
– Кожа у вас хорошая, – с некоторым удовольствием проворчал мастер.
Он вернулся ко мне с набором необыкновенных инструментов и принялся ощупывать мои щеки.
– И все-таки Мироза вышла за него, – сказал он вдруг. – Я ожидал всего, чего угодно, но только не этого. После того как Левант столько сделал для нее… Вы помните этот момент, когда они плачут над умирающей Пини? Можно было держать любое пари, что они вместе навсегда. И теперь, представьте себе, она выходит за этого литератора.
У меня есть правило: подхватывать и поддерживать любой разговор. Когда не знаешь, о чем идет речь, это даже интересно.
– Ненадолго, – сказал я уверенно. – Литераторы непостоянны, уверяю вас. Я сам литератор.
Его пальцы на секунду замерли на моих веках.
– Это не приходило мне в голову, – признался он. – Все-таки брак, хотя и гражданский… Надо не забыть позвонить жене. Она была очень расстроена.
– Я ее не понимаю, – сказал я. – Хотя мне всегда казалось, что Левант сперва был влюблен в эту… В Пини.
– Влюблен? – Воскликнул мастер, заходя с другого бока. – Ну, разумеется, он любил ее! Безумно любил! Как может любить только одинокий, всеми отвергнутый мужчина!
– И поэтому совершенно естественно, что после смерти Пини он искал утешения у ее лучшей подруги…
– Подруги… Да, – сказал одобрительно мастер, щекоча меня за ухом. – Мироза обожала Пини. Это очень точное слово: именно подруга! В вас сразу чувствуется литератор. И Пини тоже обожала Мирозу…
– Но заметьте, – подхватил я. – Ведь Пини с самого начала подозревала, что Мироза неравнодушна к Леванту.
– О, конечно. Они необычайно чутки к таким вещам. Это было ясно каждому, моя жена сразу обратила на это внимание. Я помню, она подталкивала меня локтем каждый раз, когда Пини садилась за кудрявую головку Мирозы и так лукаво, знаете ли, выжидательно поглядывала на Леванта…
На этот раз я промолчал.
– Вообще я глубоко убежден, – продолжал он, – что птицы чувствуют не менее тонко, чем люди.
Ага, подумал я и сказал:
– не знаю, как птицы вообще, но Пини была гораздо более чуткой, чем, может быть, даже мы с вами.
Что-то коротко прожужжало у Читать далее...

ну и пох, что все именно так. ну и пох, что те, кто был, уже давно ушли, оставив только части своих теней - чтобы можно было поднимать их время от времени, заглядывать им в глаза и спрашивать: "ты знаешь меня?".
ну и пох.
это тоже не вопрос доверия. это вопрос существования.
мне тепло и уютно.

Сижу на работе в гордом одиночестве.
попиваю джин-тоник, почитываю Стругацких и время от времени мыслю о странном.
что-то происходит. уж не знаю, хорошее или плохое, но что-то... будоражащее. отчего-то захотелось сидеть тут ночью и пить горькую воду. интересно, какой будет эффект...
значки скачут и оплывают. в мониторе время от времени отражается почему-то твое лицо.
пустота пытается звучать.

Світ неситий, коли не задовольняє.
Вічність несита, коли не завдає жалю...
А я, як був, так і тепер — подорожній...
(с)

P.S. хотелось бы мне когда-нибудь с тем же пафосом сказать: "світ ловив мене, але не спіймав"...